Создать бога
Валерий Павлович Карпенко
Обычный парень натыкается на компьютерную игру-квест, при прохождении которой сразу выясняются странные обстоятельства. Игра выдает задания и выполнять их он должен в реальной жизни. Далее оказывается, что начав игру, бросить ее уже нельзя. Парень попадает в круговорот драматичных событий, причиной которых, чаще всего, является он сам. Прежняя размеренная жизнь рушится на глазах, входит в неуправляемый занос. Книга рассчитана на взрослую аудиторию.
Валерий Карпенко
Создать бога
Глава первая
Огромная мерзкая тварь из проклятого подземелья с утробным звуком кинулась на соклановца и, разорвав на нем, словно старую ветошь, тяжелую бронезащиту, вгрызлась в мягкую брюшину. Крепкий воин 58-го левела, взмахнув ватными руками, отлетел в противоположную стену. Раздался отчетливый хруст костей, яркая красная кровь щедро брызнула в разные стороны. Пашка уже уперся спиной в угол, а ноги, проскальзывая по полу, упорно продолжали толкать его назад. Оружие было направлено прямо на монстра, палец на спусковом курке судорожно дергался, но кроме сухих щелчков ничего не было слышно. Все, он пуст. Отвратительная, вызывающая животный страх, морда медленно повернулась в его сторону. Чужие, черные, немигающие глаза смотрели прямо ему в лицо, воздуха не хватало, горло больно сжалось, руки тянулись сдернуть застежки защитного комбинезона, но запутались в каких-то ремнях амуниции. Неуловимо быстрым движением монстр метнулся к нему. Пашка крепко зажмурился, откинув голову назад, сильно стукнулся о камень и заорал от ужаса. Тварь навалилась на него, лизнула в щеку, что-то крикнула и громко замурлыкала.
Павел резко открыл глаза. Он неудобно лежал на животе, в своей кровати, прижавшись к стене, руки запутались в простыне, а на нем сидел его домашний будильник Пушкин, здоровый кот с хорошим аппетитом и отсутствием любых признаков совести.
"Фууух!.. – выдохнул Пашка, уронив голову и наконец, задышал. Сердце громко стучало, лицо было мокрым от пота. Пришло облегчение и реальности своего привычного мира: "Слава Богу! Неее, ну его!"
Вид ужасного порождения катакомб все еще стоял перед глазами, и оно было отчетливым и очень натуральным. Оно было так близко… И двигалось, с пугающей до чертиков, быстротой… Шансов у него не было никаких… Даже с полным боезапасом… даже с мощными разрывными патронами в магазине… Он бы не успел сделать и пары выстрелов, самый полный, выпущенный в упор боекомплект, не смог бы задержать этого… эту… Пашка не мог придумать названия своему кошмару. Оно было не нарисованным, не компьютерным образом…
Раздалось требовательное мяуканье, и Пашка снова открыл глаза.
"Да, блин, слазь уже с меня. Слышу, я слышу". – Он развернулся и кот спрыгнул на пол и, усевшись так, чтобы его было видно, и кое-кто не забыл покормить любимое животное. Павел потер голову, оглянулся на стену, посмотрел на руки, на причудливо запутанную простыню, освободил с улыбкой путы и ухмыльнулся причудливой игре воображения. "Фантазия бьет ключом, – подумал Пашка, – надо же так вывернуться было… Испугался до усрачки! Нееет, надо заканчивать с этими ночными посиделками". Компьютерная игра "Дыхание Хаоса" самая популярная стрелялка последних лет имела последователей по всему миру. Зависал в ней и Пашка, здоровенный рейнджер 52 уровня, член клана "Ночные призраки". Его рекордом было 30-часовое погружение в игру, когда его клан захватил развалины крепости Кракс, и они зачищали подземелье уровень за уровнем. Тогда они здорово поднялись, в смысле добычи и личного продвижения, а их клан, на короткое время, попал в десятку лучших. Они с парнями, до сих пор, с удовольствием вспоминают те счастливые моменты, удачу, которая была на их стороне и по прохождению подземелья, и то, что позволила всем, без исключения собраться вместе. Больше такого не повторялось, всегда мешали обстоятельства, семьи, дети, жены. Не то, что это был способом заработка и, хотя какие-то дивиденды игра приносила, а на игровом форуме каждая вторая тема касалась тренингов и курсов по быстрому, но очень реальному зарабатыванию, Паше и парням хватало благоразумия оценивать свои силы, как более чем скромные. Во-первых, недостаточно мощное железо, во-вторых, нехватка свободных средств, но и это не главное, свободное время, вот что было самым ценным ресурсом, его постоянно и хронически не хватало. У Пашки, была еще одна напасть – отсутствие быстрого и надежного интернета у них в поселке сводило на нет все преимущества новой видеокарты известного производителя и последней модели процессора. Только поздно вечером, выставив приемлемый уровень графики, можно было погрузиться в игру и испытать настоящее удовольствие от прохождения трудных заданий и сплоченности боевой группы.
Кот снова напомнил о себе, потершись о ноги. Павел встал, и кот быстро побежал в сторону кухни, подсказывая дорогу к холодильнику. Парень хмыкнул, но его питомец по имени Пушок, в обиходе просто Пушкин, не сомневался ни на секунду в наличии еще одного вкусного пакета мясного желе, и он оказался прав. " Ну, скажи, я прав? Да? Я прав? Прав?" – спрашивал непрерывно кот, путаясь под ногами.
"Да-да! Ты прав! Прав, говорю, Пушкин! Насчет еды тебя не проведешь, кошкин сын! – говорил Паша, доставая последний пакетик с кормом, и вывалил содержимое в чашку. – И насчет кошек тоже".
И пока Пушкин был занят едой, он включил чайник и уставился рассеянным взглядом в окно. Оставался какой-то неприятный осадок после пробуждения. Сон не желал рассеиваться после нескольких минут бодрствования, как происходило обычно, что-то мешало отмахнуться от него привычным образом. Мерзкая маска отчетливо всплыла перед глазами. Что не так? Ну да, он испугался, сильно испугался.
"До усрачки. – повторил Пашка, вспоминая липкий, холодный комок в животе и собственный истошный крик от ужаса. – Так меня давно никто не пугал".
Были, конечно, страхи в детстве. После ужастиков, он одно время боялся ходить ночью в туалет и не выключал свет в коридоре. Он помнит фантастический рассказ, после которого панически боялся паровозов. Высоты боялся, глубокой воды и водоворотов, огромных собак, школьных дерзких хулиганов, живущим по своим, непонятным, для обычным ребят, законам. И в лесу он терялся и в незнакомом месте. Однажды Паша видел, как в парке, с огромной качели-лодки, на десяток человек, упал парнишка и по нему, словно по куску теста, прошлась та самая лодка. Люди вопили, кто-то бросился и вытащил парнишку из-под тяжелой раскачивающейся лодки, но этот случай врезался намертво в его память и он обходил те качели по широкой дуге. В общем, как все нормальные люди, прошел через детские страхи со шрамами и прочими отметинами, но без особых потерь и потрясений. Но сегодняшний кошмар сравнить было не с чем, он был победителем, абсолютным, мать его, чемпионом. И вот, что смущало его особенно, он не может припомнить, что видел где-нибудь или когда-нибудь эту морду. Ни в фильмах, ни в играх, ни на картинке. И представить себе, что видел это раньше, но забыл, невозможно, совсем никак. "Такое ощущение не забудешь и через сто лет. – Пробормотал Паша тихонько вслух и испуганно оглянулся. – Черт!"
Пока чайник закипал, он жадно отпил холодной минералки из пластиковой бутылки. Чайник победно зашумел и отключился, любимая чашка, две ложки любимого кофе, две ложки сахара, чуть-чуть молока. Пушкин уже закончил ранний завтрак и сидел в дверях, старательно умываясь. Паша, ожидая, когда кофе немного остынет, смотрел на кота. Была одна смутная мысль, которая никак не давалась ему для понимания.
Итак. Можно ли увидеть во сне то, что никогда не видел раньше? Все, что Павел читал по психологии, было научно-популярным и околонаучным. Но здравый смысл подсказывал, что в памяти должны сохраниться образы, когда-либо увиденные им или пережитые события. Это подтверждали его сны, простые, обычные сны, когда ему вдруг снилась девочка с красным бантом, и он радостно бежал с ней наперегонки, а потом они делали вместе секретки в песке. Было ему 4 года, может чуть больше. Он не помнил, как ее зовут, позднее всплывало имя Маша, в чем он был не уверен, но радость узнавания была настоящей, это точно. Что-то еще он читал про ложные воспоминания, но там с испытуемыми работал опытный психолог и люди были уверены в том, чего с ними не было. Ничего подобного с Пашкой не происходило, обычная жизнь обычного парня. Он верил, конечно, что имеет достаточное воображение, чтобы создать новый мир, наполненный супергероями и злодеями, просто не хватает таланта художника изобразить это на бумаге. В компьютерных играх были достойные образы, настоящие кошмарные порождения, созданные ненормальными психами-художниками, но он с ребятами прекрасно понимал, как они там, у себя в далеких заграницах, работают и что принимают для стимуляции мозга. Другими способами не объяснить, с чем им иногда приходилось встречаться в мрачных подземельях. С каждым годом игры становились изощренней, способов напугать, погрузить в атмосферу ужаса, становилось все больше, без психологии здесь было не обойтись, к каждому замочку подбирался свой ключик. Кого-то пугала темнота, кого-то мерзость в темных углах и на стенах, лично его, Пашку, страшило ожидание чего-то плохого и оно, как правило, сбывалось. И еще музыка, звуки! Каждый раз он попадался, как простак, на одни и те же уловки, вздрагивая от неожиданности, когда на него выскакивал из-за угла, с утробным криком, очередной мертвец или то, что выбранное, по ошибке, оружие не останавливало монстра, а менять он не успеваю. Зачем ему это? Он спрашивал себя и не раз, но четкого ответа не было. Страх давал ощущение полноты жизни, но другой жизни, не той обычной, с нудными соседями, обязательной работой, с пылью на столе и полу, а настоящей, геройской, где ты властен, где ты можешь и делаешь невероятные вещи и монстр, в конце концов, дохнет, распыляется от огненного удара, на мелкое части. Еще более определенно высказался Красный, его напарник по клану: «В жизни меня многие могут взять за жопу – жена, шеф, отец, но в игре, я сам беру всех за жопу!", и многие парни с ним были согласны. А Бурый пояснял, что в фильмах-ужастиках редко, кто может дать достойный отпор злодею, в то время как в игре, они сами превращались из жертв в этаких чудовищ из незваного далёко, что прилетали и устраивали кровавый геноцид местному населению, пусть мерзкому и ужасному. Это патология, клиника, он согласен, но пока это остается в игре и не выплескивается на его жизнь, он будет играть и мочить всяких уродов, и плохих, и хороших. В глубине души, Пашка осознавал, что не только из-за этого его тянет в игру, страх не блестящая монетка с двумя сторонами, и страшно, и приятно, а скорее колючий куст, глубоко пустивший корни. Нет одного простого объяснения, нет примера из чужой жизни или одной умной фразы, что все проясняет. У каждого есть свое, потаенное, спрятанное в наглухо забитых подвалах и чердаках памяти. Копаться в этом было пострашнее, чем оказаться одному, без поддержки в замке рейсового босса, монстры в игре были нарисованными и ненастоящими, их можно было уничтожить, обойти или, хотя бы поставить на паузу, в отличие от реальности. Было что-то еще загадочное, мешающее выкинуть из головы и забыть, как простой кошмар. Павел с досадой вздохнул и откинулся на диване. Загадки это, конечно, хорошо, но не с ним в главной роли. Почему он об этом думает? Приснился кошмар, это бывает. Неприятно, но не смертельно и редко. Испытал непривычные ощущения? Да, и это выбило его из привычного ритма. Как с этим разобраться? Никак. Ситуация иррациональная и обычные способы здесь не работают. Логика отдыхает. Разумных объяснений нет. Все? Все. Пора за работу приниматься, все равно спать не будет, так хоть делом займется, он отпил кофе, взглянул на кота. Тот заканчивал моцион и поглядывал вокруг, видимо работал над приоритетами своих важных дел. Они с Пушком хорошо понимали друг друга, потому что в основе их дружбы лежало уважение. Нет, было всякое, и ссоры и скандалы, Пушкин тот еще крендель, да и Павел не отличался примерным поведением. Но была у них общая черта, они были умными ребятами, это было не отнять, и они готовы были уступать. Пушкин моргнул глазами в ответ на взгляд хозяина, мысленно соглашаясь с его доводами, а может просто сказал спасибо за вкусный завтрак.
"Ладно, что у нас на сегодня? Клиент – одна штука, заданий – две штуки, и… Все. – Озвучил Павел план на сегодня. – Клиент в городе, туда минут сорок, там полчаса. Остальное дома часа на три работы за компом. Обновить свой профиль на сайте фриланса, загрузить свежие работы. Что еще?"
Кот двинулся к нему, не отрывая взгляда, потянулся и запрыгнул на диван.
"Ну, конечно, про тебя не забуду. Как я могу? Ты же мне весь мозг полюбишь.– Павел погладил кота и тот согласно заурчал, толкая головой в ладонь. – И в магазин зайти. Можно в городе, там выбор побольше". На кухне пластик бутылки минеральной воды расправился и громко щелкнул. Пашка от неожиданности вскрикнул и через мгновение засмеялся над собой: "Вот же, блин, воин! Ладно не начал отстреливаться!" – представил себе Паша картину стрельбы по бутылкам на кухне и захохотал еще громче. Пушкин с сожалением поглядел на сумасшедшего хозяина и широко зевнул.
Глава вторая
Через тридцать минут Павел закончил весь обязательный утренний ритуал, посмотрел в зеркало и остался доволен. Презентабельный вид, аккуратная прическа, приятный парфюм и хотя клиентом был мужчина, по своему опыту Пашка знал, что первое впечатление действует вне зависимости от пола. Это правила игры, и соблюдать негласный кодекс означает что, он знает эти правила и согласен им следовать. Это здорово помогало экономить время и отсеивать неадекватных людей. Умные клиенты понимали, с кем они имеют дело, и получение очередного заказа не заставляло себя долго ждать.
Павел снял телефон с зарядки и поискал глазами ключи от машины. На обычном месте, на тумбочке в прихожей, ключей не было. От квартиры были, в ящике лежали от почты, от садового домика, еще от чего-то забытого и пара ключей от давно забытого. От машины не было. Пашка проверил карманы, одежду на вешалке, даже в зимней куртке посмотрел. На полу, под тумбочкой, под ковриком, в обуви. Еще раз в тумбочке и один раз за тумбочкой. Все, больше в прихожей ничего не было. Что за хренотень? Павел стоял и тупо смотрел на пустую тумбу и свои руки. Ключи всегда лежали на тумбочке. Первым делом, что Пашка делал, открыв квартиру, это клал ключи от машины и квартиры, а потом раздевался, снимал обувь и проходил в комнату. Это привычка, многолетняя привычка. Поступить иначе, это… ну, это как разуться в туалете, а одежду положить на плиту в кухне. Пашка уже начинал нервничать, быстро прошел в комнату, окинул взглядом стол и под столом, проверил диван, кровать, заглянул на кухню и, понимая, что это абсурд, посмотрел мусорное ведро, пошел по второму кругу и остановился.
"Хрень какая-то! Бл***! Так спокойно! Черт!" – выкрикнул Пашка, стараясь мыслить здраво. Времени было впритык, если вызвать такси, то можно успеть на встречу. Это главное, остальное потом.
Паша не откладывая, вызвал тачку, проверил наличные, накинул куртку и, в отвратительном настроении, вышел из дома.
День прошел быстро и довольно успешно. Встреча с клиентом была быстрой, оказалось, что тот успел получить благоприятные отзывы от своих знакомых и решение принял заранее. Они разошлись довольные друг другом, обговорив сроки выполнения первой очереди, технические детали и способы связи. Потом несколько необязательных звонков и обед в кафе со старым знакомым. Поход в супермаркет за продуктами и почти часовая поездка домой. Дороговато на такси туда-сюда ездить, но новый заказ позволял такие траты.
Дома, не откладывая дела в долгий ящик, Паша доделал незаконченные задания на компьютере, отправил их заказчикам, просмотрел и откликнулся на несколько новых и, довольный собой, откинулся на стуле, предварительно свернул все окна на мониторе. На сегодня все. За окном заметно стемнело. Пашка встал, потянулся, сделал резкие рывки руками, согнулся, присел. Повторил несколько раз, пока не разогнал кровь. Пора что-нибудь на вечер приготовить.
Через полчаса, Пашка уселся на диване с бутылкой пива. На плите уже тихо булькало в жаровне, и по кухне плыл мясной аромат. Переживая весь день в голове, Павел вернулся к утренней неприятности. Он уже второй раз за день мысленно произнес: "Неприятно, но не смертельно". Несколько дней он может не ездить и за это время нужно решить проблему. Не единственный же он, в конце концов, кто терял ключи. Непредвиденные траты, конечно, но уверен – это решаемо. Для начала попытаться их найти. Где искать ключи? Он попытался вспомнить, когда ездил последний раз. Три дня назад, помогал другу что-то там перевести с почты к нему домой. Попил чаю, поболтал с его семьей, заехал в книжный, купил журнал с красивыми иллюстрациями. Затем в местный магазин или, нет, он ходил в него позднее пешком. Итак, он доехал до дома, поставил машину, где она и стоит сейчас. Багажник не открывал, пакет с журналом лежал рядом с ним. Вышел, нажал на сигналку и пошел к подъезду. На скамейке, кажется, сосед сидел с первого этажа, дядя Егор, он там всегда сидит. Поздоровался с ним, тот что-то спросил и, вроде, все, пошел домой. Позднее, он сбегал в магазин за пивом и закуской, готовился играть всю ночь. Мысли были только о предвкушении прохождения нового недавно найденного дворца, он уже практически был в игре, перебирая варианты снаряжения и оружия. Следующие дни слились в один непрерывный поход по данжу, лут, сбыт ресурсов и прокачка, иными словами, геноцид местного населения. В реальность он выходил поспать, накормить кота и покушать самому. Из дома не выходил, на машине не ездил, все, конец истории.
Он оглянулся по комнате, тут и теряться негде. Тяжело вздохнул и начал розыск утерянных ключей, сначала, не торопясь.
Спустя час бесплодных поисков в самых неожиданных местах и две бутылки пива, Пашка, чертыхаясь и тихо матерясь, рухнул на диван: "Провалились, как сквозь землю, мать их! Если бы, хоть кто-нибудь заходил, а так… Барабашка завелась в доме, в самом деле, или домовой шутит". Придется по второму варианту идти, как бы этого не хотелось. Паша подсел к компу, забил в поиске марку машины и потерю ключа. К его удивлению, поиск выдал много вариантов фирм с похожими услугами. По ценам вполне ему по карману, сроки в течение часа, выезд на место… Он забил свой регион, вариантов стало поменьше, но они были. Итак, заполнить форму, указать телефон и отправить заявку. Готово. Не прошло и десяти минут, как ему позвонили и вежливый мужской голос уточнил марку авто, владельца, регистрацию и адрес. После длительной паузы, тот же голос, с сожалением, сообщил, что мастер сможет приехать к нему только через неделю, попросил не отзывать заявку и обещал позвонить, если ситуация изменится, после чего отключился.
"Жаль, а так хорошо начиналось,– подумал Пашка. – Ладно, могло быть и хуже, завтра подумаю над другими вариантами".
Ну что, клацнем затвором? Рука привычно потянулась к мышке, чтобы воткнуть курсор на иконке Хаоса, но задумчиво проплыла дальше и опустилась на стол. Может перерыв сделать на несколько дней? А то просыпаться от своего крика, то еще удовольствие. Он вздрогнул, вспомнив ночную сцену, ужасная тварь слишком шустрая для него и его передернуло. И как своим парням из клана объяснить, что он решил взять тайм-аут? Испугался? Смешно, боится ночных снов, поэтому пока не будет играть. Глупо, но не смешно, вообще нисколько. Он зашел на игровой форум, поискал что-нибудь похожее по описанию на ночной кошмар, но ничего не нашел. Новую тему создавать не стал, слишком размытые черты.
"Блин, и спросить не у кого", – разочарованно подумал Пашка.
Как ее описать? Он задумался и, впервые, попробовал размышлять отстраненно, без эмоций, словно сторонний наблюдатель. Слов не хватало, сравнить не с чем. Ужасающие зубы, морда страшная. А какая морда? Сколько по времени это длилось? Секунд пять – шесть, хотя он может ошибаться. Временные ощущения могут растягиваться в критические моменты, а значит, все могло происходить намного быстрее. Про сон можно и не заикаться, там течение времени имеет свои непредсказуемые особенности. Оно… она была неопределенная, переливчатая, но не в смысле окраски, цвет был темный, не то серый, может темно-серый, а формы. Она перетекала из одной формы в другую, и происходило это так незаметно и быстро, что он сам удивился этому открытию. Вот почему он не мог подобрать описания этой твари. Но выглядела так реалистично, что… Пашка боялся про это думать, но понимание уже проявилось и обратно возвращаться не собиралось, как пена из пивной бутылку. Он глубоко вздохнул и преодолел внутреннее сопротивление, как перед прыжком в холодную воду. Оно было не компьютерным образом, не рисунком художника. Таких образин он насмотрелся по разным играм и, хотя выглядели они кошмарно, это было подобно просмотру ужастика в кинотеатре. Да, вздрагивал и закрывал глаза, но ощущение безопасности было незыблемым, забыть про мягкое кресло, попкорн и полный зал зрителей невозможно. Он там был не один, тем более что можно было посмеяться со всеми над своей секундной слабостью. Здесь же он был один на один со своим страхом и спасения, не было, ни мягкого кресла под задницей, ни сладкой газировки с трубочкой под рукой. И эта тварь была настоящей, живой, реальной…
Потрясенный Пашка пошел на кухню, достал бутылку коньяка, плеснул в высокий стакан и тут же залпом выпил.
Спустя некоторое время, оцепенение с Пашки спало, может коньяк подействовал, может его рассудительность не могла долго молчать.
"Ну и что, – пробормотал он. – Ну и видел я тебя в компьютерной игре, но игра то мне снилась. А во сне все выглядит по- настоящему".
Паша приободрился и стал развивать эту тему дальше. Если вспомнить старые компьютерные игры, там же пиксели невооруженным глазом было видно, но они с друзьями восторженно орали от ужаса при виде очередного монстра. Он до сих пор помнит это состояние, когда мурашки ползают по затылку. А ужастики? Пробирало до пяток, хотя по сравнению с современным хоррором, это как просто страшные сказки для малышей. Он как-то попробовал смотреть один из ужастиков из детства, но лучше бы этого не делал. Грустно и смешно. Кукольный театр вместе с цирковыми фокусами. Реально страшными были только книги, потому что там вовсю работало воображение. Как он пугался скрипучих дверей, шагов по лестнице и ночных шорохов. А тупые рассказы при свете костра про черную комнату, черную дверь и черную-черную руку, причем рассказчик боялся едва ли не больше всех остальных. Воображение, вот ключевое слово, собственная фантазия пугает больше, чем реалистичный компьютерный образ. Это как цепочка из костяшек домино, стоит упасть одной, как следует лавина из остальных.
Павел уже почти успокоился, встал, уверенно добавил в стакан немного коньяка, выпил. Проходя в коридоре в темноте, боковым зрением заметил движение, рука рефлекторно потянулась к невидимой кобуре на бедре, медленно сделал шаг назад, повернул голову и увидел темный силуэт на фоне серой стены. Осторожно поднял руку, черный силуэт тоже поприветствовал его. "Тьфу ты!"– только и смог буркнуть, с облегчением, Пашка, выключил компьютер и пошел спать.
Глава третья
Утром Паша проснулся сам, без кота и чувствовал себя замечательно. Он полежал с закрытыми глазами, прислушался к себе, все хорошо. Ночью ему ничего не снилось, он выспался и отдохнул, самочувствие было отличное, настроение тоже. К нему запрыгнул Пушкин, пощекотал усами и тихонько что-то спросил.
"Привет – привет! И тебе доброе утро, – улыбнулся Паша, потрепав котика. Котик увернулся и коротко мяукнул. – Да, все, уже встаю".
Утро и вправду было добрым и бодрым. Время до обеда прошло незаметно и с пользой. Пашка начал работу над заказом, и успел проделать большой объем, отправил промежуточный вариант заказчику для уточнения. Его попросили подождать, пока кто-то там, очень занятый, не освободится. Он легко согласился и решил закругляться. Смахнул все в рабочую папку, закрыл окна, почистил корзину. Курсор на мониторе слегка покрутился около иконки любимой игры и двинулся дальше, плавными движением обогнул стройные ряды рабочих приложений и уперся в незнакомый темно-коричневый значок с буквами МОТ.
"Что это? – спросил сам себя Пашка. – Кажется, какая то игра".
Он смутно помнил, когда установил эту игру, помнил только, что он клюнул на название, вроде "тайна старого храма", что это квест с нелинейным сюжетом, по-простому бродилка. Он пожал плечами и ткнул значок. Если не понравится, то удалить игру он всегда успеет. Открылось окно, пока шла загрузка, он успел сгонять на кухню и налить себе кофе и сделать бутерброд с колбасой и маслом. Заставка кончилась, никаких пояснений не было. "Что ж уже радует, – подумал Пашка, вспоминая, как иногда бесили длинные, нудные описания нового мира с обилием труднопроизносимых названий и имен с большим количеством букв, – будем выяснять по ходу». Появилась комната, его руки, в смысле, героя-персонажа. Так, можно брать предметы, двигать стул, открывать ящики стола. Где-то должна находиться записка, дневник или иная запись, поясняющая ситуацию. Записки не было, был блокнот с единственной записью: "Найди ключ". Все это было знакомо, по другим квестам, дальше надо будет найти такого-сякого и попросить у него старую книгу или шифр от сейфа, а он пошлет его еще дальше и пойдет он далеко-далеко, за тридевять земель. Ключа не было. Паша нахмурился, комната была небольшой, почти квадратной, из мебели стол, стул и диван, несколько шагов вширь, столько же вглубь. На стене обшарпанный стеллаж с несколькими книгами, на столе настольная лампа. Он пошарил по книгам, описание фауны местного парка, учебник по архитектуре. В одной из книг лежала открытка без подписи и горным видом. В ящике стола лежала пара карандашей, чистый лист бумаги. На столе стоял радиоприемник, он включался и даже ловил несколько станций. Он оставил канал с приятной инструментальной музыкой и продолжил осмотр. Подергал дверь, никакого результата. На стене висело несколько рамок с пейзажем и фотографией. Пейзаж изображал летний парк с садовой беседкой, на старом черно-белом фото были незнакомые люди, двое мужчин и одна женщина в темной форменной одежде, в уголке надпись с завитками "Уфа, 1951 год". Рядом со столом, чуть дальше от входа, стоял небольшой диван с подушкой. Под подушкой, ожидаемо, ничего не нашлось. Странно, это все. Значит, что-то пропустил.
"Знакомая ситуация, – хмыкнул Пашка. – Будем искать".
Он продолжил крутиться возле дивана. На одной из боковых подлокотников нарисованная рука сжалась. Так, значит, можно действовать. Он попробовал вверх, ничего не произошло, потом на себя и диван сдвинулся.
"Ага, все просто", – обрадовался главный герой и стал отодвигать диван.
Заглянул за него, уже зная, что там будет, и поднял ключ. Ключ был от двери, и она открылась. Паша испытал легкое разочарование, дальше будет несколько вариантов следования, два – три легких задания и одно сложное. Стоит ли терять время незамысловатую игрушку-квест? Он поставил игру на паузу, встал и зачем-то посмотрел на свой диван. "Да нет, не может быть, – сказал он и все же, начал отодвигать диван. – Уфф! Слава богу!" Под диваном лежало несколько монет и пыльный стикер. Он вернул диван на место, постоял, посмотрел на него, подумал и принялся раскладывать. Раздался скрип пружин, скрежет металлических пластин и что-то тихо, но слышно звякнуло. Паша нагнулся и поднял с пола брелок с ключами. Сжал их в кулак, поцеловал кулак и потряс рукой. Как камень с плеч свалился. Как они здесь очутились? Нет, понятно, что это он, а не Пушкин, их оставил на диване, но за каким хреном? Секундное недоумение смыло ликованием и облегчением. Да, какая разница? Все-таки, это настоящий геморрой – менять ключи, ждать спеца, тратить деньги и время. Кстати, надо позвонить в ту фирму. Пашка тут же набрал номер и дождавшись ответа, радостно сообщил им свою новость, на том конце, без особого энтузиазма, заметно кислым голосом поздравили его и попросили, в случае чего, обращаться к ним.