– Все ушли ещё утром, а тебя с Гоблей решили не будить.
– Да? Ясно…
Не нужно быть провидцем, чтобы понять, что мне ещё не доверяют. Хотя глупо было бы рассчитывать на другое отношение – они вместе долгие месяцы, я же лишь новичок, слова которого ещё надо проверить. Вдруг всё сказанное вчера было лишь пьяной бравадой? И если это именно так, то такому брехуну вряд ли доверят защищать собственную спину.
– Утром, значит. – Я допил чай и поставил кружку на стол. – Для меня утро начиналось тогда, когда проснусь, а ночь, когда лягу спать. Давно уже сбился с правильного ритма, так что немудрено было и проспать.
– Да, в подземельях сложно уследить за сменой дня и ночи, – согласился Камбис. – Раньше было проще, все кристасветы были настроены на отслеживание смены суток, да ещё и механизм время отбивал, также как и завтрак, обед и ужин. Потом всё спуталось, конечно, но во всём этом завале, – он махнул чашей в сторону уходящих ввысь ящиков, – нашлись песочные часы, по ним-то мы и выстроили себе единый график.
– Находчиво. Вы вообще молодцы, хорошо здесь обустроились.
– О, у нас на это было много времени, – усмехнулся он. – Пока изолировали весь зал, сделали непроходимой вентиляцию, построили жилые комнаты, печи, установили кристасветы, с туалетом нашли решение. В это место вложены месяцы труда.
– Кстати, насчёт туалета, – я криво улыбнулся. – Что это за вращающиеся черные горошины, которыми он наполнен?
– Какая-то волшебная субстанция, – пожал плечами руководитель выживших. – По словам Никса, в дыру с ней выбрасывали разные отходы, брак, в общем, всё лишнее. А эти горошины всё перемалывали подчистую, растворяли и поглощали. Так что рукой их лучше не трогать.
Услышав это, я воодушевился и уточнил:
– Прямо всё растворяют?
Камбис покачал головой.
– Понимаю, о чем ты. Мы тоже думали использовать субстанцию для взлома ворот наружу, но, увы, её ничем не подцепишь, всё разлагается. А подкоп делать рискованно – мы элементарно не знаем, какой именно объём и форму она там заполняет. Так что, этот вариант остаётся на самый крайний случай.
– Понятно…
Ну что ж, спросить стоило.
Кстати, а ведь есть ещё один вопрос, который я хотел обсудить с ним.
– Камбис, заранее прошу прощения за бестактный вопрос, но ты ведь не Посланник, верно?
Вместо ответа он закатал рукав и показал мне татуировку, опоясывающую всю левую руку – замысловатый рисунок переливался зелёным светом и создавалось впечатление, будто это туман ползёт по лабиринту пересекающихся линий.
– Ты прав, я местный силпат.
Я был поражен увиденным.
– А что, дриар может быть и в форме тату?
– Я тризарец, мой народ издревле владел знаниями о том, что сейчас называют “символогией”. Мы умеем заключать плетения под собственную кожу, и очень редко кто-то может превзойти нас в этом искусстве. – Он опустил рукав.
– Да уж, каждый день узнаю о Древнире что-то новое. А сны тебе снятся? – вдруг спросил я и Камбис нахмурился.
– Ты про видения, которые видите вы, Посланники, когда спите? Нет, меня они не посещают.
Я задумчиво кивнул.
– Спасибо за ответ.
Вот и подтверждение моей давней теории – сновидения видят только Посланники, но никак не местные, населяющие Древнир. Почему так? С чем-то же это должно быть связано? Хотя, если честно, я не понимаю, чем мне может пригодиться эта информация – какой смысл определять, местный передо мной силпат или порождённый Колыбелью? Если только…
Я склонил голову.
Если только сновидения Посланников на самом деле не являются осколками их воспоминаний. Что, если большинство из нас “пришло” в Древнир из одного и того же мира? Если это так, то это шанс узнать о том, что же там произошло…
Ворота заскрипели и начали открываться. Мы синхронно повернули к ним головы и увидели входящую в зал группу во главе с Беарой. Все выглядели измученно и подавленно, а девушка так ещё и зло. Но когда я рассмотрел, что многие из них ранены, а одного бойца они вообще тащат под руки, у меня всё похолодело. Неужели на первом этаже вновь властвует орда? Если это так, моя и так ещё нулевая репутация среди выживших будет растоптана без возможности восстановления.
Нахмурившийся Камбис бросил на меня косой взгляд, поставил чашу и направился к пришедшим, которые устало садились прямо на пол. Я пошел следом за ним. К раненным подбежали до этого сидевшие за столом мужики, а выскочившая из бокового коридора девочка-подросток остановилась, а затем бросилась обратно.
Мы подошли к Беаре, стоящей рядом с привалившимся к стене молодым магом Вирхемом.
– Что произошло? – спросил у неё Камбис.
Я внутренне сжался в ожидании ответа.
Девушка окинула нас хмурым взглядом.
– Да ничего хорошего, как видишь. Мы без проблем добрались до первого этажа, а вот на обратном пути попали в засаду каких-то бешеных тварей, м-мать его! Едва выкарабкались.
– У меня закончились пустары, – виновато опустил голову Вирхем. – Не хватило на исцеление всех.
– А ну, не наговаривай! – прикрикнула Беара и хлопнула его по плечу. – Если бы не ты, малёк, мы бы трупы принесли, а не раненых. Так что ты молодец, выложился по полной.
– А что на первом этаже? – продолжал напряженно допытывать Камбис.
Она исподлобья посмотрела сначала на него, а потом на меня.
– Там всё чисто, орды точно нет. Мы даже нашли столовую, в которой произошло побоище, так там до сих пор такой духан стоит, что мама не горюй.
У меня вырвался вздох облегчения.
– А вот с выходом наружу не всё так гладко, – уже тише закончила девушка и перевела мрачный взгляд на раненых.
– В каком смысле?
За неё ответил подошедший Сиэрд.
– В смысле там ворота намного лучше, чем наши, – он кивнул на двери в зал. – Силой тоже не выломаешь, даже если Змей в них круглосуточно долбиться будет. Магией не возьмёшь, кислотой аналогично. Все стены защищены рунирными плетениями прочности, так что подкоп исключен. Также проверили вентиляцию, но и там тоже самое.
Некоторое время все молчали, опустив глаза в пол и предавшись невеселым размышлениям. Я всеобщего пессимизма не разделял, ведь изначально планировал добраться до пятого этажа и выполнить условия задания волшебника. Но остальным это известие далось тяжело – надежда выбраться отсюда отдалилась для них на неопределённый срок.
К раненым подбежала девочка-подросток в сопровождении женщины, которую я видел вчера за столом, но чьего имени не расслышал за всеобщим гомоном. Она разложила перед собой объёмную сумку, из которой доставала бинты, настойки, железные шприцы с ампулами и нитки с иголками. Радует, что у них здесь есть лекарь, который не зависит от пустарной силы.
– На самом деле, – начал говорить я и все обернулись ко мне, – если отбросить в сторону провал со взломом ворот, то всё сложилось на редкость удачно. Подумайте сами – ведь лучше, что всё выяснилось сейчас, чем если бы вы узнали обо всём после использования яда.
– Саргон прав, – согласился Камбис. – Теперь у нас остаётся лишь один вариант выбраться отсюда – это добраться до Зала Преобразования на пятом этаже и уничтожить того, кто там засел. Сиэрд, как обстоят дела с ядом?