Эллион и вкус стали на губах
Даже Кайлан, обычно невозмутимый, не выдержал её суеты. Призрак возник на своём обычном месте с таким мрачным видом, будто его окутала тень, и просидел всю пару неподвижно, уставившись в пустоту.
В глубине души я ещё надеялась, что Лина забудет об утреннем инциденте, но теперь эти иллюзии развеялись. Моя любопытная подруга не отстанет, пока не выведает каждую деталь. А ссориться с ней мне не хотелось – в конце концов, вдём учиться гораздо легче, чем в одиночку тащить эту магическую ношу.
Так прошли вторая пара и обед. Мне удавалось уклоняться от вопросов, сославшись на то, что эта история не для посторонних ушей.
Наконец прозвенел звонок, возвестивший не только об окончании занятий, но и о начале долгожданных выходных. Я с облегчением вздохнула, ощущая вкус свободы, однако Лина мгновенно взяла меня под руку и потащила в ближайшее кафе.
Атмосфера в кафе была по-настоящему успокаивающей и приятной, поэтому я быстро расслабилась, погрузившись в изучение обстановки. Светлые деревянные столики, широкие стулья с высокими спинками серого цвета, полупрозрачные шторы на окнах, сквозь которые мягко лился рассеянный солнечный свет, и ненавязчивая фоновая музыка — все это создавало ощущение уединенного островка посреди шумного города.
Посетителей почти не было, что делало наше пребывание здесь особенно комфортным.
— Рассказывай! — потребовала Лина, едва официант поставил на стол наш заказ — два ледяных лимонада с позвякивающими кубиками льда и пышный ванильный капкейк, украшенный воздушным кремом.
Солнце пекло немилосердно, и холодные стаканы тут же покрылись мельчайшими каплями влаги, которые стекали вниз, оставляя на полированной поверхности стола мокрые следы. Я машинально оглянулась, проверяя, нет ли поблизости любопытных ушей. Кайлан, невесомо паря рядом, подтвердил, что вокруг ни души, а наш столик в самом дальнем углу, куда едва доставали лучи солнца, и вовсе был идеальным укрытием.
Глубоко вздохнув, я собралась с мыслями.
— Магистр Вейн попросил меня остаться после пары и предложил посещать его дополнительные уроки, — начала я с того, что Лина и так знала. — Я отказалась. Тогда он разозлился, заявил, что я игнорирую его два года, потом попытался прижать меня к стеллажу и облапать... а дальше я его избила и ушла.
Челюсть Лины буквально упала на стол, а глаза стали круглыми, как блюдца. Но заинтересованный блеск в них не угас — напротив, разгорелся с новой силой. Пришлось пускаться в подробности. Кайлан, оживившись, начал вставлять свои колкости, и я в какой-то момент машинально кивнула ему, забыв, что Лина не слышит его язвительные комментарии.
— И что теперь? — потрясенно спросила Лина, глядя на меня с неподдельным сочувствием и беспокойством.
— Ничего, — пожала я плечами, ощущая тяжесть этих слов. — Я не сдам его, он не сдал меня, так что все так и останется на своих местах. А полезет еще раз — добью.
И я не шутила, когда это говорила. В первый раз мне еще удалось сдержаться, несмотря ни на что, но во второй раз даже пытаться не буду. Такие люди не заслуживают права жить.
— Это правильно, — легкомысленно подтвердила девушка, видимо, не восприняв мои слова всерьез.
Она взяла стеклянный стакан и сделала пару глотков, а потом посмотрела на меня с таким возмущением, что я сама чуть не подавилась. — А чего ты мне сразу об этом не рассказала?
— Это не тот случай, когда можно просто подойти и сказать: «Меня облапал препод, а я ему дала по яйцам и чуть не убила», — глядя ей прямо в глаза, ответила я, сжимая в руках почти полный стакан, который приятно холодил ладони.
— А, да, ты права… — сначала крякнула от моей прямолинейности, а потом сникла девушка, но вскоре все равно вздернула свой хорошенький носик. — Но ты все равно могла рассказать! Хоть намекнуть!
— Конечно, — проворчала я, ее бойкость вызывала во мне улыбку.
— Ты ведь пойдешь на бал? — резко поменяла тему подруга, и я от неожиданности даже зависла на секунду.
Глава 10. Часть 2. Подружка Лина
— На какой? — растерялась я, пытаясь вспомнить лишь одно смутное упоминание о нём за последние дни.
— Как на какой?! — почти заорала она, и её голос прозвучал так громко, что несколько посетителей кафе обернулись. Казалось, моё незнание возмутило её гораздо больше, чем наша предыдущая тема.
— Ежегодный Бал Равновесия!
— Ежегодный? — переспросила я, а призрак начал беззвучно ржать, его прозрачные плечи тряслись. Он смотрел то на моё вытянувшееся лицо, то на пылающие негодованием щёки Лины.
— Да, там так классно! Сейчас только о нём и говорят, не могу поверить, что ты про это ничего не слышала! — продолжала то ли офигевать, то ли убиваться подруга. Она смотрела на меня так, будто я испортила её любимое платье. Это сравнение пришло не из моего личного опыта — я просто как-то видела, как она рыдала над испорченными кружевными туфлями, причём не самыми любимыми.
— Да я ни разу и не была на них, — не понимая её возмущения и восторга, пожала плечами я и уже собиралась переключиться на другую тему, например, на то, что пора по домам, но у неё были другие планы.
Не была я раньше на балах просто потому, что мы с Линой на тот момент ещё не дружили… С ней такое, видимо, не прокатит.
— Как не была?? — ахнула она и уставилась на меня так, будто меня лишили самого главного праздника в жизни, которого я ждала всем сердцем. Её глаза расширились от неподдельного ужаса, зрачки стали огромными. — Эль, это надо исправлять! Всё! Мы идём на бал, никаких возражений!
— Но… — попыталась я возразить, собираясь напомнить, что мне, вообще-то, работать надо, но она резко выставила вперёд ладони и замахала ими, словно отгоняя назойливых мух и любые здравые доводы.
— Нет-нет-нет, ничего не хочу слышать! Мы обязательно идём на бал! — заявила она тоном, не терпящим возражений, и её подбородок упрямо вздёрнулся.
А мне туда идти не хотелось от слова «совсем». В голове тут же всплыл список дел: срочная работа, горы конспектов по учёбе, заказы на выходные — а это мои основные дни заработка, между прочим!
— Лина, у меня дела, — с искренним сожалением проговорила я, глядя на её сияющее, полное решимости лицо. Ну не туда она меня тащила, совсем не моё это всё — душные толпы людей, бесконечные пустые разговоры, крики, музыка… Зачем мне это?
— Эль, а мы ведь ни разу не были на балах, — вдруг задумчиво произнёс Кайлан, до этого момента молчавший. Всё это время он сидел рядом со мной за столом, то угрюмо буравя взглядом Лину, то рассеянно наблюдая за прохожими в дальнем окне, но теперь его внимание, кажется, наконец вернулось ко мне. Его призрачный силуэт колыхнулся, пропуская сквозь себя луч солнца.
— Ну, Эль, ты не можешь его пропустить! — почти взвыла Лина, её возглас прозвучал в унисон со словами призрака.
— Что мы там будем делать? — удивилась я такому неожиданному повороту. Уж от кого, а от Кайлана я таких предложений не ожидала.
— Танцевать, — тихо улыбнулся он, и в его глазах, казавшихся в этот миг почти живыми, мелькнула та самая тёплая искорка, что возвращала меня в те дни, когда мы ещё были вместе. — Я же учил тебя танцевать, помнишь?
— А что делают на балах? Развлекаются, конечно! — Лина тоже ответила на мой вопрос, даже не подозревая, что задавала я его не ей. — И куда ты смотришь? На меня смотри, а то мне как-то не по себе.
— Успокаивай свою занозу, — с лёгкой усмешкой произнёс призрачный кавалер и кивнул в сторону Лины.
— Было бы с чего бояться, — я тоже фыркнула, отвечая обоим, и повернулась к подруге. Та, словно скинув с плеч невидимый груз, сразу расслабилась, и напряжение в уголках её губ растаяло.
— Просто ты так смотрела, будто там кто-то был, — пробурчала она, украдкой, почти суеверно косясь на пустой стул в углу, где, примостившись, сидел тот самый призрак.
Я на её слова лишь слегка тронула губы в улыбке, но ответить не успела.
— Эль, ну мы должны пойти! — призрак снова принялся уговаривать меня, горячо поддерживая Лину. Его полупрозрачная фигура колыхнулась в воздухе, словно от порыва невидимого ветра.
— Ну что, пойдем же? — и Лина тут же подхватила, уцепившись в эту возможность с упорством бульдога.
Я сдалась под их двойным напором и тяжело вздохнула, ощущая, как последние барьеры сопротивления рушатся.
— А когда он? — оперлась локтями о прохладную столешницу, уткнувшись лицом в ладони. Взгляд сам собой устремился в дальний конец комнаты, где одно-единственное окошко заливало пол пыльным золотом полуденного солнца.
— Через два дня, в полдень! — просияла Лина, и её лицо озарилось такой безудержной радостью, будто моё согласие было уже решённым делом. Она даже подпрыгнула на стуле от восторга.
Я не удержалась и украдкой глянула на призрака. Тот тоже выглядел до неприличия довольным, и в его прозрачных, но выразительных глазах читалась непоколебимая уверенность, что моё «да» уже лежит у него в кармане.
— У меня очень загруженные выходные, — попыталась я возразить в последний раз, с ужасом представляя горы дел, которые на меня обрушатся, если я пойду на эту авантюру. Я уже мотала головой, мысленно подсчитывая, сколько часов сна и отдыха мне придётся принести в жертву.
— Ну, Эль, там будет много еды! — прибегнула к последнему, самому вескому аргументу подруга. Её глаза хитренно сверкнули. — Разные деликатесы, десерты, мороженое… Говорят, фуршет просто божественный!
— Эль, но мы обязаны там потанцевать! — в тон ей подхватил призрак, его голос прозвучал настойчиво и почти осязаемо в самой моей голове.
Я смотрела на них — на сияющее, полное ожидания лицо подруги и на полное надежды полупрозрачное видение — и понимала, что сопротивляться бесполезно. Мои стены рушились под натиском их совместного, заразительного энтузиазма.
— Ладно, уговорили, — наконец сдалась я, и слова прозвучали как тяжёлый выдох. Понимала, что не в силах им отказать. Да и… потанцевать с Кайланом хотелось. По-настоящему.
Подруга не стала уточнять, почему я ответила так, будто обращаюсь не только к ней. Она была уже слишком счастлива, чтобы замечать такие мелочи.
— А в чём ты пойдёшь? — озадачила она меня очередным вопросом, оглядев мой повседневный свитер и джинсы оценивающим взглядом.
Я беспомощно посмотрела на призрака, который тоже принял весьма заинтересованный вид и окинул меня с ног до головы.
— В твоих нарядах туда нельзя… — пробормотал он, почесывая прозрачный подбородок, а потом его глаза загорелись синим призрачным огоньком. — Эль, мы должны найти тебе самое сногсшибательное платье, которое только есть!
— Не знаю… — произнесла я ровно, стараясь никак не реагировать на слова вдохновившегося Кайлана. — В одном из своих платьев, наверное…
— Нет, Эль! — взвыли они почти одновременно, а подруга добавила, тряся головой: — Ни в одном из них ты туда не пойдёшь, радуйся, что я сегодня свободна, пошли!
— Куда? — вяло промычала я, не желая подниматься с уютного, тёплого места.
— Выбирать тебе платье! — закатила глаза девушка, схватила меня за руку и потащила прочь из кафе. — Ты в курсе, что там есть дресс-код? Нужно приходить в платьях летнего фасона и расцветки, то есть яркие, цветочные, весёлые или нежные, мне уже нетерпится посмотреть, как ты будешь в этом смотреться. — хихикнула она, глядя на моё потерянное лицо.
Кайлан тоже с интересом на меня поглядывал, паря рядом, но молчал. Видимо, улетел в свои призрачные фантазии о балах прошлого.
Когда Лина поняла, что я не сопротивляюсь, она отпустила мою руку, и теперь мы просто шли по вымощенной плиткой улице к центральной площади, наслаждаясь тёплым первым днём отдыха. Воздух пах свежей выпечкой и цветущей липой.
Я лениво скользила взглядом по случайным прохожим, попадавшим в поле моего зрения, особо их не разглядывая. Мои мысли были заняты в основном предстоящими тратами. Бальное платье стоит недешево, а покупать его, чтобы один раз надеть… такое себе. Боюсь представить, сколько я потом буду его отрабатывать, чтобы снова уйти в плюс.
— Эль, смотри, — вдруг влез в мои мысли голос призрака, прозвучавший настороженно.
Не понимая, о чём он, я повернулась к нему, посмотрела, куда он указывает почти невидимым пальцем, а потом увидела его — следователя Маклина. Он шёл навстречу нам, уткнувшись взглядом в тротуар, его лицо было сосредоточенным и хмурым. Встречаться с ним мне не хотелось совершенно, поэтому я инстинктивно схватила Лину за руку и резко затащила в ближайший магазинчик, мимо которого мы проходили. Она даже пискнуть не успела, лишь выпучила глаза от моего неожиданного манёвра.
Звон колокольчика над дверью оповестил о новых посетителях. Я проигнорировала его и закрыла стеклянную дверь, отойдя от неё вглубь прохладного, пахнущего новой тканью и кожей помещения. Лина смотрела на меня всё с тем же удивлённым выражением лица.
— Зачем ты зашла в магазин мужской одежды? — девушка перестала пытаться понять мои действия и решила просто спросить, озираясь по сторонам.
И только после этого вопроса я внимательно посмотрела на обстановку и ассортимент магазина, который, действительно, был мужским: ряды строгих костюмов висели, как молчаливая гвардия, стеллажи ломились от галстуков всевозможных расцветок, манекены в элегантных пиджаках застыли в вежливых, безжизненных позах.
— Решила присмотреть мне костюм? — мурлыкнул Кайлан, подплыв к моему уху так близко, что его холодное дыхание (если это можно так назвать) обдало меня ледяными мурашками. Я невольно поёжилась.
— Встретила там кое-кого… — повернувшись к застеклённой двери, я вновь уставилась на прохожих, ожидая, пока пройдёт лишь один, с кем встречаться мне не хотелось.
— Вейна? Я его не заметила... — подруга тут же напряглась, её брови поползли вверх, но я покачала головой, вызывая у неё очередное удивление.
— Чем я могу вам помочь? — до нас дошёл подтянутый сотрудник магазина с безупречной причёской и профессиональной улыбкой, в которой, однако, виднелся живой огонёк жажды выгоды.
— Нет, спасибо, мы сейчас уйдём, — тут же отозвалась Лина, вежливо, но коротко ему улыбнувшись и взяв меня под локоть, будто готовясь к быстрому отступлению. Её пальцы слегка сжали мою руку.
Но тут я увидела, что следователь идёт прямо к этому магазину. Тьма.
Ни слова не говоря, я снова потянула девушку уже вглубь магазина, чтобы затеряться среди стеллажей с одеждой. Она со вздохом последовала за мной, кажется, смирилась, но потом придётся ей всё рассказать.
Звякнул колокольчик ровно в тот момент, когда мы зашли за высокий стеллаж с пальто и затаились там, прижавшись спинами к прохладной стене.
— А я говорил, что проще будет от него избавиться, — заворчал призрак, хотя я видела по его полупрозрачному лицу, что он доволен тем, что я не вступаю в диалог с мужчиной. Что-то подозрительно часто нас начала сводить… жизнь.
Глава 10. Часть 3. Подружка Лина
Ревейн Торн
Мужчина шел по оживленной, шумной улице, погруженный в воспоминания о вчерашнем вечере. Давно он не испытывал ничего подобного. И впервые за долгое время в его душе царило странное спокойствие, приправленное острым, почти детским интересом.
Он настолько ушел в себя, что почти не замечал окружающего хаоса — гомона голосов, скрипа колес экипажей по брусчатке и мелькающих в пестрой сутолоке лиц. Очнулся лишь тогда, когда в толпе мелькнул силуэт, знакомый до боли. Тот самый, что являлся ему во снах и мерещился в очертаниях случайных прохожих с той самой первой встречи. Или, вернее, с того момента, как она сломала ему нос? Нет, эта деталь лишь придавала всему пикантной остроты.
Ее изящную, почти воздушную фигурку, которую он узнал бы из тысячи, он застал в неподвижности у витрины ювелирной лавки, залитой теплым светом газовых рожков. Рядом семенила другая девушка, живая и болтливая, и он с искренним удивлением подумал: неужели его мрачная, отстраненная леди способна терпеть чье-то общество?
Он сделал вид, что не заметил ее, и леди, кажется, решила этим воспользоваться. Она плавно, как тень, свернула с его пути и юркнула в ближайшую дверь. Поначалу он решил пройти мимо, но, бросив взгляд на резную дубовую вывеску, не смог сдержать довольной, коварной усмешки. «Ателье де Люкс». Конечно, ему хотелось бы, чтобы девушка сама бежала к нему навстречу, а не пряталась, как испуганный заяц. Но и это уже результат. Она его запомнила.
Запомнила.
Мужчина хмыкнул, осознав, чему радуется. Он что, идиот?
Наверное, да. Потому что ноги уже несли его к той самой лавке, хотя в его планы это совсем не входило. С другой стороны, почему бы и нет? Скоро бал, верно? А у него как раз нет приличного костюма. Не появляться же там в старом, пусть и отлично сидящем, сюртуке?
Дыхание слегка сбилось от предвкушения, когда он толкнул тяжелую дверь с хрустальной ручкой. Внутри пахло дорогими тканями — шерстью, шелком, бархатом, — кожей, старинным полированным деревом и едва уловимым ароматом воска для паркета. Центральный зал, освещенный массивной хрустальной люстрой, был пуст. Неужели спряталась? Это стало походить на извращенную игру в прятки… Ему нравилось, но, к сожалению, правила диктовала не он.
*От кого ты решила прятаться, девочка?*
Коварно усмехнувшись, он отказался от помощи учтивого, немолодого продавца и неспешно направился бродить между высокими стеллажами из темного дерева, завешанными одеждой всех цветов и фасонов. Пальцы скользили по прохладному шелку подкладок, шершавой поверхности твида. Взгляд его, однако, постоянно возвращался к выходу, не давая мысленной добыче ускользнуть. Удивительно, но он буквально кожей чувствовал ее раздражение, злость и кипящее нетерпение, хотя по идее девушка не должна была догадаться, что он зашел сюда намеренно — лишь чтобы посмотреть, как она поступит.
Ее хватило на полчаса.
Ровно через тридцать минут, которые он потратил на притворное изучение рубашек и жилетов, из-за дальней стойки с вечерними платьями, переливающимися перламутром и бисером, появились две фигуры. Эль, не выдержав, молча прошла мимо, не удостоив его даже мимолетным взглядом. Было неприятно, колюче-пусто. Он думал, что она хотя бы подойдет и как-то, с ледяным презрением, объяснит свое нахождение в лавке мужских костюмов. А она проигнорировала его полностью! Лишь легкий шорох тяжелой ткани ее платья выдал ее проход.
Неужели он зря дал им пространство?
Ее подружка, кажется, ничего не понимала. Она замешкалась на секунду и бросила на него любопытный, изучающий взгляд, полный немых вопросов, прежде чем поспешить за своей спутницей.
Каких же трудов ему стоило не последовать за ней, не возобновить эту погоню. Ноги сами напряглись, готовые к движению.
Он остался. Решил все же выбрать костюм и подозвал сотрудника. За эти полчаса он не рассмотрел по-настоящему ни одного отреза, так что помощь теперь была кстати.
Эллион
Как можно выбирать одежду полчаса?
— Эль, да он просто самовлюбленный павлин, — шипел у меня в голове призрак, которого пробирала дрожь от одного лишь присутствия того мужчины в одном с нами пространстве. — Кто будет выбирать себе один костюм так долго? Ему что, каждый шов нужно оценить?
— Зачем мы тут, Эль? — прошептала Лина, стараясь не высовываться из-за стойки с блестящими тканями, переливавшимися всеми оттенками синего и фиолетового. — Что с ним не так?
Ей уже надоело тут стоять, и она начинала раздражаться. Впрочем, не только она. Воздух в магазине казался густым и спертым, пропитанным терпением, которое вот-вот лопнет.
Когда высокий силуэт Ревейна пошел на четвертый неторопливый круг между стеллажами, мое терпение лопнуло. Я взяла подругу за руку, почувствовав под пальцами тонкое кружево ее манжета, и просто вышла из магазина, не реагируя на его взгляд, который снова начал жечь мне кожу, будто физическое прикосновение. Вот же… Столько времени из-за него потеряла. Уличный шум обрушился на нас, холодный и резкий после удушающей тишины ателье.
— Эль, ты не хочешь мне ничего рассказать? — требовательно спросила Лина, решительно загородив мне путь минут через пять после нашего бегства. Мы стояли на углу, мимо с грохотом пронеслась конка. Ее миниатюрная фигурка застыла в воинственной позе, а карие глаза горели решимостью выведать тайну. Вот же…
И как против этой упертой малышки бороться?
— Это снова не уличный разговор, — вздохнула я, принимая все риски откровенности в будущем, и ощутила, как по спине пробежала знакомая ледяная струйка — Кайлан выражал свое молчаливое одобрение.
— Ладно, после, — выдохнула она, понимая, что мы недавно перекусили и заходить в кофейню пока нет смысла, а на улице я говорить ничего не буду. Так что подруга засунула свое любопытство поглубже и с энтузиазмом вернулась к более важному для нее делу — поиску платьев.
Я наивно ожидала, что ходить мы будем не больше часа, но шел уже пятый. У меня хорошая подготовка и выносливость выше среднего, но после этого ада у меня ныли ноги и затекла спина, а Лина была живее всех живых, ее энергия казалась неиссякаемой. Она порхала между вешалками, как пестрая бабочка, а я тащилась за ней, чувствуя себя изможденной тенью.
Ее выносливость даже Кайлана, моего призрачного спутника, впечатлила. «Даже мне стало не по себе от этой беготни, — пробурчал он, витая где-то у левого плеча и навевая прохладу, — хотя такого, в принципе, быть не может. У меня же нет спины».
Все началось с первого магазина, куда мы даже не сочли нужным заходить полноценно. Лина бросила беглый взгляд на наряды, сморщила аккуратный носик и заявила, что для нас тут ничего нет. Во втором магазине история повторилась. И в третьем. В четвертом она наконец снизошла до примерки и впихнула мне в руки какой-то розовый кошмар с рюшами и бантами, от которого пахло дешевым пудретом и тщетными надеждами. Ничего не имею против розового цвета, но это платье было воплощением дурного вкуса.
Естественно, не подошло.
В пятом магазине, более дорогом и сдержанном, ее настроение улучшилось. Воздух здесь пахнул лавандой и старыми деньгами. Она с профессиональным интересом осматривала наряды, подмечая качество строчки и детали, которые ей нравились, и без умолку щебетала о том, какие именно фасоны и цвета должны подойти мне. Я уже тысячу раз пожалела, что согласилась на эту авантюру, и зло косилась на невидимого для других призрака, чье мнение в итоге стало решающим. Именно его слова перевесили чашу весов и склонили меня к этому дурному, как теперь выяснялось, шагу.
Может, я и погорячилась, когда злилась на следователя, когда он выбирал костюм полчаса. Хотя, я ушла раньше, так что нет гарантий, что он там не завис на еще большее количество времени.
Но к счастью, появились продвижки. Она смогла выбрать себе платье. Изумрудное, с небольшим корсетом и серебряной вышивкой, которая не утяжеляла наряд, а лишь подчеркивала его изящество, переливаясь при движении, как чешуя русалки. Платье ей очень шло, особенно к ее светлым волосам, глазам и смуглой коже; она стала похожа на хрупкую фарфоровую статуэтку, которую страшно тронуть.
И мы пошли в шестой магазин. Я уже ни на что не надеялась, думала, что это никогда не закончится, и не понимала, как меня могла загонять эта девушка, какую власть она надо мной имеет, раз я не могу просто встать и уйти. Хотя бы встать.
Но ноги ныли, и я лишь сидела на бархатном пуфике цвета спелой сливы, пока девушка носилась от вешалок ко мне с разными платьями, которые отметала либо я, либо она, либо невидимый критик, ворчащий у меня над ухом.
А потом она принесла одно. Я его примерила, и она замерла. Собственно, как и призрак, который тоже принимал участие в выборе. Его мнение я учитывала, ведь по сути я иду на бал из-за него. Точнее, наряжаюсь, так что платье должно нравиться всем нам троим.
Темное — красное, то ли винного, то ли кровавого оттенка. Шелк струился по телу холодным, тяжелым потоком, а бархатные вставки на корсаже и рукавах приглушали его блеск, добавляя глубины. Платье не было пышным — оно облегало фигуру, но не как вторая кожа, подчеркивая линии без вульгарности. По всему левому боку, от бедра к плечу, была рассыпана вышивка из крошечных темно-рубиновых камней, мерцавших при малейшем движении, словно капли застывшей крови.
Это выглядело невероятно. Изящно. Хищно и опасно.
Особенно с моей светлой, почти фарфоровой кожей и темными, тяжелыми волосами, которые резко контрастировали с алым шелком. В зеркале отражалась не я, а какая-то чужая, затаившаяся версия меня, готовая выйти из тени.
Мне понравилось, но не могу сказать, что потерянное время того стоило. Спросила цену и побледнела от названной суммы. Это было целое состояние...
— Я не могу его купить, — ровно ответила я и посмотрела на Лину виноватым взглядом. Та посмотрела на меня так, будто я ее предала. — Придется поискать другое.
Говорила и самой было больно от мысли, что мне придется еще столько времени ходить по магазинам. Эта перспектива казалась мрачнее долгой ночи.