Так льётся сквозь камни вода – удержать невозможно;
И всё отошло за черту навсегда, и вздыхает за ней
Весенняя ночь без ответа опять молчаливо – тревожно
И новый закончится день, и великая тишь
Окутает город покровом свершённых пророчеств…
Скажи мне – о чём ты вздыхаешь? О чём ты молчишь?
И прошлое вновь оживёт с наступлением ночи.
Двойник
Ты чувствуешь дыхание тепла,
Я вижу замерзающее небо
Раздробленною россыпью стекла;
Ни родины, ни помощи, ни хлеба,
Ни пониманья: Ева и Лилит.
Одна любовь, но разная дорога.
На ледяном распятии Земли
Всегда одна – но первая у Бога,
В невидимом сиянье золотом,
Я самая счастливая на свете;
Я ничего не знаю: я ничто,
Свободная, как радуга и ветер.
Ангел тёмных комнат
Всепобеждающая нежность,
Что накрывает как волна —
Неотвратима и безбрежна,
Мы не отыщем сердце дна
Когда хранитель тёмных комнат
Взмахнёт прозрачным рукавом
И вновь пределы переполнит,
И в мире тёплом и живом
Опять вдвоём мы: живы, дышим
И видим сны, и вновь молчим…
Обледенелым краем крыши
Крадётся грустный херувим
И звёздами расшитый полог
Вдруг опускает до земли;
И чей – то голос в чистом поле
Зовёт в заснеженной дали
Святой и страшной этой ночью;
И наводненье полумглы
Поднявшись, наши души точит,
Стирая острые углы.
Душа октябрьского леса
Горький запах дубовой коры,
Глубоко затаённая жалость…
Мы с тобою давно вне игры,
И на млечном пути затерялась
Позабытая нами любовь.
Рассыпая зелёные звёзды,
Наши тени из прошлого вновь
Повторяют три такта и роздых
И поёт, и звенит благодать
В буреломах, повенчанных с ветром
И, как прежде, легко обретать
Высоту, напоённую светом.
Лесная мавка
Глубины разливающихся рек —
Ни разумом, ни сердцем не измерить,
Не переплыть. Не зверь, не человек —
Я не умею врать и лицемерить;
Среди людей пришелица и тень,
Над пропастью отчаянного жеста
Раскачиваю мысленно весь день
Качели отреченья и блаженства
И падает в объятья глубина,
И вечность умножается на верность;
Как млечного пути, касаюсь дна
И снова поднимаюсь на поверхность,
Как человек, прощаю. Но забыть