Белозерский-старший сразу понимает о ком речь, снова обращает мечтательный взор на огонь.
БЕЛОЗЕРСКИЙ-СТАРШИЙ
Ушла… Но обещала захаживать запросто!
Хохлов обессилено делает несколько шагов, падает на диван, где сидела Вера; судорожно всхлипывает, пытаясь подавить рыдания:
ХОХЛОВ
Я старый дурак, Николай Александрович! Старый беспомощный трусливый дурак!
Белозерский-старший вскакивает, кивает Василию: не стой истуканом! Сам идёт к Хохлову, садится рядом, обнимает за плечи, протягивает свой бокал:
БЕЛОЗЕРСКИЙ-СТАРШИЙ
Хлебните, Алексей Фёдорович! Сейчас чуток оправитесь – и мы разыщем княгиню! Я с Мадагаскара сырьё получаю – так чтобы я в Питере человека не получил?!
2-18.ИНТ. КЛИНИКА/СЕСТРИНСКАЯ. НОЧЬ.
(СОНЯ, АСЯ, БЕЛОЗЕРСКИЙ, КРАВЧЕНКО.)
Ася на табурете у кушетки, выглядит измождённой. А девочка уже не так бледна, щёки порозовели. От сестры милосердия к дитя протянута трубка капельницы. Белозерский сейчас слишком врач: озабочен прежде всего статусом Сони. Тестирует периферический пульс, наиграно-строго обращаясь к маленькой пациентке:
БЕЛОЗЕРСКИЙ
Софья, отличный пульс! Приходите в себя! Третья порция пошла! Больше мне из сестры не выкачать, имейте милосердие!
У Сони дёргаются веки. Приходит в себя. Открывает глаза. Не соображает, где она. Жалобно шепчет:
СОНЯ
Больно!.. Хочу пить!
БЕЛОЗЕРСКИЙ
Больно! – великолепно! – живая! Пить! Ася, пить!
Ася лишилась чувств, сползла с табурета. Входит Кравченко; сразу к Асе; грозно глянув на Белозерского, осуждающе качает головой, глядя на Белозерского, но молчит. Жалеет, что оставил рьяного юнца наедине с ситуацией – и тот отнёсся к сестре милосердия, как к расходному материалу. Белозерский извлекает иглу из руки Сони. Белозерский считал эмоции Кравченко, несколько легкомысленно отвечает:
БЕЛОЗЕРСКИЙ
Стакан красного – будет как новая! … Соня в себя пришла!
Кравченко, прежде усадив Асю в кресло (проверив пульс – норм!)…
КРАВЧЕНКО
Врач – это многозадачность!
…идёт к графину, наливает в чистую колбочку немного воды; к кушетке, садится, аккуратно поит Соню. (Белозерский тем временем немного фраппирован тем, что Кравченко нарушил субординацию и позволил себе замечание в адрес ординатора, причём довольно резким тоном; но в то же время понимает, что Кравченко прав.) Девочка, попив, смотрит на него более осмысленными глазками, как на старого доброго знакомого.
СОНЯ
Дядя Володя!
Белозерский удивлён.
БЕЛОЗЕРСКИЙ
Она вас знает?!
Кравченко спокойно кивает.
СОНЯ
А где мама? Где папочка?! И дядя Алёша?
Кравченко гладит её по щеке. Она шевелит руками, что-то ищет:
СОНЯ
Где моя Пуня?
Кравченко спокойно и нежно удерживает её руки. К Белозерскому:
КРАВЧЕНКО
Сообщите Хохлову.
Белозерский пятится на выход, глядя на Кравченко. Ася окончательно пришла в себя, хотя и бледна. С радостной улыбкой смотрит на очнувшуюся Соню.
2-19.ИНТ. ДОМ БЕЛОЗЕРСКОГО/КАМИННАЯ. НОЧЬ.
(БЕЛОЗЕРСКИЙ-СТАРШИЙ, ХОХЛОВ, ЛАКЕЙ ВАСИЛИЙ.)
Хохлову коньяк слишком резво лёг на усталость. Он пустым взглядом уставился в огонь, вокруг него хлопочет Белозерский, появилась тарелка с закусками.
БЕЛОЗЕРСКИЙ-СТАРШИЙ
Алексей Фёдорович, вы поешьте! Поспите немного. А я сейчас позвоню…
ХОХЛОВ
(перебивает) Не надо никому звонить! Вера Игнатьевна – поднадзорная! Только прибыла. Может, ещё не отметилась… Где там поднадзорные отмечаются.
Белозерский-старший секунду переваривает информацию.
БЕЛОЗЕРСКИЙ-СТАРШИЙ