Оценить:
 Рейтинг: 0

На грани

Год написания книги
2024
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 18 >>
На страницу:
4 из 18
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

В пятницу 25-го в 18:09 пришёл доклад от Капитана:

«Настоящим информирую 24.07.09 около 03.00 группа неизвестных людей 8–12 человек в форме с надписью POLICE на спинах, в чёрных масках, с автоматами и пистолетами поднялись на борт моего судна с лодки, которую мы не могли видеть. Все члены экипажа были связаны. Меня спросили о порте назначения и где находится партия наркотиков, о которой они были информированы. Я попросил предъявить документы. Они отказались. По истечении 4–5 часов члены экипажа были развязаны и заперты в каютах по 3-4 человека. Затем начали тщательный осмотр судна. Говорили по-английски с польским акцентом, но я не уверен. Всё это время они управляли судном с помощью второго механика. Они осмотрели всё судно, включая машинное отделение, помещения и частично груз. Значительных повреждений ни судового механизма, ни оборудования, ни груза не наблюдается. Некоторые косметические повреждения причинены судовому инвентарю. До сих пор проверяем на предмет возможных повреждений. Судовая касса не тронута. Около 15 часов они покинули судно на резиновой лодке чёрного цвета в восточном направлении. На лодке надпись POLICE. Опознавательных знаков, флага нет. Перед уходом я спросил о результатах поиска. Они не ответили. Были злы. Упомянули Калининград и имя директора Солчарта. В настоящий момент судно на ходу, средний вперёд. Сделаем ремонт в удобных водах, которые не связаны с гостями. КМ Зарецкий»

К парадоксально-невразумительному смс добавился сумбурный рапорт, окончательно снявший сомнения в соответствии Зарецкого занимаемой должности, подтверждая пословицу, что хороший старпом (которым тот много лет отработал в компании) не означает хороший капитан.

Карпенков не успокаивался. Расспрашивал Зарецкого, с трудом сдерживая эмоции:

– Сергей, если никто не вызывал по УКВ, не просил остановиться и не представился, значит, – это захват судна. Почему не нажал аварийную кнопку?

– Николай Валентинович, но всё произошло мгновенно: валят на пол, вяжут руки и ноги, плюс рот и глаза. Это второй. Позвонил мне ночью. Преспокойным голосом попросил подняться на мостик. Меня повалили, связали. Как тут кнопку нажмёшь?

– Как «гостям» удалось незаметно, на полном ходу забраться на пароход? –  не успокаивался Николай.

– Командир захватчиков перед уходом бросил: 9 узлов и 1,5 метра надводного борта – это семечки.

– А судном кто управлял с трёх часов ночи?

– Замедлили ход. Второго поставили на руль. Судно вели по нашей прокладке на плоттере. Второго механика периодически сопровождали в ЦПУ*). Наблюдать за работой машины.

ЦПУ*)– Центральный Пульт Управления

––

– Ты пишешь: упомянули имя директора. Почему не написал «Матвеев»? Как узнали его имя? Ранее в разговоре ты упомянул, что главный гость звонил Матвееву. Почему это не отражено в рапорте?

– Да, они сказали, будто звонили Матвееву, что он, мол, плохо с ними разговаривал. Были злы. Имя, возможно, увидели на мостике, в списке телефонов компании.

* * *

Вплоть до 2 августа и второго исчезновения с судна ежедневно и пунктуально приходили ДИСПы. Сигналы АИС показывали, что лесовоз движется намеченным курсом: пройдя Северное море, сложности навигации Ла-Манша и оставив по траверзу левого борта Брест, судно начало отрываться от берега в глубину Бискайского залива, и снова пропало…

* * *

2 августа – день предвкушения приёмки нового судна – проходил в ожидании звонка от супера*) … и вдруг телефон засветился пропущенным звонком с неизвестного номера, и снова звонок…

– Mr Matveev? (господин Матвеев) – послышались раскаты искажённого скрамблером голоса с прибалтийским акцентом.

– Who is it? (Кто это?)– спросил я, проваливаясь в плохое предчувствие. У меня как будто спала пелена с глаз, и я ясно увидел, что разговариваю с террористом.

– You must talk to me! (Вы должны поговорить со мной) – продолжал раскатистый, еле различимый голос в трубке.

– I never talk to unknown strangers! (Я не разговариваю с неизвестными!) – с трудом сдерживая возмущение, ответил я. – Moreover, with scramblers. Who are yout (Тем более, через скрамблер. Представьтесь.)

– If you won’t listen to me you gonna get big problems and you won’t get your vessel ..( Если вы меня не выслушаете, у вас будут большие проблемы и вы не получите судно…)

– Are you going to threaten me, fuck? Forget my number, clown! (Cобрался мне угрожать, гаденыш? Забудь мой номер, клоун.)

Сбросив звонок, я подумал: «Не сон ли это?» Я почувствовал, как мир оседает от уродливой мысли, что теряется всё, рушится неисправимо, всё разом, буквально в мгновение ока, когда особенно всё удавалось: ничего невозможно придумать, неизвестно, как быть… И кто-то зашёл и прошёлся по дому, открыв дверь, через террасу вышел во двор, сделал несколько шагов босиком по влажной траве и, дойдя до пристани, снова вернулся. Закрыв за собой дверь, я недоумённо наблюдал за тем, что сам закрываю дверь… Сердце сжалось от навалившей тоски. Казалось, что это только начало и что за ним таится какое-то близкое, тяжкое несчастье…

Я почувствовал себя так, как будто всё остановилось, и мир вдруг затих и погас в одно мгновение, словно по команде свыше, отключили ток, повернув рубильник огромного механизма. Наступало затишье… Только свежий морской воздух, смешиваясь с криками безмозглых, внезапно озлобленных чаек, залетал в дом сквозь приоткрытую дверь и нарушал тишину, сливаясь с певучим лаем бигля, долгожданного рыжего пса с умными глазами, нового члена семьи, без умолку заливавшего благозвучием своих распевов тишину дома.

И летнее солнце снова показалось из-за туч и предпоследними лучами блеснуло над гладью серого залива перед тем, как спрятаться за крышами соседних домов, сверкало сквозь мелкие листья огромной берёзы и уже принималось разжигать маленькие радуги в хрустальных бокалах с недопитым вином, оставленных на столе накануне. До звонка всё было как-то мягко, светло и, казалось, уже уходили неправдоподобные перипетии последних дней, превращаясь в умирающие воспоминания. Звонок пронзил тишину устоявшегося уклада, заглушил и чаек, и пса, и треск берёзовых поленьев в камине, прервал воскресную сауну и разрушил идиллию воскресенья. Звонок зацепил взгляд за ещё три, пропущенных ранее с того же номера. Значит, он звонил раньше? Как так, я не слышал. Своим вторжением он подтвердил реальность всех наших чудовищно невероятных предположений и домыслов.*)– сканы 7-13)

Я думал о моряках, рисуя себе горестные подробности их заточения на судне. Вернулись мысли, что нужно что-то предпринять, позвонить другу в Сибирь, спросить совета… Может быть, поехать в офис?..

Офис – напомнил о «дне предвкушения»: накануне завершились переговоры о покупке нового судна. Подписан контракт. Приняты все наши условия: цена, удобный порт передачи – Гамбург – и опцион предпродажной инспекции судна*).

––

*)– если физическое состояние судна полностью соответствует его описанию в контракте, что, в свою очередь, определяется инспектором, назначенным покупателем (предпродажная инспекция), то юридически сделка считается состоявшейся и контракт о покупке судна вступает в силу. Если же инспекция выявляет замечания к техническому состоянию судна, то возможны два варианта: 1- контракт аннулируется; 2-покупатель и продавец договариваются о стоимости ремонта и приведения судно в исправное состояние, соответствующее техническим требованиям классификационного общества и администрации флага.

-–

Судно, готовое к предпродажной проверке, стояло в порту в ожидании нашего супера – Павел Чильцов был в пути. Должен был позвонить…Может быть, в суете я его не услышал? Как давно мы знакомы? Сто лет. Если судить по сделанному сообща, а по календарю всего-то семь лет мы были знакомы. С 2002-го или, может быть, 2001-го года. Тогда я искал механический мозг- инженера с мозгами. И, уже потеряв надежду, познакомился с Павлом…запомнил его в очках на кончике внимательного носа. Сидя напротив меня, он разговаривал тихо, степенно. В простоте его слов, за спокойной интонацией скрывался большой опыт и глубокое знание всего, о чём я его расспрашивал. В степенности и медлительности его движений было больше глубокомыслия, силы ума, чем в болтовне, суете с другими, со всеми, с кем я беседовал раньше. Мне казалось, он понимал больше, чем я расспрашивал, но был выше того, чтобы своими ответами показать превосходство в предметной области мира машин и механизмов. Вдаваясь в подробности, он отвечал лаконично, но я видел, как будто что-то особенное, независимое от разговора, что-то более ёмкое и глубокое происходило в то же самое время в его голове. Своими короткими фразами он легко формулировал суть. Разговор показал полное наше единомыслие, и стало понятно, что именно он возглавит мой технический департамент. Получив предложение, Павел неспешно достал Chesterfield, закурил сигарету, глубоко затянулся и, с выдохом утолившего голод, в сизом облаке дыма сказал: – Будем работать.

С тех пор он – механик от Бога – талантливо воскрешал механизмы всех пароходов. Это событие привело к другому – каждый год мы пополняли свой флот, покупали суда…

Пока не вмешался ублюдок…какой-то фантом. Звонок Фантомаса… Я вынужден всё отменять. Звонить Павлу.

Набрал его номер…Чильцов, не дожидаясь того, что я скажу, ответил привычным, размеренным голосом:

– Добрый день, Виктор! Всё по плану. Я в Пулково, на регистрации. Вылет в Гамбург…

– День, к сожалению, не добрый, Павел, – прервал его я, не дожидаясь доклада по предстоящей поездке, – предположения подтвердились.Забыли про Гамбург. Всё отменяется…

– Значит, мы были правы?! Чёрт!В таком случае сдаю билеты и возвращаюсь в офис. Держись, Виктор!– его спокойствие и простота в разговоре всегда были поддержкой.

– Удачи тебе, дорогой!

* * *

Вскоре раздался звонок. Звонил Воронов. Мой заместитель. Так уж сложилось, что его нежданные звонки в выходные не предвещали ничего хорошего. Все аварии и происшествия, когда-либо происходившие, падали на эти дни. И обо всех напастях я узнавал от него. Впервые о «Кодиме», затонувшей в Английских Проливах в первые дни февраля 2002-го. В первый же рейс новой линии из Швеции на Ливию, линии, которую мы долго выстраивали и, которая обещала стать сверхэффективной, но в тот день вместе с судном погибла. И через несколько дней всё английское побережье у Брайтона было завалено досками, прибитыми к берегу исполинскими волнами, погубившими лесовоз. И только ужасные конструкции домов, сколоченные из собранных на берегу досок, долго напоминали о трагедии судна и бессилии горемычного экипажа, покинувшего непотопляемый пароход *).Украинский экипаж не справился с Главным Двигателем, а вместо того, чтоб отдать найтовы крепления, караван палубного груза и скинуть его в море (что предусмотрено правилами безопасной перевозки лесного груза на палубе), вызвал вертолёт береговой охраны и покинул борт судна. Оставшееся без управления, судно затонуло, оставив о Ливии только воспоминания, как о чудесной стране с самым высоким уровнем обработки судов и отзывчивыми людьми безупречной порядочности. Сердце сжималось, когда страну разбомбили.

*)– серия теплоходов «Павлин Виноградов», к которой принадлежит тх «Кодима», практически непотопляема с грузом пилолеса

Первое января 2007-го запомнилось утренним звонком. Воронов сообщил о бедствии «Арктик Си», которое, попав в ураган в Северном море, получило опасный крен от смещения каравана палубного груза. Тогда спасли, слава Богу…

И сейчас. Вполне ожидаемо. Когда он звонил – он всегда сохранял безмятежность. И при любых обстоятельствах разговор начинал с любезностей. «Какой я преданный!» – звучало, казалось, в его интонации, напоминавшей первое собеседование, интервью из девяносто седьмого… Тогда мне показалось, что он не знал, как себя держать, боялся показать своё возможное несоответствие и некомпетентность. Вместе с тем он стремился получить эту должность, которая, очевидно, ему представлялась чем-то несбыточным. Позвонив, он обычно расспрашивал о самочувствии близких, делился новостями, говорил о погоде, и только затем, будто бы ненароком, докладывал о случившемся.

В этот раз, возможно, сказалась нервотрёпка последних недель. Он был впервые взволнован.

– Виктор, пароход захватили! – хрипловатым голосом начал Воронов.

– Знаю, Володя, – стараясь сбить тон тревоги, по возможности хладнокровно ответил я.

– Мне звонил какой-то прибалт, механическим голосом, через скрамблер, просил передать угрозы, что если ты не ответишь, они расстреляют двух моряков к концу дня.

– Всё это странно, Володя. И пока непонятно, что происходит. А что думаешь ты?
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 18 >>
На страницу:
4 из 18

Другие аудиокниги автора Виктор Матвеев