– Отлично. Ты в самом деле нормально себя чувствуешь? Тебя не тошнит?
– Я же сказал, всё в порядке.
– Ладно, давай попробуем дойти до выхода. Только учти, если станет хуже, придётся всё-таки вызывать врачей.
Антон закинул руку Евгения себе на шею, помог парню подняться на ноги и осторожно повёл к выходу. Лиля шла с другой стороны, погрузившись в тяжкие раздумья. После всего случившегося уважение к бывшему жениху было потеряно окончательно и бесповоротно. «Это же надо так напиться, чтобы оскорбить меня на виду у всех! Да ещё и ударить собирался! Хорошо, что Антон сумел помешать. А теперь вот возится с ним, хотя мог бы оставить валяться на земле, чтобы Женьку подобрал патруль и увёз в отделение».
Такси остановилось возле секции номер восемь барачного посёлка «Северная звезда», и Гриша помог Ане выбраться из машины. Почти всю дорогу девушка проплакала, пока, вконец не обессилев, не задремала у него на плече. Когда Гриша стал будить подругу, та застонала. Похоже, температура снова поднялась.
Не без труда преодолев расстояние от калитки до барака, где жили Аня с мамой, они вошли в тёмный подъезд и остановились у запертой двери. Аня полезла в сумочку за ключами. Четыре года назад, когда началась стройка канала имени Москвы и округу наводнили беглые «каторжники», жильцам пришлось ставить замки на внутренние двери, чтобы запирать их хотя бы на ночь, и носить с собой два ключа вместо одного. Особенно, если намеревались припоздниться.
Аня наконец-то достала связку, но в темноте никак не могла попасть в скважину. Гриша забрал у неё ключи и сам открыл дверь. Они пробрались по такому же тёмному коридору до комнаты Некрасовых, и молодой человек постучал.
– Гриш, не надо! – попробовала протестовать Аня. – Маму разбудишь!
– Ань, ты больна, и тебе нужна помощь! И потом, если мы войдём, твоя мама всё равно проснётся. Я ведь уже не ребёнок, зачем её смущать?
За дверью послышалась возня, потом сонный голос спросил:
– Кто там?
Проводив Шуру, Татьяна легла и даже успела задремать, так что стук в дверь услышала не сразу.
– Татьяна Ивановна, это Гриша.
– Гриша? Какой Гриша?
– Гриша Храмов. Анин одноклассник. Я Аню привёл.
Услышав последнюю фразу, Татьяна накинула халат и поспешила открыть дверь. На пороге стоял симпатичный паренёк, придерживая её дочь. Бледная, с огромными синяками под глазами и растрепавшейся причёской, Анюта совсем не походила на ту девушку, которая несколько часов назад крутилась перед зеркалом, готовясь к выпускному.
– Аня, девочка, что с тобой?
– Ох, мама, мне так плохо!
– Ты что, напилась?
– Нет. Но хотела бы! Напиться и обо всём забыть!
– Татьяна Ивановна, у неё температура. Её надо уложить.
– Да что случилось-то?
– Антон меня бросил! Сбежал, как последний трус!
– Как это сбежал? Куда? – Татьяна пыталась осознать услышанное.
– Я после расскажу, – вмешался парнишка. – Давайте сначала Аню уложим.
– Пусти. Я сама. – Девушка отлепилась от Гриши, сделала пару шагов и, потеряв сознание, повалилась на пол.
– Господи, Анюта, да что же это такое?
– Татьяна Ивановна, у вас есть нашатырь?
– Не-ет. Но на кухне есть общая аптечка, посмотри там.
Гриша вернулся через пару минут, неся полотенце, с которого вовсю капала вода. Подбежав к девушке, он набросил полотнище ей на лицо, упал на колени рядом и стал промокать горячую кожу.
– Нашатыря я не нашёл. Попробуем действовать вот таким способом, – объяснил молодой человек Татьяне Ивановне.
– А поможет?
– Надеюсь. Потому что в противном случае придётся её слегка побить.
– Как это «побить»?
– Отвесить пару пощёчин. Так что заранее прошу прощения.
Однако извинения оказались ни к чему – Аня зашевелилась.
Поглотившая её тьма была спасительной. Там она не чувствовала ни боли, ни отчаяния. Ане очень не хотелось покидать это прекрасное убежище, но тут сверху обрушилось что-то холодное и мокрое. Оно падало снова и снова, но уже не так сильно, и от этого мокрого что-то текло по шее и вискам. С трудом разлепив веки, девушка увидела одноклассника Гришу и полотенце, которое тот снова собирался приложить к её лицу.
– Дочка, слава богу, ты очнулась!
– А что случилось?
– Ты упала в обморок. Наверное, из-за температуры. Татьяна Ивановна, ей нужно сбить температуру.
Татьяна вытащила из шкафа аптечку, нашла аспирин и, выдавив таблетку, протянула парню вместе с чашкой воды. Пока Гриша поил Аню лекарством, мать стелила постель. Девушка попыталась встать, но Гриша не позволил – аккуратно поднял её с пола и перенёс на диван. После этого Татьяна попросила молодого человека пойти на кухню и поставить чайник, а сама помогла дочери переодеться в ночную рубашку и укрыла одеялом.
Глава 4
Евгений оказался довольно тяжёлым и к тому же не столько шёл, сколько висел на провожатом. То и дело приходилось останавливаться, но в конце концов они добрались до стоянки такси. Антон устроил поверженного соперника на лавочке и, попросив Лилю присмотреть за экс-женихом, направился к месту посадки. Очередь уже рассосалась, но и машины не останавливались. Евгений улёгся и захрапел, а Лиля подошла к Антону.
– Можно побыть с тобой?
– Конечно. А как там наш подопечный?
– Заснул. Оказывается, он ещё и храпит. Представляешь?
– Какой ужас! – нарочито комичным тоном ответил Антон.
Лиля невольно улыбнулась, но потом снова стала серьёзной:
– Только вот мне придётся поехать с ним.
– Да, конечно. Я понимаю. – Антону совсем не хотелось расставаться с любимой, а тем более оставлять её наедине с бывшим женихом, но что было делать? Вдруг у парня всё-таки сотрясение и ему станет плохо в дороге? – Лиля, можно я напишу тебе?