– Очень мило с вашей стороны, – сказал Граф. – Какому счастливому стечению обстоятельств я обязан?
– Я зашел в участок, когда поступил ваш сигнал бедствия, – ответил Пикар, усаживаясь и принимая стакан из матового стекла. – Редкий случай, не правда ли? Наступают на пятки?
– Что вы имеете в виду, черт побери? У меня на всем свете нет врагов.
– Это все нервы. Взломщик вам привиделся. То, что вы слышали, было лишь порывом ветра из окна, которое вы по невнимательности оставили открытым. Он сдул бумаги с вашего письменного стола.
– Где же этот ветер? – пожал плечами Граф, обмахиваясь газетой.
– Давайте выкладывайте все начистоту. Не могли же вы вызвать нас в такую ночь просто так.
– Мне, как налогоплательщику, положена защита от кантона.
– Полиция обязана защищать тех налогоплательщиков, которые закрывают окна первого этажа. Рад, что вашей жены нет в городе.
Полицейские из патрульной машины сидели, держа бокалы в правой руке, а сигареты в левой, и с недоумением поглядывали то на Графа, то на Пикара. Они испытывали благоговейный страх из-за той фамильярности, с которой общались их начальник и этот господин.
– Это все последствия войны. Никто не полезет в фасадное окно, когда на улице полно полиции, – укоризненно заметил Граф.
– Сейчас мы можем свалить на войну множество вооруженных грабежей, – ответил Пикар. – Только что подобное произошло в западной части города. Я слышал краем уха, что приятной молодой женщине, ассистенту зубного врача, раскроили череп на пороге дома, где она жила. А убийца оказался таким джентльменом, что даже позвонил в дверь.
– Не может быть! – уставился на него Граф.
– Полицейский врач, быстро добравшийся до места преступления, смог установить, что смерть наступила за полчаса до его прихода. Конечно, звонил не убийца, я шучу. Скорее, какой-нибудь прохожий, заметивший открытую дверь. Заметил, а свидетельские показания давать не захотел. Вот как вы – граждане – поступаете, никакого чувства ответственности.
– Вряд ли прохожий рассказал бы вам больше, чем вы узнали, – возразил Граф.
Он удивился, как все точно рассчитал убийца, и запоздало подумал, что мог бы тоже лежать на ступеньках дома с меблированными комнатами. Он чуть-чуть опоздал к кровавой раздаче.
Пикар встал, полицейские поднялись вслед за ним.
– Полагаю, вы не настаиваете, чтобы мы провели обмеры места преступления и прочих помещений, – поинтересовался тот, что первым зашел в библиотеку.
– Обмеры? Это наводит на меня тоску.
– На нас тоже, однако, мы должны выполнять эту рутинную работу.
Граф, заверив блюстителей порядка, что этого точно не требуется, и поблагодарив за оперативность, проводил всех троих до входной двери.
Оказавшись на улице, полицейский помоложе, будучи в приподнятом настроении от выпитой водки и желая войти в доверие к старшему по званию, неуклюже заметил, что этот Граф подозрительно нервный тип. Пикар остановился и сурово взглянул на младшего по званию.
– Кто?
– Ну, этот Граф. Вы же сами сказали, когда подшучивали над ним.
– Верно, подшучивал. Но запомни, этот господин вызвал вас, – веско произнес Пикар, – только потому, что убийца стоял между ним и входной дверью. Если бы не его маленький лифт, он был бы уже мертв.
В этот же момент Граф обдумывал другую версию, объясняющую успешность его бегства от взломщика. Он изучил карты и расписания и теперь стоял в гостиной рядом с телефоном, глядя на кота. Подняв к нему мордочку, Мартин жалобно мяукал, словно хотел сказать:
– Пожалей меня, я такой маленький.
– Ты такой трогательный, крохотный котенок, не так ли? – обратился к нему Граф. – А где же ты болтался, позволь тебя спросить, когда вошел бандит? Небось завел с ним дружбу, терся о его ноги? Не потому ли он не сумел быстро выбраться из кабинета и подкараулить меня, когда я проходил мимо?
Мартин растянулся на полу.
– Ну да, ты ему помешал, – размышлял Граф, – а если бы он прогнал тебя, то наделал бы достаточно шума. Но он не хотел, чтобы я услышал, и бежал в темноте. Неужели ты спас мне жизнь, мой маленький?
Мартин вытянул вперед мощную лапу и вцепился в манжету брюк хозяина. Граф стряхнул его, помотав ногой, и снял телефонную трубку. Господин Роберт Шваб ответил спустя довольно длительное время, и его сонный голос звучал сердито.
– Да. Кто это?
– Граф.
– Черт побери, зачем вы меня разбудили?
– Сейчас всего половина первого.
– Я лег пораньше, чтобы забыть о жаре.
Граф стал убеждать друга и коллегу, что существует лучший способ забыть о жаре, но в ответ услышал лишь возмущенный вопль:
– Черта с два я пойду на это!
– Шваб, я не просил бы вас, но положение безвыходное.
– Почему бы тебе не съездить в Шпиц самому?
– Мне нужно побыть несколько дней в Берне. В любом случае последний поезд в Тун уже ушел – в 21:01. Я только что посмотрел расписание.
– Даже не подумаю мотаться по стране по вашим делам.
– А разве убийство не является делом тайной полиции?
– Только в том случае, если ты сможешь доказать его связь с безопасностью кантона.
– Разумеется.
– Кого убили?
– Мою клиентку. Я сам едва остался жив. Мне пришлось вызвать полицию, – попытался разжалобить собеседника Граф. – Пришел сам Пикар.
– Слава богу, что госпожи Граф нет в городе.
– Пикар сказал то же самое.
– А что, собственно, произошло?
– Этот негодяй инсценировал убийство моей клиентки, как разбойное нападение с целью грабежа, а затем, думая, что я не знаю об этом, явился, намереваясь устранить и меня. Полагаю, с пистолетом. Вряд ли он рискнул бы раскроить мне череп. Обнаружив открытое окно в моем кабинете, он забрался внутрь и понял, что меня еще нет дома. Устроил засаду, а когда я вернулся, то – представь себе – ему помешал Мартин! Как бы то ни было, я услышал шум, успел вскочить в лифт и запереться в библиотеке. А потом я сделал вид, что вызываю полицию. Злоумышленник, услышав мои крики, сбежал.