Начертит, замыкая этот круг,
И прошепчу чуть слышно я: «Простите
Меня за всё» – из падающих рук
Роняя в снег клубок багряных нитей,
И белая прозрачная метель
Прошепчет позабытое простое,
И белую качает колыбель
Пречистая у берега покоя.
Ландышевый цвет
Посвящается людям помогающих специальностей
«Усни, дитя, усни – и конь гнедой
Не побежит к воде, что под ветвями бед
Чернее ночи —
Помчится он в поля, где плач и свет.»
Федерико Гарсия Лорка
Часть1
Авария
Под утро пошёл ледяной дождь и садиться за руль вообще не следовало. Но решение было принято и она включила зажигание с какой – то мрачной решительностью. Томившее её ощущение отверженности и вплотную подошедшего последнего рубежа лежало на сердце привычным грузом. Но нужно было ехать, решать насущные проблемы, до конца исполнять указанное свыше предназначение…
Она старалась не вспоминать о нём. После фантастического и какого – то неземного фейерверка их последнего общения мир плотно накрыла непроницаемая пелена холода и снега, словно опустился невидимый занавес и кто – то произнёс: «Finita la comedia». Собственно, это он и произнёс, почти дословно. По – другому не могло и быть, она была изначально готова к неизбежному, но душа отчаянно продолжала требовать невозможного счастья. Хотя бы эзотерически, на самом высшем духовном уровне. Но его голос звучал неумолимо: «Шутки кончились, никакой эмоциональной составляющей.»
Когда машину занесло на повороте, она инстинктивно вывернула руль в противоположную сторону. Этот отчаянный маневр привёл лишь к тому, что малолитражка не удержалась на покрытой гололёдом дороге, вылетела в кювет и ударилась о придорожный столб.
В это утро она не думала о смерти. Всё произошло слишком неожиданно, и когда сознание вернулось, она наблюдала за произошедшим со стороны с большим сожалением. Но ничего нельзя было исправить. Смерть вдруг сразу освободила её ото всех земных обязательств: она была свободна, она была мертва, но душа продолжала стремиться туда, на место её единственного на Земле счастья и утешения.