– Нет.
– И на что вы рассчитываете тогда? – изумилась та. – Даже мы Малюту боимся. А уж вам и вовсе ловить нечего. Она терпеть не может пришлых.
– Малюту? Пришлых? – не поняли Агата с Верой.
– Ну да. Малюта – это Малютина Зинаида Осиповна. Она у нас завкафедрой литературы. Зверь просто, а не училка. Зато наши все после её муштры элементарно литературу в вузы сдают безо всяких репетиторов. А пришлые – это те, кто со стороны поступает. Мы-то свои. Она нас всех знает, понимает, кто на что способен. Экзамены в нашем случае – это так, формальность. Чтобы не расслаблялись. А вот вам я не завидую. От неё не знаешь, чего ожидать. В прошлом году на экзамене она у всех спрашивала, на каком инструменте играет в «Горе от ума» Молчалин… Ты вот знаешь?
– На флейте, – вспомнила Агата.
– Ну ты даёшь! – восхитилась девушка. – Тогда, может, и сдашь. Хотя вдруг повезёт ещё, и ты не к ней попадёшь…
В этот момент дверь ближайшего кабинета распахнулась, и молодая женщина позвала:
– Князева!
– Спасибо за предупреждение, – кивнула Агата их с Верой собеседнице и шагнула к кабинету.
– О! Ну всё! – шепнула ей в ухо высокая девушка. – Не повезло. Ты прямо к тигру в пасть. В этом кабинете сама Малюта экзамен и принимает. Ты это… не очень расстраивайся. Дело не в тебе, а в ней. Это не ты тупая, а она зверюга…
Последние слова Агата услышала, уже подходя к кабинету и чувствуя локтем подбадривающее пожатие верной подруги. Страшно было так, что даже сердце замирало и хотелось убежать. Но Агата была твёрдо убеждена, что лучше жалеть о сделанном, шагнула в дверной проём и внешне спокойно сказала:
– Здравствуйте!
Малюта оказалась маленькой глазастой женщиной со смешной растрёпанной шевелюрой. Времени на подготовку она Агате почти не дала:
– Идите сюда. Если вы что-то знаете, то я это и безо всякой подготовки пойму. А если не знаете – вам никакая подготовка не поможет.
Агата на секунду замерла, но тут же встала и на трясущихся ногах пошла к столу экзаменаторов, стараясь выглядеть как можно более спокойной и уверенной в себе. Всё происходившее потом она впоследствии вспоминала с трудом. Помнила только, как Малюта засыпала её таким количеством вопросов по тексту «Евгения Онегина», что Агата, которая роман в стихах прочла аж два раза, могла думать только о том, что и как ответить.
Спрашивали её долго. Вторая учительница уже пару раз шептала Малюте:
– Может быть, всё, Зинаида Осиповна? Ведь хороший полный ответ…
Но та лишь отмахивалась и продолжала задавать вопросы. Постепенно неодобрение во взгляде, с которым она встретила Агату, стало уступать место чему-то другому. Неужели симпатии?
– А расскажите-ка мне про Ленского, – уже гораздо теплее велела экзаменаторша.
Агата начала было отвечать, но Малюта остановила её уточнением:
– Чем вы можете объяснить выбор причёски, которую он носит? Почему у него локоны до плеч?
Ну вот и всё. И как ответить на этот вопрос? Агата почувствовала, что глаза у неё наполняются слезами. За полчаса перед Малютой она успела устать так, как не уставала за весь учебный день. И получается, что всё зря? И даже самой смешно: срезалась на причёске Ленского. Словно она парикмахер… Агата нервно сглотнула слёзы и сказала:
– Ленский романтик, он любит Шиллера, а у того именно такая причёска…
– Вы видели портреты Шиллера? – вскинула тонкие чёрные брови Малюта.
– Видела. Я много читаю и люблю классическую музыку.
– Умница, – вдруг совершенно человеческим голосом сказала ей экзаменатор. – Что ты плачешь? Ты просто умница, девочка. Иди. Девять баллов.
– Простите, что? – не поняла Агата.
– Я ставлю тебе за экзамен девять баллов, – сунула ей в руки какую-то сложенную вдвое зеленоватую бумажку Малюта.
– Спасибо. До свидания, – пролепетала Агата, так и не поняв, хорошо девять баллов или плохо.
Когда она, еле живая, выпала из кабинета в коридор, знакомая высокая девушка сразу же подскочила к ней:
– Ну? Что? Совсем замучила? Что поставила?
– Девять.
– Девять баллов?! – Глаза девушки стали такими круглыми, что Агата невольно улыбнулась. А та оглянулась и сообщила остальным:
– Ребят, ей Малюта «девятку» поставила.
– Не может быть!
– Покажи экзаменационный лист!
Агата протянула собравшимся вокруг неё девушкам и парням бумажку, которую ей сунула в руки Малюта.
– И правда… «Девятка»…
– И подпись Малютина…
– Ну ты даёшь!
– Как тебе это удалось?
– Она пришлым больше «пятаков» или «шестёрок» в жизни не ставила!
– Да она и своим-то максимум на «восьмёрки» расщедривается… Да и то, совсем уж «ботанам»…
– Слушай, тебя как хоть зовут?
– Агата.
– Агат, считай, ты уже поступила к нам. Тебе история и русский семечками после Малюты покажутся…
Пока оглушённую, растерянную Агату теребили и расспрашивали, из кабинета вышла бледно-зелёная Вера. Малюта поставила ей шесть баллов, лишив надежды на поступление.
– Ну что, дочунь, дальше пойдёшь? – спросила мама, которая вместе с тётей Диной ждала девочек в классе, который выделили взволнованным родителям.
– Пойду, – кивнула Агата, – хочу попробовать сдать всё. Но учиться здесь без Веруни я не хочу.
Она думала, что мама будет недовольна и начнёт уговаривать. Но та лишь кивнула: