Оценить:
 Рейтинг: 0

Аденома простаты

Год написания книги
2022
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 10 >>
На страницу:
3 из 10
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
По этой простой причине Глеб и Борис не ходили по ресторанам, кафе, барам и прочим забегаловкам, хотя зарплата честных, но скромных банковских служащих позволяла им это делать если не каждый день, то пару раз в неделю – точно. Но в этих кабаках ни поорать от души, ни поматериться по-человечески нельзя, ни песен во весь голос погорланить. Именно в такой домашней обстановке герои нашего мюзикла, словно святые, комфортно чувствовали себя в своей Борисо-Глебской тарелке.

Короче, сухой закон им был не писан.

Но в этот раз что-то не пелось.

– Что с тобой, отец Борискин? – спросил Стингер, разливая водку по граненым рюмкам. – Ты какой-то не такой. – Да мысль одна башку сверлит, – ответил Борис.

– А ты гони ее прочь, тугу печаль, – словами горбатого бандита из «Места встречи…» ответил на то Глеб, – выпей и забудь. Сегодня праздник. Гуляй, братва! И сни-тся мне: в прито-нах Сан-Франци-ско лило-вый негр вам пода-ет ман-то!

Они выпили, громко чокнувшись рюмками.

– Ты закусывай. Пить, не закусывая, – то же самое, что жить в большой квартире без горничной.

– Хорошо у тебя баба картошку жарит. Я так не умею, – сказал, закусив водку, Борис.

Жареная картошка была его любимым блюдом в любое время года и в любое время суток.

– Да, это у нее не отнять. Рукастая. Баба должна быть на кухне хозяйкой, а в постели – блядью. Тогда это крепкая российская семья. Не ищи жену в хороводе, а ищи в огороде – гласит народная мудрость. Так о чем думаешь-то, Борисовец?

Хорошо сидим

В тот день в банк заявились молодые по виду директор и юрист некой строительной компании, именуемой не иначе как ООО «Промстройтрейд».

Осторожно войдя в кабинет к Борису и поздоровавшись, они не стали вилять хвостом около да рядом, а сразу перешли к делу.

– Борис Сергеевич, наша организация строит жилой комплекс «Камские зори»: с подземными гаражами, подъездными путями, большой дворовой площадкой. Со всеми делами, короче, – заученно начал вещать директор «Промстройтрейда», протирая запотевшие очки мягкой тряпочкой (на улице в тот день было морозно). – Срок сдачи запланирован на конец этого года. Мы несколько отстали от графика по объективным причинам, от нас не зависящим. И, для того чтобы вовремя завершить строительство, нам необходима еще некоторая сумма. Мы надеемся на вашу помощь, то есть на кредит.

Здесь очкастый назвал сумму.

– Ого. Ничего себе. Ёмко, – удивился Борис.

– У нас такие масштабы, мелко мы не плаваем. Стараемся идти в ногу со все увеличивающимися запросами населения. А благосостояние народа, как вы сами знаете, неуклонно растет. Мы ведь живем во время высоких технологий, – заученно отчеканил строитель.

– В качестве залога что будет? Я имею в виду материальное подтверждение кредита.

– Деньги вкладчиков. Почти все квартиры проданы, еще бы. Плюс наша автотракторная и строительная техника. Здесь все указано, – он выложил перед Борисом несколько папок с документами. – Но до этого, мы уверены, не дойдет. Кредитная история у нас безупречная. Законы мы соблюдаем. – Мы серьезные люди, – поддакнул юрист.

– Я это заметил. Хорошо, я посмотрю. Оставьте документы. Но обещать ничего не могу: слишком велика сумма. Необходимо согласование.

– Надеюсь, мы найдем общий язык. У нас отличная репутация. И мы умеем быть благодарными, – продолжал петь свою песню очкарик-директор.

– Хорошо, хорошо, в понедельник с вами свяжутся наши работники и передадут наш ответ. – Борису Гордееву стали надоедать эти чересчур назойливые просители.

– Будем рады, если и работники вашего банка приобретут в нашем доме квартиры. Отличный вид на Каму. Рядом сосновый бор. Свежий воздух. Никаких заводов. До центра пятнадцать минут, – талдычил неугомонный директор.

– Я понял вас, – надел «улыбку на рожу» Борис.

– Всего наилучшего, Борис Сергеевич, – снова улыбнулся очкастый. – Так мы можем надеяться?

– До свидания, – улыбка на лице начальника «кредитки» была явно вымучена. Но того требовал политес. – Не смею задерживать.

– Не смею задерживать. Козел. Сука, – с пролетарским негодованием выдохнул директор стройконторы, когда строители вышли из банка на морозную улицу. – По морде видно, что урод.

– И чё делать? – спросил юрист.

– Чё-чё. Хуй через плечо, вот чё. Чтобы взять, надо сначала дать.

– Так что тебя гложет, царь Борис? – спросил Глеб, отвлекаясь от гармошки. Он намазал на кусок белого хлеба масло и положил столовую ложку икры. – Люблю, грешным делом, водку икрой закусывать. У меня есть знакомый журналист, как-нибудь познакомлю, так вот он всегда говорит в таких случаях: «Ебанем говна в кашу».

– Давай ебанем, – согласился Гордеев.

Друзья накатили очередную рюмку. Борис, крякнув, схватил вилкой длинную шпротину за хвост и картинно проглотил ее.

И рассказал о встрече.

– Обычная история. Ничего нового эти гондоны не придумали, – выслушав друга, ответил Глеб.

– В смысле?

– История простая, как рубль золотом. Есть участок земли, где уже начато строительство дома. Вырыт котлован, вбиты сваи, выложен фундамент и даже построен первый этаж. Потом продаются квартиры. Причем одна квартира может быть продана несколько раз. Чаще всего квартиры продаются через прикормленную риелторскую контору типа какой-нибудь «Сукин и сын». Затем деньги переводятся через фиктивные фирмы-однодневки или через какой-нибудь благотворительный фонд в офшор. И – всё. Ищи ветра в поле, – улыбнулся Глеб.

И заиграл:

– Широ-ка страна моя родна-я, много в не-ей лесов, полей и рек. Я друго-й та-кой страны не зна-ю, где так вольно ды-шит чело-век!

– И что? Никак? – спросил мало что понимающий Борис.

– Может, найдешь потом. Когда-нибудь. На Кипре, например, или на Мальте.

– Понятно.

– А далее фирма-застройщик объявляется банкротом, стройка – долгостроем, а обманутые дольщики – бомжами: ни квартиры, ни денег. А это испорченные судьбы, покалеченные жизни, отчаяние и безысходность, – невесело подытожил Глеб.

– Н-да.

– Эти фирмы работают по принципу: увидел прибыль – хватай быстрей, а дальше хоть трава не расти. Их задача – отжать бабло, и больше ничего. Это как болезнь. Причем хреновая болезнь, заразная, с осложнениями. Типа аденомы простаты. Понял?

Борисо-Глебские друзья помолчали немного, думая каждый о своем.

– Да не заморачивайся ты так, Бариста, – нарушил молчание Глеб. – Ладно, давай наведем резкость, что ли, сколько можно всухомятку сидеть, – закончив монолог, он указал на бутылку с ТРН. – Кто ве-сел, тот сме-ется, кто хочет, тот добьет-ся, кто ищет, тот всегда най-дет!

– Понял, – Гордеев наполнил рюмки.

– Значит, благотворительный фонд, говоришь? – снова задумался он спустя какое-то время. Водка не шла в горло. – А что это такое?

– Благотворительный фонд – это сборище зажравшихся уродов, которые отмывают бабки. Они делают вид, что помогают больным детям, инвалидам и старикам, причем якобы делают это по всей России. Рассказывают так, аж слеза прошибает, мать вашу. Собрались в этих фондах продажные депутаты, олигархи разные. Короче, бывшие бандиты. Или те, кто не успел стать бандитом в 90-е годы и очень хочет разбогатеть сейчас.

– Понял.

<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 10 >>
На страницу:
3 из 10