Посол небрежно бросил принесённую акулой шкатулку между нами на сиденье, которое, к слову, в этом эруме было только одно, и стал с любопытством наблюдать за моей реакцией. Я фыркула и отвернулась, но мыслями продолжала возвращаться к этому закрытому квадратному предмету, в котором явно лежала реликвия моих прародителей. Мне хотелось взглянуть на неё хотя бы одним глазком, хотя бы на мгновение открыть крышку, но пристальный взгляд Рагавурра отрезвлял и останавливал.
Он оставил шкатулку между нами, позволяя ей всё больше выводить меня из равновесия.
– Что в ней? – спросила я, не выдержав.
– Не знаю, милая Лэина. Я, как и ты, коплю предвкушение, – он взял шкатулку в руки, покрутил перед лицом, изучая необычный дизайн, и убрал в свою сумку, стоявшую под сиденьем. Мне хотелось впиться в него когтями и наблюдать, как эта самодовольная ухмылка сползает с его красивого надменного лица. Но я сжала кулаки и снова отвернулась, делая вид, что меня не задело его поведение.
Чем дольше мы плыли, тем больше на меня давили стены тесного эрума, а присутствие Рагавурра и исходившая от него сила, опаляли кожу, как до испарения нагретая на солнце вода. Мне хотелось отодвинуться, но справа от меня была дверь. Я невольно хваталась за ручку. Желание оказаться где-то в другом месте, где угодно, лишь бы не рядом с ним, росло, и я всё больше ёрзала на сиденье.
– Останови, – приказал он извозчику.
Как только эрум прекратил движение, я, не дожидаясь, когда извозчик откроет дверь, сама дёрнула за ручку, отодвинула дверь в сторону и вырвалась на свободу, подальше от этих давящих резных стен и жара, исходившего от тела посла. Океаническая вода обдала меня прохладой, а лучи высоко поднявшегося солнца слепили глаза. Моё напряжение стало постепенно проходить, оставляя после себя апатию и усталость.
Где-то вдалеке послышались крики дельфинов, удачно наткнувшихся на косяк рыбы. Рагавурр кивнул своей акуле, и она поплыла на звуки. Дельфины с акулами, насколько я знаю, никогда не ладили, и очень самонадеянно было отправлять её к ним в одиночку. Я наблюдала, как она, мерно помахивая хвостом, удалялась от нас, становясь тёмно-голубым пятнышком вдалеке.
Внизу на дне сновала мелкая разноцветная рыбёшка. Я наблюдала, как она пряталась в водорослях при приближении хищника и снова выплывала из них, когда опасность проходила. Время шло, но возобновлять дорогу совершенно не хотелось.
Акула Рагавурра, к моему удивлению, вернулась целой и невредимой. Она тащила большую рыбину в пасти. Тунца. Взяв у неё тушку, посол передал её извозчику, который быстро и ловко разделал её и поделил на четыре части: две для нас, и по одной на каждого из извозчиков. Наш обед прошёл в молчании.
– Пора плыть дальше, Лэина-ламэ.
Я залезла в эрум и хотела закрыть дверь, но рука Рагавурра легла на мою и остановила меня, твёрдо и уверенно. Он покачал головой.
– Тебе не по статусу закрывать двери эрума самой, – сказал он, улыбаясь.
Я хотела спросить, о каком статусе шла речь, но метка на моей левой руке, словно напоминание, начала снова садить. Избраннице Морского змея Рагавурра не положено делать чёрную работу. Извозчик закрыл обе двери, сел на сиденье снаружи, и мы снова двинулись в путь.
До заката время тянулось, а после него и вовсе превратилось в нечто тягучее и тяжёлое, накрывающее моё тело, опускающее веки, манящее в мир сновидений. Я почувствовала, как что-то тёплое коснулось плеча, тело упало вбок, и сознание ускользнуло, уступая сну.
Открыла глаза я только на рассвете. Моя голова лежала на коленях Рагавурра, а на мне был уже знакомый плед из водорослей. Посол дремал, опираясь о хрупкую конструкцию двери. Я осторожно поднялась, стараясь его не разбудить, но он тут же открыл глаза, будто и не спал вовсе.
– Доброе утро, милая Лэина.
– Сколько нам ещё плыть?
– До Цветущего города ещё несколько часов пути.
В Оламин Гиугин, Цветущий город, мы прибыли к обеду. Помимо Защитного покрова он был обнесён каменной стеной, а вход в город был оформлен в виде изящной каменной арки, на уступах которой яркими вспышками горели разноцветные водоросли. Покров послушно пропустил нас через арку, даже не обратив внимание на моё происхождение из недружественного племени.
– Я оповестил Главу о том, что со мной будет спутница из Улиан Гиугин, – сказал посол, словно читая мои мысли.
От арки мощёная дорога шла меж рядов одноэтажных каменных домов, которые походили бы один на другой, если бы не невероятные садовые конструкции, встроенные прямо в стены. Клумбы на окнах, на крышах, меж стенных камней – каждый дом как произведение искусства. Я смотрела на них завороженно затаив дыхание. Этот город был прекраснее любых описаний. Его красоту нельзя было передать словами. Мне хотелось выбраться из эрума и самой проплыть по главной улице, подмечая и запоминая каждую деталь. Это яркое воспоминание мне хотелось сохранить на долгие годы.
Тут и там на улице мелькали подводные жители. Их одежды были такими же яркими и красочными, как и дома. Короткие тоги самых неожиданных цветов, браслеты и ожерелья из цветного жемчуга и ракушек, заплетённые в косы и украшенные богатыми заколками волосы у девушек, поднятые в хвосты волосы у мужчин. Оиилэ в Оламин Гиугин были совсем не похожи на моих соплеменников. Знатных дам здесь было не отличить от торгового и служивого люда.
Эрум свернул налево на более узкую дорогу, вдоль которой выстроились дома побольше и украшенные ещё богаче, затем свернул направо, заплывая на небольшой островок с особняками, и проскользнул в арку одного из магиу. Остановив эрум у входа в особняк, извозчик открыл дверь со стороны Рагавурра. Посол выплыл первым и подал мне руку. Мне хотелось оттолкнуть её, но меня ждало ещё три месяца в его компании, и потому я решила не портить отношения прямо с порога. У нас ещё будет много времени, чтобы помериться характерами.
– Это магиу моих знакомых, – сказал Рагавурр. – Я не стал в этот раз останавливаться в доме Главы, учитывая твоё… происхождение.
С происхождением у меня было всё в порядке, не в порядке было с Главой нашего племени, который умудрился лишить нас удовольствие бывать в этом замечательном и невероятно красивом городе.
В особняке, просторном и ярко украшенном не только снаружи, но и внутри, нас встретила служанка. Через главный зал она провела нас вдоль винтовой лестницы на второй этаж и показала покои, которые выделили нам хозяева. Я заглянула внутрь и увидела стоявшую посередине кровать. Одну на двоих.
– Мы что будем спать в одной комнате?
––
Примечания автора
Дорогие читатели, чтобы лучше понять мир, в котором происходит эта история, я настоятельно рекомендую прочитать первую книгу – В Бездонном море тысяча ночей – хотя она и повествует о других героях, а завязка истории Лэины и Рагавурра начинается лишь с середины. На случай если по каким-то причинам вы не хотите или не можете начать с книги «В Бездонном море», это не беда! Поначалу в конце глав «Милой Лэины» я буду добавлять объяснения некоторых терминов, употребляемых в книге. Это поможет вам быстрее разобраться в правилах мира.
Магиу – в Бездонном море, как и во всём Всемории, так называется большой дом, особняк. В них живут зажиточные Оиилэ (подводные люди).
Эрум – средство передвижения знати, напоминающее паланкин, крытые носилки, но эрум отличается тем, что впереди сидит извозчик, двигающий носилки с помощью своей Воли. Вода поднимает их, как по волшебству, и несёт к месту назначения.
Лэина-ламэ – посол использует очень фамильярное обращение к Лэине. В языке Оагин Эёль суффикс -ламэ используется при обращении к девушкам, с кем говорящий находится в очень близких, чаще романтических, отношениях. Этот суффикс означает «красивая, милая, прекрасная». К малознакомым дамам так обращаться считается неприличным.
Города:
Действие в этой главе начинается в Улиан Гиугин, Жемчужном городе, в котором живёт племя Улиан, потомки племени Лаан (Королей).
Из Улиан Гиугин посол увёз Лэину в правящий Ругоии Гиугин, Скалистый город, в котором живёт племя Ругоии, некогда предавшее племя Лаан и забравшее у них власть над Бездонным морем.
Таким образом, несмотря на то, что Улиан Гиугин, где родилась и жила Лэина, официально подчиняется Ругоии Гиугин, из которого приехал посол Рагавурр, эти города находятся в противоборстве и недолюбливают друг друга.
Глава 2
Стены моей непричастности
По кирпичам – крупицами.
Цвета потускнели, выцвели
Шали оцепенения.
Служанка вопросительно посмотрела на посла, который снова расплылся в улыбке. Это он попросил их дать нам одну комнату на двоих, в этом я не сомневалась. Он указал на покои напротив.
– Моя избранница остановится в этих.
Служанка кивнула и провела меня внутрь.
– Я принесу Вам сменное платье, – сказала она.
– Не нужно. У меня есть сменная одежда.
– Принесите ей тогу, – вмешался посол. – Она просто не знала, что ей придётся её надеть.
Я со злостью взглянула на своего спутника. Даже мой отец не позволял себе сказать, что мне придётся что-то надеть. Потому что я всегда делала так, как считала нужным, и меня не интересовало мнение остальных на этот счёт.