В параллельных мирах, на далёкой планете
Не померкнет вовеки божественный свет…
Мы узнаем друг друга – в негаснущем свете
В невозможной дали – через тысячу лет
И умолкнут ветра; и откроются двери
За которыми помнят, прощают и ждут
Отпуская грехи, восполняя потери
Возвратившимся эхом истекших минут
И приносит с собой безусловное благо
Проникающий всюду сияющий свет
И пытаюсь я сделать хотя бы полшага
В невозможную даль через тысячу лет.
Звёзды не гаснут
Нами зажжённые в прошлом когда – то
Звёзды, святые миры,
В незатухающих волнах заката
До настоящей поры
Не угасают, свой свет сохраняя,
Греют, мерцают, горят,
Словно святые высоты Синая,
Ангельских нот звукоряд
И небесами плывут, временами,
Падая вниз поутру —
И замерзают, забытые нами…
Свечи на тёмном ветру
Так же в томленьи немом замирают.
Но в запредельной дали —
Звёзды не гаснут. И не смолкают
Грустные песни Земли.
Потерянный рай
Вышивальщица
Нет рая на Земле. Но был он близок.
Его почти коснулась я рукой.
Узорами из бисера нанизан
На ниточку весёлый непокой.
Нет рая здесь. И поиски напрасны.
Не хватит жизни, времени и мест.
Но радостно: сиреневый и красный,
И синий загораются окрест,
Оранжевый, серебряный, зелёный —
Как вспышки на небесном полотне;
До крайнего предела раскалённый
В душе моей, но красками извне —
Волшебным и причудливым сияньем,
Рождением сверхновой – дивный рай,
Немыслимое чудо мирозданья,
Не догорай. Вовеки не сгорай;
Не здесь наш рай. И поиски напрасны.
Возможностью ненужных перемен
И звёзды загораются и гаснут;
Но жизнь отдать согласна я взамен
Родного и немыслимого рая,
Как вышивки на белых полосах;
Как Феникс, возрождаясь и сгорая
Отныне и вовек – в твоих глазах.
Белым по белому
Потерянный и преданный – всю жизнь
Он манит притяжением неслабым
Куда – то вдаль. И снова миражи,
И долгий путь по ямам и ухабам
В который ты отправишься, душа,
Заранее предчувствуя паденье,
Чтобы потом, опомнясь, не спеша,
Осмыслить неизбежность заблужденья
И встретить, наконец, в счастливом сне
Тот светлый и чистейший дух, который
На мраморно – холодном полотне
Лишь белые сакральные узоры