Смерть между страниц

Original title:

BURIED IN A BOOK

T. C. LoTempio

На русском языке публикуется впервые

Книга не пропагандирует употребление алкоголя.

Употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

BURIED IN A BOOK

Copyright © T. C. LoTempio, 2026

This edition is published by arrangement with HG Literary and The Van Lear Agency LLC

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2026

Мастеру Ужасов собственной персоной… покойному Винсенту Прайсу

Глава 1

– Вот и хочется взять следующую книгу из серии, но внутренний голос жалобно протестует: «Нет, пожалуйста, опять до двух часов ночи спать не будешь».

Я подняла взгляд от компьютера и улыбнулась женщине по ту сторону прилавка. Бетти Стабинг принадлежала «Замороженная ложка» – единственное в моем родном Остине, штат Пенсильвания, старомодное кафе-мороженица. С момента открытия магазина Бетти регулярно захаживала ко мне и проводила большую часть времени, листая сборники рецептов и книги об изысканных десертах. В прошлый раз она призналась, что хочет разнообразить читательский репертуар, – я познакомила ее с серией книг Дж. Д. Робб[1] и, судя по реакции старушки, попала в яблочко.

– Понимаю. Изумительная динамика отношений между двумя главными героями. Много интриги и романтики – в самый раз. Всего понемногу, верно?

– Точно. Кто бы мог подумать, что меня так увлечет футуристический полицейский детектив! – Бетти тряхнула головой, отчего ее седые кудряшки запрыгали туда-сюда. – Видимо, придется все-таки сдаться и купить следующие два. Только хочу растянуть удовольствие.

– Учитывая, что в серии более шестидесяти томов, понадобится немало времени, чтобы прочесть их все, – утешила ее я, пробежалась пальцами по клавиатуре и взглянула на экран компьютера. – Второй том в наличии, а вот третьего нет. Заказать его для вас?

Бетти поколебалась, затем помотала головой.

– Лучше не надо. Если не спешить, второй книги мне до Рождества хватит. А третью и четвертую внесу в список желаемых подарков. Кто-нибудь из братьев наверняка их мне купит. И кстати, о братьях… – Бетти достала из сумки листок бумаги и разгладила его на прилавке. – Чуть не забыла. Брат попросил меня узнать, вдруг ты в курсе, выйдет ли в этом году новая книга о Стиве Шепарде? Он ничего о ней не слышал и несколько обеспокоен.

Моя ладонь замерла над клавиатурой.

– И я ничего не слышала о новых книгах в этой серии. Не уверена, планировали ли они что-то на этот год.

Вообще-то это вранье. Я точно знала, что в ближайшее время никаких книг о Стиве Шепарде не планируется. Откуда бы мне это знать?

Оттуда, что сама их не написала.

В другой жизни я, Шарлотта «Чарли» Джеймс, была также Си Джей Барретом, автором триллеров. Я наслаждалась успешной писательской карьерой, сочиняя истории о бесстрашном секретном агенте, пока несколько месяцев назад меня не накрыло мощнейшим творческим кризисом. Я часами сидела за компьютером в своем таунхаусе в Нью-Йорке и таращилась в белый экран в надежде, что слова придут, но они так и не приходили. Раньше, стоило мне сесть за книгу, я фонтанировала идеями – и написала так пятнадцать томов. А теперь… пшик. Ни капли вдохновения, ни единой искорки. За эти годы запал, как говорится, иссяк.

Как я решила проблему? Поскольку контракт с моим издателем закончился, я собрала вещи и оставила яркие огни Нью-Йорка за спиной, отправившись в свой родной город Остин, что в Пенсильвании. Там воссоединилась со своей лучшей школьной подругой Зейной Адамс. После того как я помогла доказать ее невиновность в убийстве делового партнера (долгая история; если кому интересно, она рассказана в другом месте), она уговорила меня начать совместный бизнес в арендованном ею помещении. На моей половине поселился книжный магазин, специализирующийся на детективах (а как же иначе?). Я оставила название, под которым Шейла, покойная деловая партнерша Зейны, зарегистрировала помещение – «Непремэнно детективы»[2], оно показалось мне подходящим. На своей половине Зейна открыла пекарню «Лакомства Зейны». Я согласилась на пробные полгода, чтобы посмотреть, как пойдет. Пока шло хорошо – если не считать ежедневных писем от моего литагента Макса Моленаро, не оставлявшего попыток заманить меня обратно на писательскую стезю. Вчерашнее сообщение гласило: «ИДР готовы выложить за возвращение Стива Шепарда кучу бабла. Попробуешь?»

«Не интересует», – отбила в ответ я.

Макс: «Хотя бы подумай об этом».

Я подумала целых две секунды, прежде чем написать: «Все равно не интересует».

Не прошло и пяти секунд, как прилетело следующее: «Ну, тогда как насчет новой серии? Скажем, уютного детектива по мотивам твоих недавних приключений? Выпустим под другим псевдонимом. Давай? Вдруг именно такой искры тебе не хватает, чтобы разбудить творческое воображение. Заинтересовал?»

Я вздохнула. Помню, Макс весьма оживился, когда я поведала ему о своей роли в раскрытии вышеупомянутого убийства. Он сразу же нацелился на жанр уютных детективов. «Ну же, Чарли! Это прямо Джессика Флетчер![3] Держу пари, нас ждет большой успех!»

К несчастью для Макса, на данный момент у меня не было ни малейшего желания писать вообще и уютные детективы в частности. Меня, хотите верьте, хотите нет, целиком и полностью устраивало продавать чужие книги. На то сообщение я ему не ответила, и с тех пор он мне не писал. Я не сомневаюсь, что мое молчание его оскорбило, и теперь он ждет, когда я сделаю первый шаг.

Прости, Макс. Ждать тебе придется долго.

– Как жаль, – прервал мои мысли гнусавый голос Бетти. Она убрала записку обратно в сумку. – Он будет разочарован. Си Джей Баррет – один из его любимых авторов, даже, пожалуй, самый любимый.

– Спа… то есть как мило. – Чуть не прокололась. Никто в Остине не подозревал, что я и Си Джей Баррет – один человек, пусть так и остается. Быстрый взгляд на экран компьютера. – А как ему Клайв Касслер?[4] На следующей неделе выходит новый роман.

– Точно не знаю, но спрошу. Братец попозже заглянет ко мне в кафе придумать особенные угощения к празднику… Кстати, ты-то планируешь украшать магазин?

Она окинула зал пренебрежительным взглядом, а я прикусила нижнюю губу. Праздник, о котором говорила Бетти, был Хеллоуин, и я, разумеется, собиралась украсить свои владения – не сделай я этого, добропорядочные жители Остина, вероятно, бойкотировали бы мою книжную лавку, а то и, чего доброго, выволокли бы меня на городскую площадь, обмазали смолой и вываляли в перьях – и это не шутка. Лично я никогда не считала Хеллоуин таким уж праздником, но остинцы его обожали и отмечали с едва ли не бо́льшим размахом, чем День благодарения или Рождество. Я кивнула в сторону витрины.

– У Мэнди есть кое-какие идеи для витрины. Нечто в духе Хичкока: рука, сжимающая занавеску для душа, облепленный черными птицами манекен и рядом еще один, в кресле, с загипсованной ногой и фотоаппаратом. Я проверила, у нас довольно много книг о Хичкоке, их тоже можно выставить.

Бетти одобрительно кивнула.

– «Психо», «Птицы», «Окно во двор». Мне нравится. – Она сделала паузу и подчеркнуто внимательно оглядела помещение. – А с интерьером что?

– Мэнди вчера выставила уютные хеллоуинские детективы, а я начала заново оформлять шестой ряд. – Я махнула в сторону полок с классикой. – Достала несколько книг об Эдгаре Аллане По. На мой взгляд, он более чем по сезону.

Не успела я произнести имя автора, как на прилавок запрыгнул здоровенный черный котяра, заставив Бетти ахнуть и отступить на шаг. Он вытаращил золотистые глаза и повернул голову в указанном мной направлении.

– Мяу?

– По, ты у нас, конечно, самый что ни на есть хеллоуинский кот, но речь не о тебе. – Я провела рукой по шелковой спинке, и толстый хвост слегка выгнулся в ответ. – Я говорила о самом писателе. – Я улыбнулась Бетти. – По-моему, По страшнее всех – писатель, а не мой кот. Помню, прочла в старших классах «Колодец и маятник», так мне потом кошмары снились.

– У меня так же было, когда нас заставляли учить «Ворона», – поделилась Бетти. – Мне неделями снилось, как черная птица гонится за мной до самого дома и каркает «невермор»[5].

При слове «птица» По дернул ушами и, высунув розовый язычок, облизнулся.

Я щелкнула пальцами.

– А это мысль. Пороюсь в интернете, может найду чучело ворона. Оно будет великолепно смотреться на стопке книг.

– Ой, да зачем искать, – воскликнула Бетти. – У меня есть лишний, могу одолжить.

Я уставилась на нее.

– У вас есть лишний ворон? Вы шутите?

– Нет. Пару-тройку лет назад «Джиллис» устроили распродажу. Я специально приехала пораньше и первой выбрала украшения на Хеллоуин и Рождество. – Она потерла руки. – Только поставь его повыше, чтобы дети не дотянулись. Они обожают нажимать на кнопку, чтобы он заговорил.

– Ваш ворон еще и разговаривает? – рассмеялась я.

– Да. В отличие от стихотворного, он весьма многословен. Умеет «невермор», «как-то в полночь, в час угрюмый»[6] и еще что-то, навскидку не припомню. – Она схватила меня за рукав. – А может, тебе купить хеллоуинскую елку? В том гипермаркете у шоссе их навалом. Они как рождественские елки, только черные или оранжевые. По-моему, у них даже одна двухцветная есть.

– Неплохая мысль, – согласилась я. – Возьму маленькую – максимум фута три-четыре[7], – поставлю ее в центр стола, а сверху посажу ворона. Очень даже круто будет смотреться.

– Конечно, круто! – Чем сильнее Бетти волновалась, тем громче она говорила. – А знаешь, что еще смотрелось бы круто? Если разбросать среди книг несколько дивиди-дисков с фильмами по его рассказам.

– Неплохо бы, да, но дисками мы не торгуем, а своих у меня нет.

Раньше, в Нью-Йорке, у меня был дивиди-плеер, но мой бывший при расставании забрал его с собой, а новым я так и не обзавелась.

Старушка небрежно отмахнулась.

– Ой, я тебе одолжу несколько штук. Только пометь их как «выставочные, не для продажи». У меня есть все фильмы с Винсентом Прайсом. – Она вздохнула. – Я его просто обожала – потрясающий актер. У меня есть «Дом восковых фигур», но это не По. – Она начала загибать пыльцы. – Дай сообразить, есть «Черный кот», есть «Маска красной смерти», «Падение дома Ашеров», «Лигейя»…

– Внушительный список, вот только в «Черном коте» Винсента Прайса нет.

Мы с Бетти дружно обернулись. Ни одна из нас не услышала колокольчика на двери магазина и не заметила незнакомца, стоящего у Бетти за спиной. Я пригляделась к нему. Лет тридцати пяти на вид, высокий и худощавый, карие глаза, твердый подбородок, точеные скулы и копна вьющихся темных волос. Его костюм был образцом того, что я всегда называла повседневной элегантностью: итальянские кожаные лоферы, отглаженные брюки «докерс», воротничок клетчатой рубашки, выглядывающий из V-образного выреза темно-синего, кажется, кашемирового джемпера. Одетых подобным образом парней я почти каждый день наблюдала на Парк-авеню на Манхэттене. Короче говоря, от него разило деньгами.

– Прайса не было в «Черном коте», – повторил он, не дождавшись реакции от нас, и продолжил, глядя прямо на Бетти: – По крайней мере, если речь о версии тысяча девятьсот тридцать четвертого года. В ней снимались Борис Карлофф и Бела Лугоши. Однако в «Истории ужасов» тысяча девятьсот шестьдесят второго года Прайс играет в эпизоде под названием «Черный кот».

– Вот его-то я и имела в виду, – немного растерянно сказала Бетти. – Помнится, там снимался Винсент Прайс и еще, кажется, Питер Лорре.

– Тогда это точно «История ужасов», – уверенно улыбнулся мужчина. – Вы же слышали байку о кастинге на роль черного кота для этого фильма? – Мы обе отрицательно покачали головами, и он продолжил: – Прайс отсмотрел на эту роль более ста пятидесяти котов. Большинство отсеялись на первом туре из-за белых пятнышек на губе или носу. Он упорно продолжал кастинг, пока не нашел идеального, полностью черного кота. В тысяча девятьсот шестьдесят первом году это было не так-то просто…

Незнакомец умолк, когда на прилавок запрыгнул По. Кот с минуту не сводил с него желтых глаз, затем, тряхнув хвостом, спрыгнул на пол и неторопливо направился вглубь магазина.

Мужчина поднял руку и провел ладонью по лбу.

– Вот это красавец! – кивнул он вслед быстро исчезающему По. – Жаль, что он не совсем черный, иначе, уверен, Прайс бы его точно выбрал. – Он повернулся ко мне и добавил: – Полагаю, это магазинный кот?

– Да, но он еще и мой, – сказала я. – И по странному совпадению зовут его По.

– Что ж, ему в самый раз, – рассмеялся мой собеседник и постучал по подбородку. – Должен сказать, мне нравится ваша экспозиция. По – олицетворение Хеллоуина, а Винсент Прайс великолепен во всех фильмах по рассказам По. Вы знали, что он был вдобавок заядлым коллекционером и критиком произведений искусства?

– Да, – хором ответили мы.

– И гурманом, – добавила Бетти.

– Верно, – подхватила я. – Он написал несколько кулинарных книг, их до сих пор переиздают. У нас в кулинарном отделе почти наверняка есть экземпляр.

– У мамы была его первая книга, написанная в соавторстве с женой Мэри, – ностальгически вздохнула Бетти. – Там фотографии и рецепты из ресторанов со всего мира. Книга довольно толстая. Она у меня до сих пор хранится. Врать не буду, но, по-моему, мама говорила, что это первое издание.

Глаза у незнакомца сверкнули.

– Правда? И в каком она состоянии?

– Боюсь, не в лучшем, – сморщила нос Бетти. – Корешок развалился, и некоторые страницы вываливаются. Мама ее из рук не выпускала. По-моему, она почти все рецепты оттуда перепробовала. Кухарка-то она была хоть куда, да и я не хуже. Всегда ищу новые рецепты.

Мужчина цокнул языком, прежде чем ответить:

– Жаль. Первое издание в хорошем состоянии может стоить несколько сотен долларов. Я видел экземпляр в идеальном, почти новом состоянии за пятьсот. А будь на нем автограф Прайса, ушел бы гораздо дороже.

– Будь на нашей кулинарной книге автограф Винсента Прайса, мама бы в жизни ее не продала, и я тоже, – сказала Бетти, для пущей убедительности постучав ногтями по прилавку.

– Уверены? – не отставал незнакомец. – Заядлые коллекционеры готовы выложить за подобный экземпляр большие деньги, особенно за первое издание. – Он повернулся ко мне и поднял указательный палец. – Вам стоит приобрести «Цену страха». В книге собраны все его фильмы, великолепное дополнение к вашему собранию.

Бетти повернулась так, чтобы незнакомец не видел ее лица, и закатила глаза. Затем поднесла к глазам руку с часами.

– Все это ужасно интересно, но мне пора. Как доберусь до дома, поищу того ворона. – Бетти пожала мне руку, коротко кивнула незнакомцу и удалилась.

Когда дверь за ней закрылась, мужчина посмотрел на меня.

– Интересная дама. Всегда ищет новые рецепты, да? Любит готовить?

– Можно и так сказать, – ответила я с улыбкой. – Она хозяйка «Замороженной ложки». Это винтажное кафе-мороженица.

– А, надо будет заглянуть. Нет ничего лучше доброй порции «черной коровы»[8]. – Он протянул ладонь. – Простите, где мои манеры, я до сих пор не представился. Джеффри Томас. А вы, я так понимаю, директор этого магазина?

– И директор, и владелец. Чарли Джеймс.

Глаза у него слегка округлились.

– Сильно. Позвольте сделать комплимент, мисс Джеймс: у вас отличный магазин. Внушительный отдел детективов, но, полагаю, этого следовало ожидать, учитывая название заведения.

– Мы специализируемся на детективах – классических, уютных, иронических, а также триллерах. Другие жанры тоже хорошо идут. По моему опыту, подлинный успех книжному магазину приносит разнообразный и продуманный ассортимент.

– Совершенно верно. – Он помолчал, а затем добавил: – А вот букинистического отдела я не увидел.

– Он у нас невелик и расположен прямо перед детским уголком для чтения. Пара-тройка книг Агаты Кристи, несколько произведений Рэймонда Чандлера, если любите старую добрую классику, Луиза Пенни и Джиллан Флинн, а для любителей триллеров – Джеймс Паттерсон. И точно есть несколько винтажных изданий Стивена Кинга – уж «Кэрри»-то наверняка. Куча уютных детективов Лоры Чайлдс, Э. Дж. Коппермана и Лорны Баррет, около дюжины любовных романов и немного детской литературы – «Гарри Поттер» и книги Доктора Сьюза[9]. Но если вы ищете первые издания, боюсь, вам не повезло. Все мои старички родом из гаражных и библиотечных распродаж.

– Понятно. – На несколько секунд он словно завис, а затем снова перевел взгляд на меня. – Тогда вряд ли у вас обнаружится предмет моих поисков. Эту книгу выпустило небольшое издательство в восьмидесятых годах. Насколько мне известно, тираж был весьма скромный. В ней подробно разбирается творчество По, с упором на экранизированные произведения. Автор книги отдал дань особого уважения Прайсу. По-видимому, он был большой поклонник и классика, и актера. Книга довольно редкая…

– Точно никогда ничего похожего не видела, но звучит интересно. Вы не пробовали обратиться к букинистам в Сети? Может, у них найдется экземпляр?

Он покачал головой.

– Редко кто готов расстаться с этой книгой. Однако до меня дошел слух, из надежного источника, что где-то в нашем маленьком городке всплыл экземпляр на продажу. Поэтому, увидев вашу выставку произведений По, я подумал, вдруг… – Его голос затих, а в глазах появился мечтательный отблеск.

– Я могла бы поспрашивать, – предложила я. – Как называется книга? Кто автор? Что за издательство?

– Точного названия я не знаю, – несколько сконфуженно ответил мой собеседник. – Вроде бы что-то про полное собрание сочинений По.

Я выгнула бровь.

– Вы ищете книгу, не зная названия? А автора помните? Может, хотя бы название издательства?

– Боюсь, кроме примерного названия, мой клиент не снабдил меня другими деталями. Сам он сейчас в отъезде, где-то за границей. И контактов его у меня нет.

Я уставилась на Джеффри Томаса.

– Клиент, говорите? То есть вы разыскиваете книгу не для себя?

– Нет, – он откашлялся. – Надо было сразу сказать: я букинист. Прослышав о том, что книга По – Прайса выставлена на продажу, я решил приехать сюда и осмотреться: вдруг мне повезет и здесь окажется именно то, что хотел мой клиент.

– Получается, вы бы ее выкупили, даже не будучи уверенным, та это книга или нет?

– При условии нормальной цены – конечно. Покупатель на нее нашелся бы.

Меня так и подмывало сказать, что такой подход к делу кажется мне весьма сомнительным, но тут Джеффри Томас полез в нагрудный карман рубашки, извлек квадратик кремовой бумаги и вложил его мне в руку.

– Позвоните, если вам попадется похожая по описанию книга. Буду признателен…

Я взяла визитку, но не успела ее рассмотреть – звякнул колокольчик на двери, и в магазин влетела долговязая девчонка в синих джинсах и клетчатой фланелевой рубашке. Она подскочила к прилавку и, проигнорировав вежливо отступившего в сторону Томаса, обратилась ко мне:

– Привет, Чарли. Мама послала узнать, не пришла ли еще книга Хизер Моррис, которую она заказывала.

– Пришла. – Я достала из-под прилавка сиреневый полиэтиленовый пакет с надписью: «Непремэнно детективы». Пока девочка шарила в сумочке в поисках кошелька, я не глядя сунула визитку Томаса в карман. Краем глаза я увидела, что мужчина уходит, – он притормозил в дверях, помахал мне и был таков.

После этого утро прошло довольно быстро. Я погуглила книги об Эдгаре По и Винсенте Прайсе и в итоге позвонила своему поставщику и заказала экземпляр «Цены страха». Покупатели шли косяком, и в какой-то момент я почувствовала усталость. До смены Мэнди оставался еще час, поэтому я повесила табличку «Буду через 20 минут», заперла магазин и прошмыгнула через общую дверку в «Лакомства Зейны» и устроилась за любимым столиком в углу. Через минуту из подсобки вынырнула сама хозяйка с дымящимся чайником в одной руке и изящной кружкой в другой. Она подошла к столику и поставила все передо мной.

– Я надеялась, что ты забежишь, – провозгласила она. – Мне не терпится, чтобы ты попробовала новый чай, – поставщик мне его буквально всучил. Называется «Расцветающий зеленый чай».

– М-да? – я внимательно оглядела исходящий паром чайник. – И что там расцветает?

Подруга заулыбалась еще шире.

– Когда его завариваешь, внутри распускается великолепный красно-золотой цветок. Я уже несколько человек угостила, всем очень понравилось.

– Звучит… необычно. Налей немного. – Согласие мое оказалось излишне, поскольку Зейна уже бухнула мне полкружки заварки. Нос защекотал насыщенный, плотный аромат. – Пахнет приятно.

– Как насчет шоколадного мусса к нему? На ванильном молоке?

– Я пытаюсь беречь фигуру, но день ото дня все сложнее, – похлопала я себя по животу. – В Нью-Йорке каждое утро, прежде чем сесть за компьютер, ходила в спортзал. А тут никак.

Подруга окинула меня неодобрительным взглядом и уперла руку в пышное бедро.

– Отличная у тебя фигура, как по мне. Какой размер, двойка?

– Была когда-то, – огрызнулась я на пояс джинсов. – Они еле сходятся. Наверное, у меня уже минимум четверка. – Зейна закатила глаза, а я вздохнула. – Мне бы вообще отказаться от сладкого.

– Но не откажешься. – Подруга скрестила руки на груди. – Ма-аленький клубничный макарон будешь?

– Низкокалорийный?

– А то! – Ее улыбка сочилась лукавством.

– Ты абсолютно не умеешь врать, а у меня напрочь отсутствует сила воли, – вздохнула я. – Ладно, давай. Один клубничный макарон.

Зейна упорхнула и спустя пару минут вернулась с тарелкой, на которой лежал не один, а два макарона.

– Один тебе, один мне, – пояснила она, ставя тарелку на стол, и плюхнулась рядом. – Мне тоже отдых полагается. – Она цапнула пирожное, откусила, пожевала, проглотила и сказала: – Ну, как оно там? Мэнди рассказала Мэйзи, что затеяла на Хеллоуин витрину в стиле Хичкока, и теперь Мэйзи теребит меня, чтобы я выбрала тему для нашей витрины. – Мэйзи Хэнсон помогала Зейне в пекарне и дружила с моей помощницей. – Мне на ум только Гензель и Гретель приходят.

– Чем не вариант? Имбирные пряники ты печешь отменно. – Я откусила макарон и отпила еще чая. – У меня сегодня днем произошло нечто странное. В магазин зашел мужчина.

– Мужчина, говоришь? – хихикнула подруга. – И что в нем было странного? Неужто две головы?

Я показала ей язык и ответила:

– Нет, голова была одна, и вполне симпатичная. Но какой-то он… ну, я не знаю… не такой. Представился торговцем редкими книгами, но ни капли на букиниста не похож.

– Да ну? Откуда ты знаешь, как должен выглядеть букинист?

– Пока жила в Нью-Йорке, довольно часто с ними сталкивалась, и поверь, этот парень выглядел богатым для книготорговца. Скорее биржевого брокера напоминал. От его костюма просто разило деньгами.

– Ну, может, он много дорогих книг продал, – пожала плечами Зейна. – И что же он забыл у тебя в магазине?

– Вроде бы он ищет для некоего клиента определенную книгу, но практически ничего о ней не знает – ни названия, ни автора, ни издательства.

Зейна округлила глаза.

– Ничего не знает и при этом называет себя букинистом? По-моему, такое любой книготорговец выясняет в первую очередь.

– Вот и мне так показалось. Только и мог сказать, что книга об экранизациях рассказов Эдгара По, с упором на те, где снимался Винсент Прайс. – Я откинулась на спинку стула и принялась теребить край салфетки. – Я быстренько поискала в интернете и не нашла ни одной книги, в которой подробный анализ рассказов По сочетался бы с разбором их экранизаций, да еще и с особым вниманием к фильмам с Прайсом…

– Стало быть, этот тип ищет по-настоящему редкую книгу. – Зейна тоже откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. – Но как отыскать нечто подобное, не зная деталей? Положиться на счастливый случай?

– Похоже, именно этим он и руководствуется. Прослышал, что у нас тут, возможно, продается похожая книга, и явился разведать обстановку. Всучил мне визитку с просьбой позвонить, если что-нибудь узнаю, но…

– Но тебе почему-то не хочется?

– Почему-то да. Он показался мне этаким всезнайкой. Да и история о клиенте доверия не вызывает. Может, он ищет книгу для себя, хочет купить задешево, а потом продать втридорога на каком-нибудь «и-Бэе»[10].

– Или пытается обойти в гонке за этой книгой кого-то другого, – предположила Зейна. – На твоем месте я бы при любом раскладе была с ним осторожна. В смысле, если этот тип кажется тебе мутным, то лучше послушай свою интуицию – она у тебя в таких делах работает весьма неплохо.