– Да. Проходите, пожалуйста.
Татьяна пропустила врачей в комнату.
– Так. Что тут у нас?
– Температура под сорок.
– И давно?
– Где-то с ночи. А может, и раньше, точно не скажу.
– Это почему?
– У дочки вчера выпускной был. Она вообще должна была только утром вернуться, но где-то в половине первого её привёл одноклассник. Аня была вся заплаканная, сказала, что её бросил жених, и упала в обморок. Мы привели её в чувство – мокрое полотенце на лицо положили и дали таблетку аспирина.
– А почему сразу нас не вызвали?
– А что, надо было?
– Обязательно. Раз она сознание потеряла.
– Да как-то не сообразили сразу. И потом, мы же справились.
Врач постарше озабоченно покачал головой: «Ох уж эти мамаши! Справились они, видите ли!»
– Ладно. Только учтите: в следующий раз обязательно вызывайте.
– Хорошо. В общем, привели мы её в сознание, дали аспирин и уложили. Примерно через час температура спала, а утром снова поднялась. А когда вас вызывала, вообще что-то вроде удушья было. Но сейчас вроде отпустило.
– Сон, – еле слышно произнесла Аня.
– Что, Анют?
– Это мне дурной сон приснился. Как будто змеи меня душат.
– Так, давайте-ка мы вас осмотрим.
Пока врач постарше слушал девушку и осматривал горло, молодой доктор выспрашивал у Татьяны данные Анюты и заполнял лист вызова.
– Так, – сказал старший врач, закончив осмотр. – Ничего серьёзного я пока не вижу. Бронхи и лёгкие чистые, горло тоже, только слегка красноватое. Скажите, вы пили что-нибудь холодное?
– Да. Воду с лимоном. Очень пить хотелось.
– Ну, вот вам и результат. Вот так попьют в жару холодненького, а потом бац – и ангина! Или ларингит.
– Но, доктор, мне уже тогда было плохо.
– И в чём же это выражалось?
– Очень болели голова и ноги. Как будто гимнастикой перезанималась.
– А ваши одноклассники? Никто из них не пришёл на праздник больным?
– Нет. По крайней мере, я не заметила.
– Доктор, что это может быть?
– Не знаю пока. Может, грипп, а может, ещё что. Хорошо бы положить девушку в больницу и обследовать.
– Ну какая больница, доктор? У нас вступительные экзамены на носу.
– Мамаша, вы сначала на ноги дочь поставьте, а потом об экзаменах будете думать!
– Я не хочу в больницу, доктор! Пожалуйста! – Анюта чуть не плакала.
– Не хочет она! – Врач озабоченно покачал головой. В его работе это было самой главной проблемой. Родителей не пускают в отделение, не давая им возможности ухаживать за чадами. Из-за этого дети помладше скучают и плачут целыми днями, а те, кто постарше, постоянно балуются. К тому же ребёнка до двенадцати лет ещё можно уговорить воспользоваться горшком, но что прикажете делать, когда перед вами дылда лет пятнадцати или вообще семнадцати, а в палате при этом по шесть-восемь человек? Ничего удивительного, что и подростки, и их родители упираются изо всех сил. – Ладно, так уж и быть, оставайтесь. Сейчас напишу назначения. У вас есть кому сходить в аптеку и в магазин?
– Да, сейчас соседского мальчика попрошу, он сходит.
– Хорошо. Петь, – обратился доктор к помощнику, – пиши отказ.
Пару минут оба врача писали, потом старший протянул Татьяне листок с назначениями:
– Ну, вот и готово. Посмотрите, вам всё понятно?
Татьяна пробежалась глазами по строчкам:
– Да. Всё в порядке.
– Отлично.
– Подпишите вот здесь, пожалуйста, – молодой доктор протянул матери документ. – Это что вы отказываетесь от госпитализации и берёте ответственность за последствия на себя. Подпись, расшифровку и дату.
Татьяна сделала что велено.
– Ну вот и всё. Но если вдруг станет хуже, обязательно снова нас вызовите! Выздоравливайте! Всего хорошего!
– Спасибо вам. До свидания! – ответили мать и дочь.
Врачи подхватили саквояжи и вышли.
Глава 9
Супруги Позёмкины заканчивали завтрак в гостиничном ресторане. Лили с ними не было. Перед уходом Альбина заглянула к дочери и, увидев, что та спит сном младенца, не стала будить. Пусть девочка как следует отдохнёт, а перекусит попозже, в номере. Вадим и его жена допивали чай и кофе, когда появились Демидовы-старшие.
– Доброе утро! – поприветствовали они. – Можно к вам присоединиться?
– Доброе утро! – отозвались Позёмкины. – Конечно, присаживайтесь.