мой первый босс
Я даже погладила полированный кузов. Осторожно, словно прикосновение могло его повредить.
— Нравится?
Я обернулась. Марк снова улыбался мне и… Протягивал ключи! Мне!
— Это твоя. Служебная.
Я просто потеряла дар речи. Да, о том, что мне полагается служебный автомобиль, говорил ещё Анатолий Семёнович. Но я считала, что это будет что-то более скромное… И уж точно не ожидала, что автомобиль станет воплощением моей мечты!
Дрожащей рукой я приняла ключи и уже потянулась к дверце, но Марк остановил меня:
— Потом. Сегодня — на моей.
Конечно, его автомобиль был намного более брутальным. Не изменил он себе и в цвете: тёмно-синий, настолько тёмный, что при плохом освещении мог показаться и чёрным. И как я только могла подумать, что Марк будет ездить на красной машине, да ещё и типично женской модели!
Уже в салоне, устроившись на мягком, удобном сиденье, я задала вопрос, мучивший меня со вчерашнего дня:
— Марк, зачем тебе вообще помощница, тем более без опыта?
Он коротко взглянул мне в лицо:
— Сложно говорить. Ты будешь за меня. Ты меня знаешь.
Мне стало немного страшно. Теперь я поняла, почему моя должность гордо именовалась «представитель директора»! Я действительно должна была его представлять. Как в университете, где мы часто брали задания на двоих: готовились вместе, а выступление я брала на себя. Марк просто стоял рядом, молча помогая мне, если было нужно. Показывал слайды, менял диаграммы, включал аудио или видеозаписи… И всё — без единого слова.
Да, тогда мы прекрасно работали в команде… Но это была учёба! Можно сказать, всё было понарошку. Теперь же — всё всерьёз. И в случае провала нас ждёт не более низкая оценка, а потеря важного клиента, а то и полный крах компании.
— Марк, но я же могу не справиться… Ты уверен?
Он усмехнулся:
— В тебе — да. Уверен.
Так началась моя работа на «Айснике». Работа сложная, но безумно интересная. Мне не так уж много времени приходилось бывать в офисе: чаще всего я сопровождала Марка или кого-то ещё из руководства фирмы на презентациях, встречах и совещаниях, и понемногу привыкала быть его «голосом». Тем более что нам действительно было очень комфортно работать в паре.
Первая серьезная проверка случилась уже на второй неделе. Утром Марк положил передо мной папку: переговоры с иностранным дилером, впервые — не в роли свидетеля, а в роли лица. Я всю дорогу до их офиса повторяла про себя цифры, а он внезапно взял мою руку и просто держал её на коленях. Ни слова, ни взгляда — только тепло ладони. И, представьте, волнение ушло! Переговоры я провела на одном дыхании, а когда мы вышли на улицу, Марк хмыкнул и сказал ровно три слова:
— Хорошо. Как раньше.
Больше за тот день он не сказал ничего. И большего мне и не было нужно.
Были и командировки, правда, пока не очень длинные и только по России. Но меня предупредили: зарубежные поездки тоже будут. Причём такая поездка может случиться в любой момент. Поэтому я заблаговременно сделала загранпаспорт и предупредила родителей, что могу исчезнуть внезапно и надолго: чаще всего в командировках практически не было времени на личные звонки. Да и стоимость такой связи наверняка была просто заоблачной.
Итальянский давался мне легко: репетитор сказала, что с имеющимися у меня навыками я без труда могу освоить многие европейские языки. Так что я надеялась, что подписание контракта с новыми партнёрами смогу встретить во всеоружии… И тут случилось непредвиденное.
Было воскресенье, мой единственный законный выходной, и я решила потратить его на шопинг. Давно хотела сделать хороший подарок родителям, благо зарплата теперь позволяла не скупиться. Выскочила из дома с самого утра и к одиннадцати почувствовала, что успела проголодаться и устать.
Слава богу, в торговом центре был неплохой ресторанчик. Я выбрала столик, заказала стакан свежевыжатого сока и погрузилась в изучение меню, вспоминая, что больше всего мне здесь понравились морепродукты.
— О, Верка! Привет, сто лет тебя не видел!
Я подняла голову и увидела ещё одного своего одногруппника, Руслана. С трудом сдержалась, чтобы не поморщиться: в отличие от Марка, Русик меня бесил. И тоже — буквально с первых дней. Он был как раз из тех одногруппников, которые видели смысл своей жизни в том, чтобы доставать тех, кто послабее и не может дать сдачи. Пытался он достать и меня, но быстро отстал, пару раз наткнувшись на огромную фигуру Марка, тут же возникавшую около меня.
Вторую попытку он предпринял, когда Марк перешёл на заочное, но к тому времени я помогала уже половине курса, так что наглеца быстро поставили на место. Но я была уверена, что он затаил злобу. И вот Русик стоит прямо напротив меня и улыбается в тридцать два зуба! Неужели я в нём ошибалась?
Парень, не спрашивая моего разрешения, плюхнулся на соседний стул и принялся тараторить, рассказывая о бывших одногруппниках. Кто куда устроился, кто продолжает болтаться без дела — благо, богатство родителей позволяет, кто женился или вышел замуж… Пытался расспросить и меня, но мне нечем было его порадовать: не замужем и не собираюсь, работаю, да, на Карелина… Под его болтовню я успела не только съесть всё, что заказала, но и расплатиться с официантом, и уже подыскивала предлог, чтобы попрощаться, когда вдруг Руслан хлопнул себя по лбу:
— Черт, совсем забыл! У меня же для тебя подарок. Но он в машине, сходишь со мной?
Во мне проснулось любопытство. Подарок? Но от кого? У нас не было общих знакомых вне университета. А среди одногруппников я не могла припомнить никого, кто бы мог захотеть мне что-то подарить. Кроме Марка. Но с чего бы он стал просить об этом Руслана, если мы и так видимся каждый день? Тем не менее я пошла за ним.
Как оказалось, он оставил машину не на общей парковке, а чуть в стороне, неподалёку от служебного входа. Здесь было тихо, безлюдно… Сложно было даже представить, что буквально в нескольких метрах отсюда, за углом — битком набитая парковка крупнейшего торгового центра города.
— Люблю парковаться здесь. Не совсем по правилам, но тут всегда есть место, и никто не перегородит выезд.
Я пожала плечами: Русик и во время учёбы отличался пренебрежительным отношением к правилам… Как и большинство одногруппников, кстати. Он подошёл к неприметному чёрному автомобилю с тонированными стёклами и распахнул заднюю дверцу:
— Смотри!
Я, как дурочка, нагнулась, заглядывая в салон… Последнее, что я запомнила до того, как потеряла сознание, — это пропитанная чем-то неприятно пахнущим тряпка, прижатая к моему лицу.
Глава 4
Пробуждение было тяжёлым. Голова, казалось, вот-вот просто взорвётся от боли. Меня тошнило, бросало то в жар, то в холод. Но я не могла пошевелиться или хотя бы застонать: даже дышать было мучительно тяжело. Не могла я и снова провалиться в беспамятство. Яркий свет проникал сквозь закрытые веки, раздражая меня.
— Ну что, очухалась? Давай, открывай глазки! Я же вижу, что ты пришла в себя!
Голос звучал глухо, словно проникал сквозь толстый слой ваты. Но я слышала в нём нетерпение и сдержанную ярость, и понимала: лучше не перечить. Кроме того, он показался мне смутно знакомым. Вдруг, открыв глаза, я узнаю говорящего и пойму, что со мной происходит?
Но понимание так и не пришло. Надо мной склонялся Руслан. Головная боль мешала сосредоточиться, но я вспомнила, как мы встретились в ресторанчике при торговом центре. Как он сказал, что хочет что-то подарить мне. Кажется, я пошла за ним куда-то… Дальше всё было как в густом тумане. Я не могла ничего вспомнить и вообще не понимала, где нахожусь.
Прямо надо мной был низкий потолок. Цементный, некрашеный, весь в каких-то подозрительных разводах. Прямо по центру висела лампочка на голом шнуре без абажура. Больше всего это было похоже на подвал или какое-то техническое помещение.
— С пробуждением, Вера! Как тебе твоё новое жилище?
Я посмотрела ему в лицо и недоуменно нахмурилась. Что значит — новое жилище? И почему это так его радует?
— Не понимаешь, что происходит? Ну так я тебе объясню. Я похитил тебя. И не отпущу, пока твой любовничек не заплатит выкуп.
Я нахмурилась, окончательно запутавшись. Что он вообще имеет в виду, говоря про любовника? У меня не было никого, кто хоть отдалённо подпадал под такое определение. Не было сейчас и не было раньше. Большинство моих одногруппниц уже обзавелись детьми, я же до сих пор оставалась девственницей.
Собрав все силы в кулак, я прохрипела:
— Ка… Какой любовник?
— Марк, конечно. Или их у тебя много? Всегда считал, что за фасадом скромницы и заучки скрывается шалава!
Вот же идиот… Я прикрыла глаза. Болезненная пульсация в висках стала почти нестерпимой. Потребовалось несколько минут, чтобы справиться с ней и выдавить:
— Ошибаешься. Нет любовника. Марк — просто босс.
Русик недоверчиво фыркнул:
— Хочешь сказать, он за красивые глазки тебя в помощницы выбрал? Стоп, ты серьёзно?
Я с трудом, но кивнула, вдруг осознавая: действительно, именно за красивые глаза. «Айс Нике». «Глаза Ники». Как же я раньше не догадалась!
Руслан заржал, а я едва не застонала. Раскаты его хохота словно раскалённым молотом били по моей голове. Я почувствовала, что вот-вот снова потеряю сознание, но ещё успела услышать:
— Тогда он ещё больший дебил, чем я думал… Я-то полагал, что за его благотворительность ты хоть дашь несчастному…
Следующее пробуждение было легче. Голова всё ещё болела, но тошнота прошла. Правда, к моим неприятностям прибавилась жажда. Губы пересохли: если я срочно не выпью воды — просто свихнусь.
Открыв глаза, я увидела, что нахожусь в том же помещении. Села на грубой койке с тонкой туристической пенкой вместо матраца. Кроме этой койки в маленькой комнатке был только замызганный стол да несколько ящиков — их, похоже, использовали вместо стульев. На столе стояла бутылка с водой и лежала еда: запаянный в пластик бургер и пенопластовая подложка с пюре и котлетой.
На еду не хотелось даже смотреть, а вот вода… Я осторожно села, почувствовав лёгкое головокружение, и потянулась к бутылке. Но позволила себе только пару глотков: кто знает, на сколько часов или даже дней мне придётся растянуть эту бутылку. Стакана у меня не было, и я пила из горлышка — стараясь, чтобы каждая капля упала внутрь, а не стекла по подбородку. Впрочем, даже эти капли я слизнула с губ: расточительством здесь и не пахло. Утолив жажду, я снова легла, и на этот раз просто уснула.
— Хватит дрыхнуть! Эй, овца, или ты забыла, что не дома находишься?
Снова противный голос Руслана. Но теперь в комнате был кто-то ещё. Кто-то, заржавший во все горло на издевательскую реплику моего бывшего одногруппника. Открыв глаза, я его увидела — типичного тупого амбала, каких любят нанимать в телохранители бизнесмены не слишком высокого уровня. Те, кто рангом повыше, обычно умней. Они понимают, что хорошему охраннику помимо отличной физической формы нужны память, наблюдательность и незаурядный ум.
Мне тут же грубо всучили мой служебный телефон — тот самый, что отобрали вместе с сумкой при похищении. На экране светилось окно набора с уже набранным номером. Я его узнала сразу: цифры намертво впечатались в память ещё в первый день работы. Марк…
Он ответил после первого же гудка, в своей обычной отрывистой манере:
— Привет. Почему не на работе?
Я прочистила голос, откашлявшись: пугать Марка хрипами в трубку не хотелось.
— Меня похитили. Я не знаю, где нахожусь и чего они хотят.
Упоминать похитителя не стала: боссу это вряд ли поможет в моих поисках, а вот я получить по голове могу, и даже очень запросто. Но Марк сам сложил два и два:
— Русик?
Я кивнула, но потом опомнилась и проговорила:
— Да. Он.
В трубке повисла пауза. Короткая, но я услышала в ней больше, чем в иных длинных речах. А потом голос Марка — ровный, стальной, совсем не такой, как секунду назад:
— Ты цела? Они тебя… трогали?
— Нет, — поспешила я успокоить. — Просто усыпили. Со мной всё в порядке.
— Держись. Я тебя вытащу. Дай ему трубку.
Я протянула телефон Руслану, но он, злорадно улыбнувшись, сбросил вызов:
— Пусть пока подергается. Перезвоню ему позже.
И тут же, не выдержав, добавил мне, в лицо:
— А ты — молчи. Скажешь тут что-нибудь лишнее — пожалеешь.
Словно я могла кому-то что-то сказать. Телефон забрали, а вместе с ним и последнюю ниточку, за которую я могла держаться. А разговаривать с этим амбалом… Да он вообще человеческую речь понимает? Кроме тупых шуток своего напарника.
Разговор с Марком успокоил меня. Раз он понял, кто именно меня похитил, — достанет этого гада даже из-под земли. И в эту же землю и зароет. Он спасёт меня. Нужно только подождать совсем немного… Руслан, кажется, прочитал мои мысли, поэтому продолжил:
— А теперь слушай, чтобы у тебя не оставалось ложных надежд. Твой босс выкуп заплатит, в этом я уверен. Он за тебя всю фирму отдаст, всё своё имущество и собственную задницу в придачу. Вот только тебя он больше не увидит. Живой ты отсюда не выберешься.
С ужасом я поняла, что он не просто пугает меня. Черт, как же я сразу не догадалась, почему они так спокойно позволяют мне видеть их лица… Всё потому, что похитители с самого начала решили меня убить. Я пока ещё жива только для того, чтобы развести Марка на деньги. Как только они получат выкуп — мне крышка.
— Вот так, девочка. Я знал, что рано или поздно отомщу вам за все мои мучения. За все издевательства в универе. Да, мне пришлось долго ждать. Но тем слаще месть.
Руслан вдоволь насладился моими мучениями. Уж не знаю, за что он меня так возненавидел, но теперь мог считать себя удовлетворённым. Нет, я не закричала и не заплакала, хоть на секунду и буквально потеряла над собой контроль от ужаса. Но, видимо, на моём лице застыло такое выражение, что он злобно рассмеялся и вышел из комнаты. Следом за ним вышел и амбал. Я снова осталась одна.
Я совершенно не понимала, о какой мести он говорит. Марк вообще никогда не причинял никому вреда — я не верила, что он вообще на такое способен, несмотря на внешнюю угрюмость. Я же Руслана всегда просто игнорировала. Так за что же он мстит нам?
Но ещё больше мучило другое. После слов Руслана я поняла, насколько была слепа. Как я могла не заметить любовь Марка? Почему узнала об этом только сейчас, когда стало слишком поздно? Внезапно мне стало настолько горько, что я не сдержалась. Осознание упущенной любви ранило меня намного сильней, чем все издевательские слова Русика. Я упала на импровизированную постель и расплакалась…
Глава 5
В комнате, где меня держали, не было окон. Телефон похитители тоже отобрали. Я не знала, сколько прошло времени с момента моего похищения. Только по разговору с Марком поняла, что уже понедельник. Значит, я здесь уже как минимум сутки… И большую часть этого времени провалялась без сознания.
Почувствовав, что горло снова пересохло, взяла бутылку и сделала глоток. Маленький, осторожный. Теперь у меня появилось ещё больше причин экономить воду. С Руслана станется забрать деньги, когда Марк их привезёт, и просто сбежать. «Забыть», что в подвале томится пленница, оставив меня помирать от голода и жажды.
Но я рано начала нервничать: конечно, Русик ещё вернулся. Он ещё недостаточно позлорадствовал надо мной
— Привет, Верунь. Соскучилась?
Когда он появился в дверях, я сразу поняла: мой бывший одногруппник пьян. Не только по тому, что он сжимал в руках бутылку и пару бокалов и источал густую алкогольную вонь, но и по его нетвердой походке, по тому, как ему приходилось придерживаться за дверь, чтобы войти внутрь.
Может, стоит броситься на него? Сейчас достаточно небольшого толчка, чтобы опрокинуть Руслана на пол. Если очень повезёт — я смогу его вырубить. Но, даже если это не получится, у меня будет как минимум несколько минут, прежде чем он успеет подняться на ноги. Дверь мой посетитель не закрыл, так что я успею выскочить в коридор. Может даже, запру здесь его самого!
Подумав немного, я с сожалением отбросила эту заманчивую идею. Да, с бывшим одногруппником, пока он в таком состоянии, я смогу справиться без особых проблем. Но есть же и второй похититель. Я понятия не имела, где он сейчас находится. Вполне может быть, что караулит прямо за дверью. Тогда я не просто не спасусь — только ухудшу своё положение. После попытки побега негодяи вполне могут озвереть и избить меня, а то и убить на месте.
— Ну что, Верочка, готова услышать новости? По традиции их две. Одна хорошая, вторая не очень. Хотя, тебе же похрен уже должно быть…
Он заржал и уселся на стул, чуть не промахнувшись мимо сиденья. Да он уже просто никакой!
— Так вот, с плохой: ещё до вечера ты сдохнешь.
Я выслушала это спокойно. Другого я от Русика и не ожидала. Ну, почти спокойно. Где-то на дне шевельнулся холодок: а вдруг он окажется прав? Я отогнала эту мысль. Марк успеет. Он просто обязан успеть. Не дождавшись от меня вопроса, он фыркнул и продолжил:
— Зато можешь быть уверена: этот тупица действительно тебя любит. Он согласился на все условия, даже спорить не стал. Хотя, знаешь, тут большой вопрос, кто из вас тупица. Марк, конечно, тормоз тот ещё. Но ты-то как не заметила, что он втюрился в тебя ещё в универе?
Этого я и сама не понимала. Видела, что ему приятно быть со мной. Что я едва ли не единственная, с кем он разговаривает — хоть как-то… Но так ничего и не поняла. Прав Русик: настоящая тупица. Если бы я хоть на минуту поверила, что он действительно убьёт меня, мне бы стало очень горько. Но я знала, что Марк обязательно спасёт меня. Верила в это всей душой. Хоть и жаль было, что мы с ним потеряли столько времени…
— Как я ржал, когда понял, что он за тобой таскаться начал! Самый нелепый ухажёр для самой нелепой телки на курсе. Думал, он быстро поймёт, что ты его в упор не видишь. Но нет… Этому чертову мазохисту словно нравилось, что его игнорят. Хотя что взять с психически ненормального…
Тут я не выдержала. Хоть и дала себе слово, что не скажу ни слова, как бы Руслан ни пытался меня достать. Терпеть его нападки на меня было легко: в конце концов, я всегда знала, что он тот ещё ублюдок. Но когда он задел Марка…
— Марк не ненормальный. Он куда лучше многих, просто…
— Просто форменный псих. Ты в курсе, что отец вышвырнул его мать из дому? Голышом, в ноябре. Прямо при сыне. Марку тогда семь было. После такого нормальным не останешься. Вот и у него кукуха поехала.
Он приложился к бутылке — глоток за глотком, и я заметила, как дрожит у него рука. Пьяный, но не расслабленный: какой-то злой, на взводе. Мне стало не по себе от одного его вида. И вдруг мне тоже захотелось выпить. Господи, почему я была такой глупой и невнимательной? Даже этот урод знает о Марке куда больше, чем я. Куда же я смотрела? Почему ни разу за всё время знакомства так и не догадалась поговорить с ним нормально? Да, общаться ему трудно. Но не невозможно, иначе бы он не смог ни закончить универ, ни построить бизнес!
— Вот… Он, понятное дело, батю возненавидел после такого. Но к матери тот его не отпустил. Да и к лучшему, наверное: та умерла через полгода. Переохлаждение, все такое… А Марк со школы начал откладывать деньги, подрабатывать. Решил стать независимым от отца. Тот ничего не замечал. Он вообще на сына мало внимания обращал. Есть наследник — и ладно. Даже о том, что сынуля открыл собственное дело сразу после школы, узнал с запозданием. Марк оформил фирму не на себя — тогда это была просто мастерская и бюро по оценке драгоценностей. И тут он встретил тебя.
Не на себя? Странная деталь. Зачем новичку-школьнику подставное лицо? Аферы какие-то, или просто скрывал от отца? Я отложила мысль в сторону — сейчас было не до неё.
Руслан посмотрел на меня с настоящей ненавистью, так что я даже поёжилась. Но так и не поняла, за что он меня ненавидит. Сделав ещё один большой глоток из бутылки, бывший одногруппник продолжил:
— Я с первого дня навёл справки обо всех, кто с нами учился. Надо же знать, с кем стоит общаться, а кого можно смело слать нахер. Это же такая возможность наладить связи! Марк был очень перспективен. Начинающий бизнесмен с огромным потенциалом. Он же пер вперёд, словно танк! Работал едва ли не круглосуточно, всё свободное от учёбы время.
Так вот почему он постоянно выглядел таким усталым… Мне было стыдно, очень стыдно. Оказывается, всё время, пока мы вместе учились, я была просто слепа. А ещё гордилась собой: помогаю парню раскрыть свой потенциал… Не видела, что он и так на износ работает. Думала, просто ленится!
— Я решил: вот он, мой шанс. Стану его другом. Прикинь, какая команда из нас бы получилась! Он бы развивал фирму, я продвигал её. Никто бы в накладе не остался! Но он меня в упор не видел. Он смотрел только на тебя.
Вот, оказывается, в чём дело… Этот меркантильный мерзавец хотел присосаться к Марку, а я ему помешала! Вот и причина для ненависти.
— Я, конечно, придумал, как от тебя избавиться. Помнишь Кольку? С параллельной группы?
Я с трудом, но припомнила высокого смазливого парня, который пытался клеиться ко мне. Недолго, но очень настойчиво. Как раз перед тем, как Марк отчислился… Внезапно я всё поняла и уставилась на Руслана круглыми от изумления глазами. А тот только заржал:
— Поняла, да? Был у меня кое-какой компромат на этого Кольку… И ведь всё сработало! Как только Марк увидел, что этот к тебе подкатывает, — понял, что сам он не конкурент… Вот только вместо того, чтобы плюнуть на тебя и обратить внимание на того, кто действительно мог ему помочь, ушёл из универа… Такого я не ожидал. Ну, я терпеливый. Крутился рядом, кое-какие услуги оказывал. Тут такой шанс — расширение фирмы. Думаю: теперь-то ему без помощника точно не обойтись! Наконец-то я получу награду за все свои труды! Вот скажи: кто тебя просил снова всё портить? Как ты вообще на него вышла?
Глава 6
Нда… Руслан определенно имеет все основания меня ненавидеть. Еще бы: придумал такую схему, просчитал буквально все… Наверняка потратил много времени и сил на то, чтобы следить за Марком, не терять его все эти годы. И тут, надо же! Появляется девица, которую он давно списал со счетов, и портит ему все. Причем в самый ответственный момент!
— Не выходила я на него. Я и не знала, что компанией руководит именно Марк. Просто наткнулась на объявление, подала заявление… И все!
Он недоверчиво хмыкнул:
— Ну да, ну да… Такие вакансии просто так где попало не размещают! Где ты ее нашла?
Я задумалась: а действительно, где? Точно не на популярных площадках. Это был какой-то малоизвестный сайт… Но какой? И как я о нем узнала? Этого я просто не смогла вспомнить. Впрочем, разве сейчас важно, как именно я устроилась к Марку: Я посмотрела Русику в глаза:
— Я не помню, Руслан. Но я точно не следила за ним. Если честно, давно была уверена, что он просто куда-то переехал. Потому и с очного отделения ушел.
Он пожал плечами:
— Не хочешь говорить – не надо. Похрен. Главное, сегодня я наконец-то получу свои деньги. Пусть и не так, как рассчитывал… Но, знаешь, меня устроит и это. Особенно учитывая, что так я смогу еще и отомстить тебе.
Я наконец решилась посмотреть ему в глаза и по-настоящему испугалась. Взгляд Руслана остекленел от выпитого, он был по-настоящему безумным… И жадным. Подтверждая мои опасения, мужчина придвинулся ко мне ближе:
— А чтобы месть была более приятной… Тебе же уже все равно подыхать, так почему бы не получить напоследок немного удовольствия?
Его рука метнулась вверх, стиснула мою грудь, и я отшатнулась. Но Русик сгреб меня в объятия, притягивая к себе. Влажные губы заскользили по шее, противные, липкие… Меня затошнило, и я попыталась оттолкнуть его. Но парень держал меня крепко:
— То-то твой Марк распсихуется, когда узнает, что я его обскакал… Хоть в чем-то я его сделаю…
Грубая рука рванула ворот блузки, и пуговицы градом посыпались на постель.
— Нет, Руслан, не надо! Я же…
Я не успела договорить. Дверь с грохотом вылетела, и неудавшегося насильника оттащили от меня. Дальше было много криков, грохота, отборной брани… Но я уже не обращала на это внимания. Я рыдала, уткнувшись лицом в грубую ткань пиджака. Ткань, пропитанную таким родным и знакомым запахом…
— Тише, Ника, всё кончилось. Этот урод тебя не тронет.
Марк помог мне встать и вывел на улицу. Там нас сразу окружили люди в полицейской форме, но их быстро отогнала высокая женщина с худым, обветренным лицом. Судя по белому халату, она была врачом. И в самом деле: кроме автомобиля Марка, на заросшей сорняками площадке возле какого-то полуразрушенного промышленного здания замерла и машина Скорой помощи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.