Промямлив что-то невразумительное, юноша вздрогнул и проснулся. Надо же! Он так увлекся написанием романа, что и не заметил, как погрузился в сон. Помнилось лишь алое зарево за окном. На щеке красовалась ярко-красная полоска, отпечатавшаяся от края стола, затекшая спина ныла от боли. Вчерашние события проносились в голове Михаила одно за другим словно кадры из кинофильма. Он вдруг вспомнил об Анне, и внутри все сжалось от боли. Юноша был так зол на весь мир, настолько погружен в свои проблемы, что даже не заметил как сильно обидел Аню. А ведь он так ее любит! К сожалению, человеческая сущность такова: мы всегда боимся обидеть посторонних, но не замечаем, как делаем больно самым дорогим людям.
Отыскав свой сотовый, Михаил быстро набрал знакомый номер.
– Ну возьми же трубку, пожалуйста! – отчаянно шептал юноша меря шагами комнату, но в ответ слышались лишь длинные гудки. Вскоре Михаилу пришлось бросить безуспешные попытки. Гудки сменил монотонный голос оператора: “ – Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
– Тоже мне, абонент не абонент, – обиженно буркнул юноша.
Так и не сумев дозвониться до Ани, Михаил решил подождать девушку возле ее дома. Рабочий день в редакции давно должен был закончиться, но Ани все еще не было. С каждой минутой беспокойство внутри Михаила нарастало как снежный ком. Прождав еще несколько часов юноша собрался было уйти, но тут он наконец увидел Аню. Девушка не спеша подходила к дому, но увидев Михаила остановилась.
– Привет, – юноша попытался поцеловать Аню, но она отстранилась.
– Привет?! После того как ты со мной поступил, заявляешься ко мне как ни в чем не бывало и говоришь «Привет»? – щеки девушки пылали от гнева.
– Прости меня. Ты не представляешь, сколько всего навалилось. Мне просто нужно было некоторое время побыть одному. Не хотелось ни с кем говорить.
– Знаешь что Гаврилов? Ты эгоист!
– Аня, пожалуйста…
– Да тебе же плевать на остальных! Ты жалеешь только себя, можешь заметить лишь когда плохо тебе! Конечно, какое дело Михаилу Гаврилову до остальных! – голос девушке дрожал. В каждой его ноте слышалась боль и обида которую испытывала Аня.
– Не говори так. Я люблю тебя, ты же знаешь.
– Что ты из себя любовь давишь как из тюбика? Ты не способен любить никого кроме себя, – слезы брызнули из ее глаз, и она поспешно отвернулась, утирая их рукавом.
Михаил с грустью смотрел в след удаляющейся девушке. Цокот ее каблучков, разносившийся по всему двору, эхом раздавался у него в голове.
– Аня, выходи за меня замуж, – внезапно выпалил юноша. Это решение пришло к Михаилу спонтанно, и оно казалось ему единственно верным. Он знал, что если сейчас позволит Ане уйти, то потеряет ее навсегда.
Девушка замерла, словно эти слава парализовали ее, не давая сдвинуться с места. Она медленно обернулась.
– Что ты сказал?
Вместо ответа Михаил сгреб ее в охапку и поцеловал. Он готов был расцеловать каждую ямочку на ее щеках, каждую слезинку на ресницах.
– Выходи за меня замуж, – прошептал он, и от его прикосновения по спине девушке пробежали мурашки.
– Миш… Я не могу выйти за тебя замуж, – тихо сказала Аня, стараясь не смотреть юноше в глаза.
– Почему?
– Я все время одна. Выйти замуж за тебя, это значит променять внимание многих, на невнимание одного. Прости… – девушка поцеловала его и быстрым шагом направилась прочь.
– Аня, подожди…
– Не нужно за мной ходить, прощай, – бросила она не оглядываясь.
Михаил так и остался стоять на месте, пока за ней не захлопнулась тяжелая железная дверь.
***
Музыка раздавалась настолько громко, что едва Саша открыла входную дверь квартиры, где жил Михаил у нее жутко заболела голова.
Внутри царил жуткий беспорядок. Рубашки, майки и другие предметы одежды лежали в самых неподходящих местах, гора немытой посуды на кухни и грязные кружки с остатками чая на письменном столе «дополняли» интерьер маленькой «однушки».
Девушка жила в студенческом общежитии и к брату заходила редко, а Михаил особо не утруждал себя уборкой.
– Ты сошел с ума? – возмутилась Саша, выключая источник шума. – Слышно на первом этаже! Хочешь проблем с соседями? – Михаил ничего не ответил на гневные упреки сестры. Он лежал на диване и, не мигая смотрел в потолок.
– Что случилось, Миш? – взгляд девушки упал на открытую бутылку коньяка, стоявшую рядом с ним на полу.
– Ты что, пил?
– Нет.
Саша забралась к нему на диван и обняла брата.
– Что случилось?
– Я неудачник, – равнодушно ответил Михаил.
– Почему ты так говоришь?
– Меня выгнали с работы, бросила девушка, я ни на что не годный человек.… Ай, больно же! – Михаил не успел закончить свою тираду. Его плечо пронзила ужасная боль. Он с удивлением уставился на сестру, которая уже заносила кулак для нового удара.
– Не смей так говорить, слышишь? Мой брат не неудачник! Это самый добрый, умный и талантливый человек которого я знаю. А те кто этого не понимают просто глупцы!
Михаил улыбнулся. Как же замечательно, что рядом с тобой есть родной, любящий тебя человек.
– Спасибо тебе, сестренка, – он ласково поцеловал девушку в макушку.
– Вставай! – неожиданно воскликнула Саша. В ее глазах заиграли лукавые огоньки. Михаил хорошо знал этот взгляд. Его сестра явно что-то задумала, и отговаривать ее было бесполезно.
– Зачем? – опешил он.
– Поднимайся, тебе говорят! – Саша рывком стянула с брата одеяло. – Мы уходим.
– Уходим? Куда?
– Увидишь. Одевайся, – джинсы юноши, а затем и его куртка упали рядом с ним на диван, и Михаилу ничего не оставалось, как подчиниться этому вихрю с голубыми глазами.
***
– Ночной клуб? Ты привела меня в ночной клуб? – возмутился Михаил, когда они после получасового скитания по ночному городу, наконец остановились возле большого многоэтажного здания с яркой мерцающей вывеской.
– Не ворчи. Тебе нужно развлечься, – сказала Саша, вручая охраннику стоявшему у входа два флаера и надевая бумажный браслет себе и брату.
– Не могу поверить, что ради этого мы тащились через весь город! Ты же знаешь, я терпеть не могу такие места.