Старый попугай сидел и смотрел на белую дверь без таблички. В линзе его глаза замерла Евина тень.
ГЛАВА 3 | БИБЛИОТЕЧНЫЙ ЛАБИРИНТ
И только кровь, как вода, в батарее стынет,
И мы блуждаем по белой дикой пустыне,
Несём грехи свои, будто святыни,
Чтобы поставить кресты им в кэш всемирной трясине.
Anacondaz
В большой картонной коробке лежали листовки с детскими лицами. Ветер на улице нападал на плакат с красивой молодой ведьмой, обкусывал, обтрёпывал его углы. На листовках и плакате ещё не отпечатались Евины пальцы. Но маховик времени щёлкнул и сложил отдельные фрагменты дорог в линию пути. Мир замер, ожидающий, пока все фигуры на доске пройдут отмеренный участок. И тогда раздастся следующий щелчок.
Ева была уверена, что собеседование провалила. И когда она шла домой вдоль длинной монастырской стены, то вспоминала своё восхищение древним ансамблем зданий. Строгий, светлый, стремящийся вверх собор с основательным гранёным куполом. Беж стен с белыми кружевами. Заходишь в распахнувшиеся двери, обретая дом. А собор, впуская тебя, обретает душу. Каменное тело наполняется жизнью. У человека бренное тело и вечная душа. У собора наоборот.
Насмешливая косая улыбка повисла на Евиных губах. Она давно перестала верить во все эти глупости. И давно перестала надеяться на приличную работу. Библиотеке не нужна её душа, чтобы воскреснуть. Библиотека привередливо выберет себе душу получше.
Каково же было удивление Евы, когда на следующий день её утвердили на испытательный срок и пригласили прийти с полным пакетом документов.
Кошка и крыса встретили новость по разные стороны батареи под окном. Обе начищали мордочки.
– Удачу намываете. Молодцы, намыли, – похвалила питомцев Ева.
Тайра кинула хищный взгляд на Крыся и заставила себя с усилием отвести глаза. Крысь нервно заумывался, быстро перебирая лапками. Тайра дёрнула хвостом. Крысь потянул лапки. И прошёлся мелкими покусываниями от кончика лапки к бедру, нервно щурясь, словно чувствуя, что пару секунд назад над ним нависла смертельная угроза.
Библиотека готовила бойцов-универсалов, взаимозаменяемых и носящих улыбку как обязательный элемент боевого костюма. На передовой расположилась стойка-абонемент: выглядываешь из окопа со стопками книг, присматриваешься. По негласной инструкции полагалось то шикать одним «Не спать в библиотеке!», то шёпотом кричать «соблюдайте тишину в библиотеке!». А появятся на пороге читатели со стопками книг – шасть и спрятался в свой окоп, авось не заметят. Этим премудростям Еву обучали Жека с Никитосом. Рыжий и очкарик.
Извилистый коридор выплюнул Еву в кабинет администрации: приёмка книг, отчётность, правила ведения социальных сетей. Строгий Синица объяснял быстро, чётко и тоном, не терпящим ни вопросов, ни возражений. Сразу становилось понятно, кто держит порядок в этом учреждении. Ещё одна рокировка с сотрудником архива – и погружение в мир сосланных книг. Бросок, и Ева опять на абонементе, на этот раз на приёмке: щёлкает чекером по корешкам.
– А Вы не посмотрите, есть в Вашей библиотеке Айн Рэнд? «Атлант расправил плечи»?
– Есть, но только вторая и третья части, – это выглядывает из-за плеча Жека.
– А как же первая? – озадачивается читатель.
– Похищена, – строго и печально отвечает Жека и откидывает чёлку на бок.
– Ну, нужно как-то заменить, – укоризненный тон. – Мы всё-таки налоги платим. А без первой части…
– Написали заявление в полицию, – это появляется хмурый Никитос и поправляет очки. – Пусть на наши налоги разбираются.
– Пусть, – соглашается читатель.
– Может быть, «Пятьдесят оттенков серого»? – пытается сгладить конфуз Ева и читает название верхней книги в стопке из только что сданных.
Жека подхватывает стопку и начинает уносить её в читальный зал, проходит за спиной озадаченного читателя и крутит пальцем у виска, выразительно глядя на Еву.
Ева запинается, не зная точно, в чём её ошибка. Но ситуацию спасает Никитос.
– Бестселлер, – тянет он вальяжно, – но лучше Маркеса. Или, если про финансовые пирамиды хотите и успех, то у нас целый шкаф набит книгами по коучингу. Пойдёмте покажу!
Никитос уводит читателя, а вернувшийся Жека просвещает Еву: шкаф эротической литературы грамотно замаскирован под любовные романы. Шкаф рекомендован к прочтению только определённому кругу читателей. И книги на нём расположились зачитанные, помятые и востребованные. Такой степенью мятости не могли похвастаться ни ряды современной литературы, ни номинанты многочисленных премий, ни даже классика школьной программы. Определённый круг читателей оказался очень активным.
Ещё Еве запомнилась дама – высокая, интеллигентная с тяжёлым взглядом из-под толстых очков. Она нервно водила плечами из стороны в сторону, приближаясь. Остановившись у стойки-абонемента, брезгливо протянула Еве творение Дэна Брауна. Потом долго отчитывала библиотекаря за безвкусицу в вопросах подбора фонда. За профанацию. И содержание на казённые деньги дешёвого псевдоинтеллектуализма. Лицо её преисполняла брезгливость.
– Я такую гадость, конечно, не читаю, – заметила она надменно. – Это муж. Но и ему было бы неплохо привить вкус получше, на казённые-то деньги. – Обвела холодным взглядом полки под потолком и вернулась к Еве. – Посоветуете мне что-нибудь наподобие «Пятидесяти оттенков серого».
И Ева, только что бившаяся с ней в дуэли за интеллектуальное чтиво авторства Дена Брауна, почувствовала себя глупо. И указала на шкаф востребованных книг.
А после обеда стойку-абонемент посетили молодые ребята в доспехах, с мечами, в забралах и шлемами в руках.
Жека деловито сдвинул Еву в сторону и сам принял у гостей книги.
Ева переключилась на шкафы современной литературы: нужно было вернуть книги на место.
До неё доносились обрывки разговора.
– …Следующую в храме проведём, – это Жека.
– …Егор обещал помочь, – ответил один из ребят. – Они же на районных всегда помогают. Округ их на коротком поводке держит и пользует во все щели за помещение, – гогот гостей и хмурое херувимское лицо Жеки.
Ева подхватила стопку биографий и серию ЖЗЛ. У стеллажа стояла задумчивая юная девушка в длинном славянском платье с тканым поясом. Она шла взглядом по корешкам. Ева стала расставлять книги. Девушка попадала только в край поля зрения. Гостья библиотеки потянулась за одной книгой, пролистнула, вернула. За следующей. Наконец, одна из книг её всерьёз зацепила. Девушка несколько раз перелистывала страницы, жадно вчитываясь в текст. Она заглянула в книгу, но не вернула на полку, а радостно провела по корешку… и из-под пальцев брызнули искры.
Ева подскочила. Но девушка просто держала книгу в руках. И с недоумением смотрела на подскочившую Еву.
– Извините, – Ева покачала головой и потёрла висок. – Просто показалось… Неважно. Вы будете брать?
– Да, – девушка мило улыбнулась.
– Вы записаны в библиотеку, – Ева хотела отвести внимание от неловкости. В голове крутились мысли про статическое электричество, но крутились как-то чахло, невыразительно.
– Даша Соловьёва, – ответила девушка.
– Давайте отнесу Вашу книгу на абонемент, отложу. А Вы пока можете ещё что-то выбрать, – пыталась держать лицо Ева.
– Оо-о-о, конечно, – девушка протянула книгу.
Ева взялась за корешок. Он был горячим. Не тёплым. Как от влажных рук. А нёс сухое тепло, как если бы его только выхватили из печи.
Ева снова смутилась, но просто отвела взгляд и понесла книгу на абонемент.
Ближе к вечеру округ спустил плакаты. Распечатать и повесить в фойе.
Весь штат библиотеки долго смотрел на метровый плакат модной экстрасенши Бри Соболь: точёная фигура, пронзительный взгляд, сухие черты лица.
– Сколько ей? – Жека кривил губы. – Моя ровесница? Младше? Второй курс ПТУ?