– Не переживайте, Алексей. В наших с вами отношениях мое замужество не сыграет абсолютно никакой роли. Ничего не изменится. Поймите меня правильно, я, все-таки, должна как-то устраивать свою жизнь. Ведь, вам я не нужна, – она глянула на меня своими темными глазами, чтобы уловить мою реакцию на ее вывод, я дернулся, но промолчал, а она продолжила. – Но, стоит только чему-нибудь измениться в вашей жизни, и я вам потребуюсь, позовите – я приду. Знайте и помните это.
08/04/2013
Варькин заступник
Шел урок географии. Тот материал, который давал учитель, не выходил за рамки школьной программы, было слушать неинтересно, и потому, ученики, почти все, занимались какими-то своими делами. Кто просто ворон считал, кто потихоньку от глаз учителя играл в морской бой, сойдясь с единомышленником парой и расчертив на последней странице тетради квадратное поле боя. Вобщем, каждый занимался тем, что считал интереснее урока.
Сразу необходимо предупредить, что школа эта не совсем обыкновенная. Это – школа рабочей молодежи, и все ученики в ней, конечно же, обыкновенные рабочие, по той или иной причине вынужденные пойти работать на предприятиях города и зарабатывать деньги, совмещая сразу две профессии – ученика и рабочего человека. Не лишенные надежды продолжать учиться, они настойчиво познавали науки средней школы, поскольку без школьного Аттестата дорога в ВУЗы была закрыта.
Темноволосая девочка, по внешнему виду – отличница, поначалу прислушивалась к монотонному говору учителя. Внимание ее привлекло легкое постукивание по стеклу окна, рядом с которым она сидела за партой. Первая мысль, птичка, мелькнула в голове. Любопытство заставило ее посмотреть в окно и вздрогнуть от легкого испуга. По ту сторону стекла на темно синем фоне вечерних красок, ярким пятном выделялась улыбающаяся физиономия молодого человека, ярко освещенная светом, льющимся через окно из класса. Она была совсем не отвратительная, а, кажется, даже наоборот. Девочка отвернулась, сделала вид, что внимательно слушает учителя, но легкое постукивание по стеклу снова заставило ее повернуть голову. Рядом с улыбающимся лицом появилась рука, которая сделала несколько прощальных движений и исчезла, пропала вместе с лицом. Сердце девчонки стало тревожно биться, она уже не воспринимала того, о чем сообщал для всех слушателей по теме урока школьный учитель, голова была занята другим.
Сразу, после окончания уроков, когда все ученики закопошились, собирая свои учебники и тетради, Варька, ватными от какого-то странного душевного переживания руками, затолкнула все свои тетради и учебники в сумку и, чуть дыша, направилась к выходу. Предчувствия не обманули ее. Высокий паренек стоял чуть поодаль от входных дверей и напряженно вглядывался в выходящую толпу учеников. Первое, что пришло Варьке в голову, это желание скрыться от этих глаз, присесть и в толпе проскочить незамеченной мимо него. Но что-то внутри посоветовало не делать этого, она гордо вскинула голову и быстрым шагом прошла мимо стоявшего паренька.
А он не окликнул ее, наверное, просто не знал, как ее зовут, а может – ждал не ее; она успокоилась и почти сразу же вздрогнула, почувствовав идущего в шаге от нее человека. Она боязливо оглянулась, но приятное лицо молодого человека не позволило ей усомниться в порядочности обладателя этого лица. Да, будь, что будет, подумала она, что, съест, что ли? На улицах везде фонари горят, пройти до автобусной остановки, на это надо не более пяти минут, да и люди кругом, не дадут обидеть, выручат, если что.
Паренек шел совсем рядом с Варькой, но шел, молча, толи не зная, с чего начать знакомство с девушкой, толи, не хватало храбрости завести разговор. На остановке стояли люди, Варька, чувствуя, что паренек все же намерен что-то сказать ей, нарочно остановилась в нескольких шагах от людей, все люди одинаково любопытны. Паренек тоже остановился рядом с ней, она взглянула на него.
– Так и будешь молчать? – тихо спросила Варька.
– Юра, я, – так же, вполголоса ответил он.
Затем глаза его оживились, он улыбнулся и спросил:
– Ты не боишься меня?
– Почему я должна тебя бояться? – удивилась Варька.
– Я только вчера из тюрьмы вышел, – наивно сознался он.
– Ну, и что? Ты, ведь, человек, не стал же ты волком после этого, – убедительно и тоже очень наивно произнесла она, заглядывая в глаза Юры.
– Ты правильно понимаешь, другие совсем не так рассуждают. Уголовник, и все тут, – с грустью и с глубоким вздохом сказал Юра.
– А ты, разве кого-то убил? – спросила Варька, испуганно поглядев на паренька. Тот торопливо ответил:
– Да нет, конечно! Я отлупил одного парня, тот к девушке на автобусной остановке приставал, вот так же, как и сейчас в темноте, ночью. Народу там не было, а он пьяный был. Меня, видимо, за человека не посчитал. Ну, я ему и дал. Говорят, я три ребра ему сломал, хотя, едва ли. Я ему несколько раз по лицу стукнул, ну, нос разбил, синяк под глаз посадил, а причем тут ребра, не понимаю. На суде справку от врача зачитывали. Там и написано, что перелом трех ребер у него, а про нос, который я ему разбил, даже слова не сказано.
Эта история заставила Варьку задуматься, затем она тихо сказала:
– Ты знаешь, а я тебе верю. Верю в каждое слово, которое ты сейчас сказал мне. Я думаю, что ты не можешь врать.
В концы улицы ярко вспыхнули фары автобуса. Юра заволновался и сказал:
– Жаль, что автобус уже идет, твой, тут другие не ходят. Я буду часто приходить к вашей школе, у меня тут девчонка одна знакомая учится, только в другом классе. Деньги-то у тебя есть на автобус? – спросил он и, получив утвердительный ответ кивком головы, он широко улыбнулся и помахал рукой, затем, развернулся и исчез в темноте мрачного двора дома, стоящего неподалеку от автобусной остановки.
Приятный мальчишка, думала о Юре Варька, расположившись у окна и уткнув нос в самое стекло. Мимо проносились темные силуэты кустов и деревьев, растущих вдоль дороги, домов уже не было на этом участке пути и только где-то вдали светились огоньками дома родного Шлюза. Там она жила почти всю жизнь, хоть совсем еще пока коротенькую. Отец привез ее сюда, когда ей было всего два года. Вот с тех пор она и сибирячка. И она была горда этим. С приближением дома, сегодняшняя встреча и знакомство с Юрой стало уплывать куда-то в сторону и забываться, в голове были одни проблемы. Их было много.
Вот, например: завтра рано вставать на работу, сейчас времени уже почти полночь, а она еще только в пути; когда еще ляжет спать? Да еще, как там все дома? Отец может прийти домой пьяным, в последнее время он очень злоупотребляет спиртным, по вечерам устраивая скандалы. Дом, который так и не построили родители, вернее будет сказано – отец, когда-то, так и остался времянкой. Если ей, Варьке, сейчас было только восемнадцать лет, то младшей сестренке, а всего их в семье пятеро, скоро будет только восемь лет. И вот, в этой небольшой времянке вынуждены ютиться семь человек, четверо из которых еще совсем дети. Поэтому Варька и вынуждена была пойти работать на радиозавод, семью-то надо поддерживать.
В очередной раз Юра заглянул в окно класса через несколько дней и притом к самому концу занятий. Он, чтобы не испугать девушку, тихо поскребся в оконный переплет, а она, Варька, словно ждала этого визита. Она исподтишка взглянула в окно, где была видна освещенная светом лампы добродушная физиономия паренька. Как и в прошлый раз, он улыбнулся и поприветствовал ее взмахами большой ладони. И снова Варька с волнением ждала конца занятий, а на выходе из школы, она сразу же увидела высокого паренька в защитного цвета ветровке, глазами выискивающего кого-то в сплошном потоке выходящих учеников. И снова, сделав независимый вид, Варька прошла мимо Юры, ведь прошлый раз он ясно сказал, что ждал одну знакомую девчонку, да ее почему-то не было. Наверное, в этот раз судьба будет более благосклонна к этому пареньку.
Стоило ей только подумать об этом, как почувствовала дыхание идущего следом молчаливого высокого парня, Юры.
– Ну, что опять молчишь, – слегка повернув голову, спросила Варька.
– Не знаю сам, почему так, получается, тянет меня к тебе, ты одна только понимаешь меня, – обнадеживающе начал говорить Юрий.
От его слов у девушки учащенно забилось сердечко в груди, но дальше разговор пошел совсем по другому сценарию:
– А когда подойду к тебе, вроде и начать разговор не о чем. Ведь я не думаю, что мне вместе с тобой придется весь век куковать. Для этого у меня есть моя знакомая Нинка. Только, строптивая она у меня, чуть что, сразу: «Пошел вон, уголовник!». А какой же я уголовник? Так, зря отсидел, хоть и доброе дело сделал.
Так вот оно в чем дело! Настроение Варьки сразу испортилось. Она решилась поставить все на свои места:
– Знаешь что, Юра. Я не хочу, чтобы твоя подруга стала ревновать тебя ко мне. Не ходи, пожалуйста, за мной, даже до остановки.
– Да я, ведь, за тебя боюсь. Мне от тебя ничего не нужно. Просто, ты человек хороший, не дай бог, обидит кто-нибудь. Да и не каждый день такое бывает, чтобы мне приходилось тебя до остановки провожать. А ты что, обиделась на меня?
– Да нет! За что мне на тебя обижаться. Но и провожать не стоит. Людей много ездит еще в это время. Да и парень у меня есть, – соврала Варька. – Если нужно будет, он сам встречать меня станет.
– Посмотреть бы на твоего парня, на что он способен. Разве можно одну оставлять тебя, да еще почти в полночь. Такую красивую и хрупкую девушку может каждый дурак обидеть, – продолжал возмущаться Юра.
Подошедший автобус услужливо открыл двери, девушка запрыгнула в салон, села у окна, и тотчас ярко освещенная рука появилась на темно-синем фоне стекла. Варька улыбнулась, махнула рукой. Находясь в пути, она не привыкла дремать, это свободное время она использовала для составления планов на завтрашний день. Двигаясь по плотине, автобус, за рулем которого сидел молодой шофер, реагировал на каждую выемку на дороге. Внутри металлического салона, вместе со стеклами, казалось, вибрировал весь воздух, закладывая уши. У пассажиров создавалось впечатление, что они вот-вот должны оторваться от земли и взлететь, находясь внутри лайнера после продолжительного разбега по бетонной взлетно-посадочной полосе. В такой обстановке думать и составлять планы вовсе не получалось, да и не хотелось. Хотелось быстрее оказаться на правой стороне реки возле своего дома. Варька на время даже забыла о существовании Юры, в общем-то, неплохого парня, по чьей-то воле несправедливо отсидевшего срок в тюрьме.
Наконец-то, ад в салоне прекратился, автобус распахнул свои двери, и Варька, выскочив на улицу, с большим наслаждением вдохнула в себя свежий поток прохладного осеннего воздуха. До зимы оставались сущие пустяки времени, холодало. Дома все спали, пришлось быстро попить чайку из чайника, стоящего на шестке хорошо протопленной печки и нырнуть под одеяло, где тихо посапывая, крепко спала ее младшая сестренка. Места мало, приходилось делиться постелью.
Шло время, Варька продолжала работать и учиться. Юра, на протяжении всей зимы, изредка провожал ее до автобусной остановки, предварительно отметившись перед ней в школьном окошке. По пути, Юра успевал сообщить Варьке все новости, происшедшие за последнее время у них с Нинкой. Простодушный паренек говорил буквально обо всех деталях их совместной жизни, порой, касаясь некоторых вопросов интимной жизни, чем приводил в крайнее смущение девушку, еще никогда даже не дружившую с мальчишкой. Она останавливала его, прикрывая ему рот рукой в шерстяной вязаной варежке. Он недоуменно смотрел на нее, затем осознавал свою ошибку и нескладно извинялся.
– Прости, прости! Не с кем мне больше поделиться, никто не понимает меня, а, может, не хочет понять, – возбужденно говорил он. – Ты одна переживаешь за меня, я это чувствую. Оттого и тянет меня к тебе, чтобы с души камень снять. Поговорю с тобой – легче на душе становиться. Забываюсь, начинаю все подробности говорить, а ты, ведь, по сути-то своей, совсем еще девчонка, притом, маленькая. Прости, думать буду, прежде чем сказать тебе что-то.
Продолжая встречаться с Варькой и провожать ее до остановки, он при следующей же встрече вновь забывался и начинал выдавать все свои семейные секреты, делясь с ней, как с самым закадычным другом. И снова она останавливала его, а он снова извинялся.
Ближе к весне Варька познакомилась с одним человеком, который постоянно оказывался в этом же ее автобусе в это позднее время. Когда она выпрыгивала на своей остановке, он оставался в автобусе и уезжал куда-то дальше. А тут, накануне 8 Марта, когда она сидела у окна автобуса, зажимая в руке три прекрасных цветка, только что полученных от ее знакомого Юры, и счастливо улыбалась, к ней на соседнее сиденье, попросив разрешения, присел этот самый человек. Варька смотрела в окно, где мимо стекол проносились темными пятнами кусты и деревья, и не замечала его, этого человека. Она была счастлива оттого, что сегодня ей, впервые в жизни, молодой человек подарил прекрасные цветы, поздравив Варьку с праздником. Да! Она была счастлива!
Человек, подсевший к ней, нервно поглядывая на цветы в руках девушки, достал из большого портфеля, стоящего у его ног, большой букет таких же тюльпанов и притронулся к ее плечу. Она повернула голову, на ее лице блуждала улыбка, глаза светились от небывалого счастья. Варька долго не могла сообразить, что хочет этот человек с цветами в руках.
– Мы совсем не знакомы, но учимся в одной школе и работаем на одном заводе, – заговорил он негромко, и Варька стала приходить в себя, осознавая, что происходит. – Я часто вас там вижу, когда захожу в ваш цех по делу, а то, и просто без дела, чтобы посмотреть на вас. Но вы меня словно не замечаете. Жаль, что не нашлось человека, который бы познакомил нас.
Варька, напряженно вслушивалась в слова и молчала, а незнакомец с цветами продолжал:
– Я решил сегодня познакомиться с вами самостоятельно, без чьей-то помощи. Меня зовут Алексеем, а вот эти цветы для вас.
Алексей протянул букет девушке, она растерялась и, качая головой, быстро заговорила:
– Нет, нет! У меня уже есть цветы. Меня уже поздравили.
– Я тоже хочу вас поздравить! Не отказывайтесь от цветов! Или вы решили обидеть меня?
– Нет, я не хочу вас обидеть!