Действительность. Том 3

Монокреоцентризм мира, его повсеместного, и необходимого порядка, предполагает законченность цикла, для всякой системы. И человечество, как определённая локальная система, на нашей планете, имея собственное рождение, расцвет, неизбежно будет иметь, и свой конец, - конец системы человечества, как «платоновской идеи» …, не оставляя, ни единого шанса сбыться надеждам человечества, на бесконечное существование.

Человечеству, как некоей макросистеме планетарного масштаба, суждено также состарится, и умереть, как всякому существу, этого бушующего мира. И если его не погубит случайность, вроде того, пресловутого метеорита, погубившего, по версии ученых, «систему динозавров», (что крайне сомнительно, в моём представлении), ему суждено подойти к той грани, за которой, неизбежно начнутся необратимые процессы распада. Так заканчивает своё существование, всякая система. Ведь энтропия, не знает исключений.

Кстати сказать, в понимание «случайности», я вкладываю, не только глобальные космические катаклизмы, но и ту случайность, что латентно укрыта рядом с нами, и подстерегает со всех сторон, и угрожает, как на протяжении всей жизни отдельному человеку, так и всему человечеству, в его целокупности…, то, что я называю, - роковая случайность сбоя гармонии жизненных сфер, что находятся в таком тонком, и зыбком равновесии.

И та угроза смерти, для человека, от роковых стечений обстоятельств, всякого рода бесчисленных случайностей, к примеру, цунами, шторма, извержения вулкана и т. д. и т. п., также угрожает, и человечеству, как организму, от того же космического воздействия «квантового излучения», или астероида, или простого перебоя равновесия, в атмосфере земли.

Но если человечеству, всё же суждено выжить, оно непременно состарится, со всеми вытекающими последствиями, присущими, как отдельной единице, так и всякому «системному животному».

Как же, будет стариться человечество? Если включить свою фантазию, то, скорее всего, также, как всякая отдельная его единица. Все внутренние процессы обменов, физико-биологические, психоэмоциональные, фундаментально-системные, постепенно будут аструктурироваться…, внутренние связи, и взаимоотношения, ослабевать…, накапливаться нарушения, аккумулироваться, всякого рода, хлам…, превращая человечество, - в «дряхлого старца». А далее, нарастание болезней, оскудение сил, и в конце концов, неминуемая смерть.

Молодость всякой системы, зависит, от молодости каждой его составляющей. Чем больше в организме «молодых клеток», тем моложе, и сильнее сам организм. Но, каждая «клетка организма», хочет жить, как можно дольше. Но, в том то, и дело, что, чем дольше она живёт, тем старее организм в целом. Эта зависимость – бесспорна, повсеместна, и непреодолима. Человек, отдельная личность, в своём стремлении продлить собственную жизнь, не осознавая того, ослабляет силы, и укорачивает жизнь человечества в целом.

Судя по прогрессирующим, и развивающимся ныне, в общем политесе стремлений, и замечаемым динамическим процессам, а также общей стагнации жизни, можно предположить, что в данный момент, человечество в целом, условно говоря, находится в среднем возрасте. И даже наблюдается, некий кризис среднего возраста. В пользу этого, говорит, и сложившаяся, и набирающая обороты, тенденция к общей глобализации человеческого социума. Некий экстраполированный, в глобальное человеческое сознание, консенсус между инстинктом, и разумом, присущий отдельной личности, в среднем возрасте. И, в тоже время, наблюдается процесс нарастающего, общего недовольства, размывание перспектив, и распухание амбиций. Успокоенность крови…, и в тоже время, спешка…, боязнь, чего-то не успеть. Симптомы, так присущие среднему возрасту отдельной человеческой личности.

Что ждёт человечество, на этом пути? Какие катаклизмы грозят ему, в его старости? Каким должен стать, необходимый конец его пути?

Человечество, как всякая иная система, живёт по тем же лекалам, что и отдельный её, типичный агрегатив. И весь наш мир, имеет туже динамику зарождения, становления, и стагнации, что и всякая плавающая в нём, системная единица. Вся разница, опять же, лишь в масштабах, в радиусе круга, с его продолжительностью, и относительным объёмом…, и, в конце концов, в оценке…, которая всегда, и во всём, есть - продукт интереса.

«Вы говорите, что в мире, не существует ничего вечного…

Я говорю: в мире, не существует ничего невечного…

Ибо, если существует сама вечность,

то в ней, в принципе, не может быть, ничего невечного…»

Величественные горы, освещённые полуденным солнцем, с верхушками никогда не таящих снегов… На склонах гнездящиеся птицы, ловящие свою добычу на рассвете, и перед закатом…. У подножья, цветущие долины, с множеством разнообразных тварей, и изрезанные бурными, и спокойными реками, несущими в своих водах, бесчисленные песчинки, и всевозможные сочетания химических элементов, к краям морей, и океанов.... Впадающие, и восполняющие испаряющуюся, и проливающуюся затем, дождём, живительную влагу, что напаивает растения, и животных, и иные всевозможные сухопутные формы жизни.

Ветры, возмущающие морскую гладь, и выдувающие на берега песчинки, засыпающие поверхность цветущей земли, шествующими барханами, по её поверхности, к рекам, и озёрам. Всё движется, и всё в обездвижении…, ибо зациклено, и повторяется в бесконечности.

Как могло, быть создано, как может существовать, такое великолепие?! Как возможна сама жизнь, - не будь в ней, и для неё, вечности?! Как мог бы существовать случайный непредсказуемый мир? Как возникает волшебное случайное явление, дающее надежду? – Надежду, порождающую нашу веру, в единственность, и неповторимость мира! И как возникает на нашем плече «птица-фатальность», что шепчет нам на ухо, что жизнь - одна, что она единственная, и неповторимая, и её уже не будет никогда!

И та Великая Терпсихора нашего сознания, питающаяся незнанием, и неведением, что лелеет сама себя, волшебной неповторимостью, и всем новым, - как величайшей иллюзией мира, и порождающая в нашем сердце, то сакральное стремление к наукам, и ко всему свершающемуся…! Случайно ли, всё это?

Случай. – Его, непременно должна отвергать, всякая холодная наука. Ибо, для такой науки, всякая случайность, есть суть абсурд. Она возможна, только в политесе неведения…, либо, в той закономерности, о которой, нам, пока неизвестно, (и тогда о ней, надо говорить именно так) …, либо в фокусе волшебного стечение обстоятельств, существующего, только здесь, и сейчас…, что противоречило бы, всякому чистому научному подходу.

И в этом смысле, сам случай, перестаёт обладать своей объективностью. Его, просто-напросто, не существует, во всеобщем макрокинезе бытия. И если случайностей в бытии, не существует, возникает правомерный вопрос: Как могла бы быть случайной, сама действительность, и наша жизнь? Как вечность, могла бы иметь в себе, единственно только здесь, и сейчас возникающую, и никогда не повторяющуюся, действительность, с её квинтэссенцией - жизнью? По случаю?!

В нашем феноменальном познании мира, в рамках сегодняшней существующей действительности, всё, и вся, непременно должно повторятся. И также, должно повторятся всё, и вся - в трансцендентальном познании всякого опыта. И в связи с этим, у нас нет, и никогда не было, ни иного дня, ни иной планеты пребывания…, как не было никогда, и никогда не будет, иной реальной действительности, и иного места во Вселенной. Как не существует, ни иного времени, ни иного места в «Великой пустоте». Тот, кто не родился до сих пор, - не родится никогда, и нигде. Тот, кто родился, - будет рождаться всегда. Тот, кто умер, - должен вернуться, должен родиться заново...

Скажите, как мог бы существовать мир, и его апофеоз – жизнь, здесь, и сейчас, не будь они, всегда здесь, и сейчас? Мир, и его апофеоз – жизнь, (коль они есть – сейчас, и здесь), обязательно должны существовать вечно! В противном случае их существование однажды, превращало бы наше присутствие в нём, в совершенно невозможную случайность.

И даже в рамках бесконечно повторяющейся действительности, бесчисленное число раз возникающий мир, своими бесконечными возникновениями, может воплощать, только, тоже вечное пребывание. Ведь возвращаемся мы, всегда туда, откуда ушли. А так-как само время, в этой динамики бесконечного возвращения, перестаёт быть, чем-то объективным, то остаётся только вечное пребывание, и вечная жизнь. Ведь, на самом деле, как мог бы существовать мир, и его апофеоз – жизнь, не существуй он прежде, в том же виде, до самых мелочей? Ответ, если вдуматься достаточно глубоко, однозначен. – Никак.

Существование мира, и жизни - единично, только здесь, и сейчас, и никогда более, такой же абсурд, как существование случайности, в объективно связанной каузальной цепи превращений, и трансформаций нашего латентного мироздания. Всё, что могло бы существовать, в случае единственного своего существования, в рамках вечности, непременно должно столкнуться с противоречием, этого существования. Ведь, если ты существуешь однажды, и единожды, за всё время вечности…, и находишься в этом, определённом пространстве, бескрайнего космоса, то ты - не существуешь вовсе. Ибо, в рамках бесконечного пространства, и безграничного времени, ты превращаешься, в бесконечно уменьшающуюся точку, что пропадает, в конце концов, превращаясь, в туже пустоту...

Начертите параллели, и вы осознаете, во всей своей полноте, всю абсурдность такого положения вещей. Представьте себе, в свете локальной действительности земного бытия, существование одного единственного дня, или одной единственной ночи? – Невозможно! Ибо, в таком случае, день теряет свою существенность, своё определение…, а ночь, перестаёт быть чем-то, что есть, - теряет свою объективность.

Здесь возможна, только относительная объективность, как во временных, так в пространственных аспектах. Всякая объективность, есть - объектность, которая может существовать, только в сравнении, - в относительности. И всякое бытие, всякое существование действительности вообще, возможно, только в повторении. Причём повторение, как таковое, возможно только абсолютно одинаковых форм, и конструкций, как мира, так и жизни…, иначе, это уже, не повторение, но чередование. И каким бы не было, это бесконечное чередование, какой бы длинной, не была цепь, этих неповторяющихся чередований, на полотне вечности, она неминуемо приведёт к повторению.

Мир, - однажды возникший, и не возвращающийся к своему макрокинезу, уже никогда, не имеет никой возможности, к своему существованию здесь, и сейчас.

Это сложно понять, пока не начинаешь мыслить, совершенно иными категориями, противоположными тем, что существуют вместе с динамикой нашего архаического осмысления, ограниченного, с одной стороны, мигом собственного пребывания…, с другой - линейными парадигмами врождённых следований, и догм всякой продолжительности, - начало-конечной замкнутости собственного, и всякого иного пребывания…, на которое, только и способен наш разум, в распознавании, и идентификации бытия.