– Комбо-о!!! – весело закричал кто-то и на меня обрушился гомон, свист, аплодисменты и улюлюканье наблюдающих за поединком людей.
– Шманилка снова побить Самагошку! – хохоча, надрывался Гобля, а клыкастые братья-близнецы Дуран и Далбал активно его поддерживали. – Самагошка лапу-у-ух!
Кисло улыбнувшись, я выпрямился и посмотрел на своего соперника – а если быть более точным, на соперницу: худощавая русоволосая девочка со светлыми глазами и вздорным носиком, у которой едва начала расти грудь.
Какой позор – быть побеждённым подростком, да ещё и девчонкой! А ведь она даже не силпат!
– Молодчина, Шанни! – Беара обняла одной рукой девушку за шею, прижала к себе и потрепала по голове. – Победила взрослого мужика тридцать девять раз! Далеко пойдёшь, красотка, не зря тебя муштровала.
– Думаю, ей нужно преподать ещё парочку уроков, – с милой улыбкой заметила Хоули, – чтобы, когда подрастёт, мужиков ещё в одном деле разить наповал. Вот тогда она будет вдвойне бесподобна. Если хочешь, Шанни, могу рассказать тебе некоторые профессиональные секреты.
Воительница покосилась на кицею, а потом на покрасневшего подростка, и усмехнулась.
– Ну, на самом деле лисучка права, – вдруг ко всеобщему удивлению согласилась она. – Я в этом деле прямая, как штык, так что все эти женские штучки не ко мне.
– Мне тоже, значит, это не надо! – торопливо заговорила Шанни. – Хочу быть похожей на тебя!
– А вот и неп-равильно, – Беара зажала пальцами нос девочки и покрутила. – Ты должна быть не похожей на меня, а быть лучше, намного лучше меня! Так что всё, прямо сейчас топай учиться у лисучки. Возражения не принимаются!
Шанни с надеждой посмотрела на меня:
– Дядь Саргон, а может, ещё по раунду, а?
Я вяло покачал головой:
– Не, Шаня, мы и так с тобой пятьдесят боёв отпахали, надо и передохнуть. И ты молодец, отлично сражаешься.
Я показал ей большой палец вверх и она радостно улыбнулась. А потом её увела Хоули, что-то нашептывая ей на ухо и помахивая хвостом в предвкушении предстоящего образовательного процесса. Хорошая девчушка, за которой благодаря Тыждаку закрепилось прозвище “Шманилка”, или иначе “Шманя”. Она действительно во всём старалась быть похожей на Беару, найдя в той образец для подражания. Даже свои волосы укоротила по плечи, не говоря уж о тренировках с кинжалами. И воительница всячески поддерживала её начинания, фактически став ей старшей сестрой.
– Так, а теперь ты! – Беара подошла и смерила меня оценивающим взглядом.
Вот чёрт, и до меня добралась…
– Шутка ль в деле, выиграть у девчонки всего одиннадцать раз! Ответь – ты силпат или его жалкое подобие? Да как ты вообще с такими-то навыками умудрился в “Пламенной битве” победить, ума не приложу!
– Тогда я был вооружен своим профильным оружием, а не двумя кинжалами. – Я продемонстрировал ей тяжелые тренировочные болванки, которые всё ещё держал в руках. – К тому же, ты тренировала Шаню в течение нескольких месяцев, а от меня после первых же боёв на незнакомом мне оружии сразу требуешь идеального результата? Это глупо.
– Да причем здесь кинжалы – дело в реакции! Ты видишь движения противника, но не успеваешь на них среагировать! Тебе катастрофически не хватает ловкости! Да повстречай ты хоть одного достаточно ловкого противника, а не безмозглого монстра, и всё, ты труп!
– Этого “достаточно ловкого” я встречу с мечом наголо, со щитом и в толстой броне, – раздраженно огрызнулся я, садясь на стул.
Беара закатила глаза.
– Да пойми же наконец, что без развития атрибута “Ловкость” ты будешь увальнем и очень посредственным бойцом.
Вздохнув, я вынужден был признать её правоту.
– Да знаю я всё. Просто ещё не было возможности прокачать её как следует. Мне как-то всё больше Силы да Выносливости не хватало, ну и Силы Духа. Сейчас с ними всё нормально, так что обещаю взяться за Ловкость.
– Ты забываешь, что ты не только силпат, но и человек. Ловкость можно поднять на должный уровень вполне общепринятыми способами – через тренировки. А уж потом закрепить всё очками атрибутов.
– Она дело говорит, – поддакнул покачивающийся на стуле Леос и я бросил на него хмурый взгляд.
– Ну хорошо, это я понял. Что-то ещё?
– Да, – кивнула Беара. – Твоя левая рука.
– А что с ней не так? – сдвинув брови, я опустил глаза на предмет разговора.
– Ты не умеешь ей пользоваться, – пояснила воительница. – И поэтому в бою твоя слабая сторона именно левая. И Шанни этим нагло пользовалась. Не спорю, ты приноровился использовать щит и слегка выровнял дисбаланс, но если его не будет, а? Или, например, тебе отрубят к Феру правую руку? Ты что же, тогда сразу сдашься?
– К Феру? – переспросил я. – Это ещё что такое?
– Гора так на западе называется, – с готовностью ответил Леос. – К ней или на неё часто посылают. Ну, знаешь, это тут в Древнире как послать на…
– Я понял, спасибо, – я поморщился и повернулся к Беаре. – Про руку тоже всё ясно. Что ты предлагаешь?
– Тренировки, – пожала та плечами. – Как с мечом, так и с непрофильным оружием. А потом, как будут свободные униары, возьмёшь однотактовую грань “Амбидекстр”, чтобы вообще в идеале владеть и правой, и левой рукой с одинаковой скоростью и эффективностью.
Я вздохнул.
– Ну, не имею ничего против.
– Вот и хорошо. – Беара была удовлетворена ответом. – Тогда отдыхай пока, потом продолжим тебя гонять, пламенный вояка.
Я устало откинулся на спинку стула и окинул взглядом зал, где все занимались своими делами: кладовщик Никс с мужиками, лишенные зрелища избиваемого девочкой взрослого силпата, вернулись за стол рубиться в карты; Хоули в углу что-то вдохновенно рассказывала развесившей уши и распахнувшей рот Шанни; Леос со скучающим лицом качался на стуле, наблюдая за тем, как Хэдвиг затачивает свой меч; Джулия играла в манеже с сыном; близнецы с гоблинами просто пили, благо, запасов алкоголя здесь было намного больше, чем простой воды, ну а Камбис с молодым магом Вирхемом сидели и тихо обговаривали теорию развития магразийского языка и последующее разветвление в школах магии. Не было разве что Сиэрда и лекаря Саберс, которые занимались производством противоядия от собственного же яда, да ещё повара Кухда, вечно пропадающего на кухне и с неохотой её покидавшего.
За те пять дней, что я нахожусь здесь, мне удалось более-менее узнать практически всех. Хотя стоит признать, что существенную часть свободного времени времени я всё же проводил среди силпатов – что поделать, с ними у меня было гораздо больше тем для разговоров, чем с простыми людьми. Но, несмотря на это невольное разделение, мы все вместе участвовали в рейдах по зачистке подземелий, и это общее дело объединяло нас. К слову, мой персональный счёт пополнился ещё пятью убитыми тварями на сто шестьдесят три униара в общем. Так что охотиться в группе было в разы эффективнее, чем в одиночку.
Я перевёл взгляд на Беару, наливающую себе в кружку воду.
После того, как мы с ней переспали, она остаётся у меня каждую ночь. Скрывать этот факт она, в своей манере, не стала, и все были в курсе наших отношений. Хотя, я бы не сказал, что это любовь или вообще что-то серьёзное, нам просто хорошо друг с другом, особенно в плане постели. Так что никаких особенных держаний за ручку, нежных объятий и поцелуев на публику у нас не было. И это очень хорошо, ведь будь иначе, на беднягу Вирхема сталоб совсем жалко смотреть – молодой чародей влюблён в воительницу, словно котёнок, и страшно ревнует её ко мне.
От размышлений меня отвлекли открывающиеся ворота. Я было безразлично посмотрел на вошедших, но потом с удивлением понял, что не знаю их: полная женщина с каштановыми, заплетёнными в косу волосами, и беловолосый бледный воин со впавшими щеками, вооруженный двумя саблями, что сейчас покоились в ножнах на боках.
– Дора! – Камбис поднялся из-за стола и направился к пришедшим.
– Камбис! – Женщина широко улыбнулась и распахнула объятия. Они обнялись как старые, добрые друзья. – Рада тебя видеть!
– И я тебя. Жут. – Он пожал руку воину. – Но что вы здесь делаете? Не ожидал увидеть тебя лично. И вы пришли вдвоём?
– Нет, мы разошлись с моей группой на развилке – они пошли дальше, а мы уж к вам. А то, что лично, – она развела руками, – неважно себя чувствую, вот и пришла на поклон к твоему лекарю.
– Ясно, – кивнул Камбис. – Пойдёмте за стол. Мы уже ужинали, но вам что-нибудь сообразим.
– Было бы неплохо.
Заинтересованный, я встал и решил подойти к ним поближе. При более внимательном рассмотрении я заметил висевшую на боку у женщины пращу и оттягивающий пояс мешочек, тихо позвякивающий при ходьбе. Руки у неё были мозолистые, черты лица грубые, было заметно, что она страдала лёгкой одышкой. Я перевёл взгляд на её напарника – ведёт себя расслабленно, но ладоней с рукоятей сабель не убирает, а его цепкие бледно-голубые глаза медленно обводят помещение. Когда наши взгляды встретились, я внутренне поежился – я точно знал, что на меня смотрит хладнокровный убийца. Этот Жут напомнил мне маньяка Лаксуса, терроризировавшего силпатов Рэйтерфола.