По пути заехали в магазин, купили морковки для угощения. В зоопарках и питомниках кормить животных запрещают, но не ехать же с пустыми руками в гости. Зубр – он для каждого белоруса как близкий родственник!
Выскочили на трассу и погнали. Времени мало, зимой темнеет рано, и на последнюю экскурсию нужно успеть, не опоздать. Дорога нормальная, снега нет, поэтому приехали вовремя.
Зима – не сезон для туристических групп. Это летом в заповеднике толпы школьников и просто москвичей. А в декабре и холодно, и лень ехать. В группе набирается всего человек десять. Ждём экскурсовода, осматриваем офис и листаем книжки, изданные «отделом экологического просвещения». Всё солидно и на высоком научном уровне. Меня особенно заинтересовала публикация про дубы-долгожители. Оказывается, в благоприятных условиях дубы живут до тысячи лет! Показываю брошюрку Яне.
– Хорошо быть дубом! В благоприятных условиях, – смеётся моя белорусочка.
– Для дубов любые условия – благоприятные!
Экскурсовод – миловидная женщина. Группа выдвигается в сторону вольеров. Я тащу рюкзак, фотоаппарат. Озабоченно поглядываю на небо, хочется получить красивые фоточки, и нужно успеть до сумерек. Но пока всё нормально.
Зубры сразу не попадаются. Сначала мы встречаемся с кучкой бизонов. Рядом стоит информационный щит, наглядно демонстрирующий масштаб бизона к зубру. Да уж, мелковаты «американцы», мелковаты. Размером примерно с корову.
Нас предупреждают, что гладить животных можно, но руки совать за ограду нежелательно. Зубр мордой слегка двинет и придавит. Кормить не разрешается.
– Зря, что ли, морковку взяли, – шепчу Яне, – всё равно угостим, незаметно.
– Ага! – родное существо как не приголубить.
А вот и зубр. К ограде вольера выходит взрослый бык. Здоровенный! Вот это сразу видно – реликт! Это с таким в «Камо грядеши» богатырь Урс на арене сражался?
Яна счастливо улыбается. Я улыбаюсь ещё шире – сюрприз удался! Зубр подходит вплотную к ограде и тянет морду. Ага, нельзя кормить. Сразу видно – животина прикормленная! Требует угощения.
Фотографирую радостного Янёнка на фоне быка. Когда группа отходит к следующему вольеру, тайком протягиваем зубру морковку. Тот аккуратно берёт и довольный хрумкает, солидно пошевеливая бородой.
– Ну и шуба у него! Шерсть можно стричь для промышленности, – замечаю я вслух.
– Так он же на снегу спит! – защищает «родственника» Яна.
– Ну да. А у бизонов не такая густая. Интересно, они не мёрзнут в России?
Мы уже и сами начинаем подмерзать. Потихоньку начинает смеркаться. Догоняем группу и слушаем рассказ экскурсовода.
– Зубровый питомник открыт в 1948 году. Он создан для охраны и разведения зубров, здесь проводятся научные исследования, готовятся специалисты для других пунктов разведения. Первые зубры были завезены из Польши. Питомник рассчитан на 50–60 особей, но сейчас в нём только 25. И пять бизонов.
– Ого! Массовая программа! А в сельском хозяйстве зубров не планируют использовать?
– Нет, – улыбается наш гид.
– Жаль. Столько ценного меха!
Новые зубры не выходят к нам, прячутся в глубине вольера. Зима, холодно. А летом, помню, ходили стадом, и телят было много. Они самые любопытные и попрошаи-стые. Но Яна довольна. Зубриная экскурсия ей понравилась. Да что там понравилась. Полный восторг!
Возвращаемся на базу, нас ведут в небольшое здание музея-заповедника. Там уже не так интересно, как в питомнике. Чучела всяких белок-птиц. Ни тебе тигров, ни носорогов. Вежливо слушаем рассказы о видах местных пернатых и хвостатых. Но нам быстро надоедает, и мы топаем к машине.
Обратно на трассу – и в Москву. Стемнело, хочется в тёплую берлогу и поужинать.
Только не морковкой!
8. Сопереживание. Италия
«Ой, Вань, гляди, какие клоуны!»
Владимир Высоцкий
Одному радоваться жизни неинтересно. Высшая ценность – поделиться впечатлениями с близкими и друзьями. И чем ближе человек, тем приятней рассказывать о своих переживаниях. В итоге, содрогаясь от нахлынувшего альтруизма, отдаёшь близким всего себя. Ничуть не жалко! Приятно даже.
Самые альтруистичные делятся со всем миром. Если пробежаться по глянцевому инстаграму, складывается впечатление, что экзальтированное человечество бьётся в затяжном припадке счастливого бытия.
Но по-настоящему счастливых людей на самом деле не видно и не слышно. Они наслаждаются тет-а-тет.
Новые впечатления радуют нас на любой прогулке, даже в парке недалеко от дома. А если поехать в путешествие, то просто захлёбываешься от потока событий!
Совместные странствия – это ещё и способ получше узнать друг друга. В дороге возникают нестандартные ситуации, и в них можно увидеть человека с новой, неизвестной тебе стороны. И вообще – совместная деятельность сближает!
Мы с Яной в Италии. Только нас двое – и никакой житейской суеты. Райские, безмятежные деньки. Кажется, вся жизнь такой и будет. Пусть эта фантазия короткая, не длиннее одной недели. Зато такие недели иногда повторялись!
Италия открывается столицей. Интересно всё – от закоулков до громад знаменитых церквей и Ватикана. Продавец детских радостей держит гроздь шариков со свинкой Пеппой и нашей Машей с Медведем. Апартаменты с отдельно стоящей башней лифта, проход от лифта до подъезда – по узкому мосточку на головокружительной высоте. Рыцарь и его дама совершают шествие в крепость!
Скоростной поезд до Флоренции. Бургеры в хипстерской кафешке, чудесная панна-котта в традиционном заведении. В соборе месса, послушали орган. Поднялись на колокольню, я обрадовался надписи «Привет из Хабаровска-2014». Сходили к Понте-Веккьо, около моста – отличный магазин перчаток!
По пути обязательно потереть пятачок кабанчику – на счастье.
Электричкой до Пизы. Толпы негров предлагают туристам селфи-палки, только что вошедшие в моду. И зонтики – погода пасмурная. На верхней площадке башни стучу по стенке колокола ключом, выбиваю звон. Яна хватает меня за руки, боится, что плохих туристов сбрасывают вниз, повторяя опыты Галилея по падению тел.
Обедаем в секретном заведении неподалёку, про которое туристы не знают. Задумчиво пялимся на итальянца в джинсах, обтягивающих здоровенные ягодицы. Гадаем – силикон или сам накачал? «Руки-базуки» тогда ещё не порвал русский инстаграм, поэтому версия с силиконом отметается.
* * *
Из Флоренции самолётом до Сицилии. В самолёте задумчиво рассматриваю надпись «poltrona». Понятно, что кресло. Но почему – не целый трон? Или это сокращение?
В аэропорту арендуем авто и отправляемся в Шакку, городок на южном побережье. Девушку из прокатной конторы очень хочется взять с собой, ну такая улыбчивая!
Сицилианские дороги жутко раздолбаны, неожиданно упираемся в перекрытый мост. Долго блуждаем в поисках объезда.
Как нам пояснили позднее, мосты регулярно закрывают «на профилактический ремонт», деньги расхищают, мост продолжает стоять, местные авторитеты немного богатеют. Жители привыкли.
Приехали на виллу, ждём хозяйку с ключами. Не сезон, поэтому окрестности пустынны и аренда апартаментов в большом доме – хороший вариант. Здесь близко к пляжу и до города недалеко. Но одним как-то не очень уютно, мало ли что!
Из соседнего дома появляется пожилая пара с пиццей в руках. Угостили нас, пояснили, что эта пицца – местный специалитет. Хочется стрескать всю, но сдерживаюсь. Разговариваем, выясняется, что соседи тут практически родственники. В беседе скоротали время, пока нам не привезли ключи.
На следующий день обедаем в ресторане, в центре Шакки. В пустом зале мы и щеголевато одетый итальянец лет сорока. Хозяин заведения стоит рядом с посетителем, вдумчиво и неторопливо беседует, периодически подливая ему вина. В ожидании заказа осматриваем интерьер. Натыкаюсь на прайс-лист борделя, 1927 года, висит в скромной рамочке. Один разик – полторы лиры, четверть часа – 3 лиры, полчаса – 5 лир, час – 7 лир. А вот расценки 1937 года, правда, заведение другое, добавлено предложение на полдня – за 20 лир. Ещё в витрине бутылки вина. На этикетках – голые девушки, Муссолини, папа римский. На любой вкус!
Обслуживают медленно, мы всё ждём и ждём. Вдруг меня осеняет:
– Яна! – шепчу на ухо. – Это же мафиозо! Настоящий!
– Нет, Вова, почему?