– Интересно и с какой же целью? – мрачно спросил мистер Толбот, уже догадываясь о сути произошедшего.
– Из бара «Большой стакан» поступил вызов в скорую. Один из рабочих упал в обморок после нескольких кружек пива, но, как выяснилось, тем самым он спас себе жизнь. Между рабочими была готова вспыхнуть серьезная потасовка. Один из очевидцев говорит, что видел, как в бар вошли четверо крепких парней в кожанках с битами наперевес. И вошли они туда явно не для того, чтобы осушить бутылочку темного после напряженного рабочего дня. Они вели себя агрессивно по отношению к двум другим рабочим, уже сидящим в баре. Их зовут Рик и Адам. Рик и есть тот несчастный, что упал в обморок в тот самый момент, когда его хотели промять кулаками и битами. Они не рискнули избивать его в таком состоянии, благо бармен уже вызвал скорую.
– Кто-нибудь из посетителей, бармен, может подтвердить это в суде?
– Нет, они до смерти напуганы, я сам едва вытянул из них информацию.
– А этот парень, Рик. Он сейчас до сих пор без сознания?
– Не знаю, сэр. Он находится в первом клиническом центре. Но неужели вы думаете, что он сам согласится…
– Думаю, что согласится. С теми ребятками у него явно свои счеты и он будет готов сделать все, чтобы упрятать этих ублюдков за решетку, а за одно и толстяка.
– Вы про Босса?
– Ты что дурак? Откуда у простого рабочего денег на ночь с тремя шлюхами, плюс залог для трех офицеров полиции. Он что, по-твоему, зарплату на это откладывал? Нет, за всем стоит толстяк. Неужели ты не видишь, что он плюет нам в лицо! Он уже играет на нашей территории по своим правилам, устраивает здесь разборки!
– Что прикажете делать, сэр?
– Накажи своих служащих, которые не вышли на смену.
– Я уже сделал это. Я их уволил.
– Я имею ввиду другое – отправь их на исправительные работы, пусть работают насильно, если не хотят добровольно. Не хватало еще, чтобы они пополнили новые ряды рабочих «Раунда».
Мэр еще долго смотрел сквозь кристально чистое стекло в окне своего кабинета на город, а точнее на причину всех бед – завод «Раунд». Блеклое семиэтажное здание, окруженное бетонной стеной, оно бы давно затерялось среди столичных высоток, но здесь в городе, оно четко выделялось на фоне других серых обшарпанных домов. Даже отсюда он ощущал грязь и копоть, исходившие от завода. И мэр улыбался. Он наконец-то нашел ключик к уничтожению толстяка.
Мистер Толбот и не догадывался, что прямо напротив него на расстоянии нескольких километров, стоит человек и зеркально смотрит на городскую ратушу сквозь огромное грязное, покрытое сажей окно собственного кабинета. И не будь все так прозаично, если бы этим человеком не был владелец завода «Раунд» или для простоты – Босс, имевший на город собственные планы.
Его реального имени и возраста не знал никто. Казалось, что он правит заводом вечно. Когда возник сам завод, тоже было проблематично вспомнить. Старожилы говорили, что лет сорок назад, а то и пятьдесят. Удивительно, но с годами Босс совершенно не менялся: высокий и толстый с круглым и плоским, как блин лицом, в одном и том же костюме, покрытом копотью, пылью и резиновыми стружками, который он, казалось, носил всю жизнь. Примечательную деталь составляли маленькие круглые очки, которые постоянно запотевали в разогретом до сорока градусов заводском цеху, но, несмотря на это, Босс видел все, что происходит на заводе: кто отлынивает от работы, кто делает ее в пол силы, а кто вообще не пришел на смену. А его громогласный голос появлялся задолго до самого владельца. Вот и сейчас он опередил вошедшего в кабинет Стервятника – своего верного шпиона, внешне похожего на грифа-падальщика, сгорбленного человека с ярко-блестящими плутоватыми глазами.
– Рик и Кил, да?
– Не только они, там еще были Эндрю, Билл, Маг и этот страненький. Адам – вот его имя.
– Но все же главные действующие лица – это Кил и Рик. Я думал, что Кил перестал гоняться за Риком после того случая с его братом, но видно я ошибался.
– Вы собираетесь его наказать?
– Кого Кила? Нет, конечно! Разборка произошла не на территории завода, кроме того, Кил один из лучших моих работников. Что касается Бучера, то ему нужно встать на ноги, и как можно скорее. Где он сейчас?
– В первом клиническом центре, пока диагноз не ясен.
– Меня это и не волнует. Если он не вернется в строй через три дня, то мы найдем ему на барабан замену. Сегодня было совещание в правительстве. Что услышал?
– Мистер шалтай-болтай как всегда на взводе, костерит ваш завод на чем свет стоит. Сегодня снова предложил лишить «Раунд» автономии, но старичье ни в какую – на них можно положиться. Мэр предложил организовать конкурс на создание нового бизнеса, победитель получит пять тысяч зеленых и кучу привилегий.
– Хрень. Никто не пойдет на это. Бизнес в этом городе могу делать только я. Я имею в виду нормальный бизнес, а не забегаловку по продаже паленых сосисок.
– Есть еще кое-что, – и привратник понизил голос до шепота.
– Говори.
– К ним зашел коп и долго беседовал с мэром о происшествии в баре.
– Ну и мне-то что с этого?
– Мэр хочет каким-то образом использовать Рика в своих целях, против вас.
– Следи за Риком, не спускай с него глаз. Если мэр вступит с ним в контакт, то дай знать.
– Слушаюсь, – промолвил Стервятник и медленно удалился. Он ступал бесшумно, но Босс слышал все. Никто не мог застать его врасплох, а тем более этот недотепа – мэр. Да кем он себя возомнил?! Глупый мальчишка с раздутыми амбициями. Он не имеет никакого понимания о правильном управлении! С этими мыслями Босс удалился вглубь кабинета, где находилась его спальня.
Глава 3. Опухоль
В палату вошла довольно молодая и привлекательная женщина, Рик сразу же заметил в ней сходство с малышкой, которая выбежала минуту назад: такие же большие глубокие черные глаза, короткие аккуратно подстриженные темные волосы и невысокий рост.
– Это ведь ваша дочка? – спросил он.
Медсестра поначалу удивленно подняла глаза, сначала не поняв: откуда исходит этот странный тонкий голос, но потом, увидев, что в палате только Рик, улыбнулась и ответила:
– Да, моя. Меня зовут Линда, кстати. Как вы себя чувствуете?
– Хреново. В животе скрутило так, что хочется скорее просраться или выблевать все, что сожрал вчера.
Медсестра, казалось, пропустила грубые выражения мимо ушей. Она присела на краешек его койки и с легкой грустью посмотрела на Рика.
– У меня есть для вас неприятные новости, но вы должны их узнать, лучше рано, чем поздно.
– Валяйте, обожаю плохие новости на завтрак! – с нескрываемым сарказмом заметил Рик.
– У вас диагностирована третья стадия рака желудка, вам предстоит длительное лечение с применением химиотерапии, отчего вы возможно будете чувствовать себя еще хуже. Вам противопоказана физическая активность на протяжении полугода.
Казалось, эта новость нисколько не расстроила Рика. Он протяжно зевнул, а затем произнес таким тоном, словно разговаривал не со взрослой женщиной, а с наивным ребенком.
– У меня уже была опухоль в печени. Я ее спокойно пережил. А сейчас мне надо идти на гребанную работу, пока мой босс, сраный жирдяй, не пошлет меня на три буквы. Так что, милочка, я тебе благодарен за заботу и все такое, но здесь я уже належался.
Рик попытался подняться с койки резким рывком, но внезапная боль разорвала живот, он вскрикнул и упал на кровать, боясь пошевелиться.
Линда понимающе посмотрела на Рика, она тонко чувствовала своих пациентов. Этот лысый невзрачный мужичок с тонким голосом силен, но в еще большей степени несчастен. Он скрывает свое горе за кружкой пива в баре, жирным бургером на обед и грубыми непристойными словами. Линда не знала, выживет ли Рик или рак заберет его в могилу, но она точно знала, что обязана сделать все возможное, чтобы спасти этого человека.
Ободряюще улыбнувшись, Линда произнесла, обращаясь к Рику, который все так же неподвижно лежал на кровати:
– Мы поможем вам, мистер Бучер. А сейчас вас ожидает сеанс химиотерапии.
– А что это за хрень?
– Вы все увидите сами, – улыбнулась медсестра, однако на душе у нее было неспокойно. Каждое страдание пациента она переживала, как свое собственное.