– Какому суду? Слушай сюда, композитор! Я знаю, где ты живёшь, где учишься и кто твои друзья. Я знаю адрес твоих родителей в Екатеринбурге. Папочку с мамочкой не жалко? Я всё о тебе знаю, Шиллер Артём Константинович. Повторяю… Мне нужен новый «Лексус» LX-570. Цена нового – одиннадцать лямов. Срок тебе – месяц. Не вернёшь долг – я твоего соседа первого на трубочках от медицинской системы повешу, – выходя из себя, прохрипел в телефон Цымбалюк.
– Запоминай, живодёр! Или как тебя… Цыма. Первое – Фридрих Шиллер был не композитором, а драматургом и военным врачом. Второе – иди ты на хрен со своим «Лексусом». И третье – наш разговор записывается! Сейчас сброшу запись следаку, – злорадно крикнул в трубку Артём, страшно сожалея, что действительно не додумался записать бред Цымбалюка на диктофон.
– Ах, ты… – успел услышать Тёма, выключая телефон.
Нужно было что-то делать… Прямо сейчас. А прямо сейчас Артём Шиллер, поскальзываясь на ещё не высохшем линолеуме, метался по разрушенной квартире, в досаде расшвыривая всё, что попадалось ему на пути. Было ясно одно: оставаться ночевать здесь нельзя. Что у этого беспредельщика на уме, никто не знает. Ему и винтовку с оптикой менты вернули на следующий день с извинениями. А на вопрос следователя, типа, что послужило причиной заняться отстрелом домашних животных, этот неадекват, нагло улыбаясь, ответил:
– Они уже два раза колёса на моей машине обсыкали, и в лифте шерстью воняет.
Забрав из своей комнаты ноутбук, кое-какие вещи и документы, Артём выбежал из квартиры. При выходе из подъезда внимательно осмотрелся по сторонам и, зачем-то пригнувшись, побежал к своей машине. Для начала проверил колёса, заглянул под днище и, приложив ухо к капоту, секунд пять прислушивался. Не найдя ничего странного и не услышав посторонних звуков, спрятался за соседнюю машину и нажал на кнопку пульта. Сигнализация пискнула, снимая блокировку с замков дверей. Выпустив наконец воздух из лёгких, Артём быстро сел в машину и вставил ключ в замок зажигания. Но тут сердце чуть не оборвалось от неожиданно громкого звонка телефона. Цымбалюк?
– Зассал, сволочь? Запись уже у следака! – громко крикнул в трубку Артём, хотя у самого внутри всё тряслось от страха.
– Что? Артём… я не поняла, это Саша Журавлёва, – неожиданно услышал дрожащий женский голос Шиллер.
– Я тут репетир… Саша? Какая на хрен… А, понял… – вытерев холодный пот со лба, облегчённо ответил Артём. – Это какая такая Журавлёва? Это та, которая беременная, или та, у которой папаша генерал? Я тут путаюсь уже.
– Зачем ты так? Я же…
– Это я «зачем»? Это ты зачем, Саша? Что за фантазии? «Ах, мама, я на сносях!» С головой всё в порядке? Ты, наверное, у себя в универе в самодеятельности участвуешь? Переходи в КВН, звездой будешь! – не давая девушке сказать ни слова, издевался Артём. – Талантливый развод, Сашенька. Мамашу свою подключила… А генерал тоже знает, что мы у меня на диванчике кувыркались? Ты ещё скажи, что против была! Скажи, что я заставлял тебя лекции в универе у себя в постели прогуливать. Так вот что я тебе скажу… У меня свидетель есть! Железный! Ещё неизвестно, кто чаще сверху был, я или ты! – ещё больше распалялся студент актёрского факультета.
– Я… я ничего… Ну зачем ты… Просто маме наш гинеколог рассказала. Ты не подумай… – сквозь частые тихие всхлипывания доносились из трубки едва понятные оправдания. – Я не буду… я не хочу так…
– Вот и славно! Вот и правильно, милая моя. И я не хочу. Веришь? Нам же с тобой хорошо было? Роман был короткий, но яркий… Любовь прошла с рассветом! Уже не помню, откуда это. Ладно, я на тебя не в обиде. Да и матушку твою понять можно. И больше не веди беспорядочных половых связей, девочка. Это приводит… Сама знаешь, к чему это приводит. Целую… и папу не волнуйте по пустякам, – криво улыбаясь, облегчённо закончил разговор Артём и завёл машину.
Он знал, куда и к кому ехать. Знал, кто его безоговорочно примет, выслушает, даст дельный совет и поможет. А ещё там холодильник, полный калорийной пищи. Правда, придётся полчасика попотеть, но это того стоило.
* * *
Из дверей центрального входа фитнес-клуба «Арнольд» вышла небольшая шумная компания молодых людей. Узнав Наталью Сергеевну, Артём два раза нажал на звуковой сигнал, вышел из машины и помахал женщине рукой. Увидев парня, Наталья что-то сказала своим спутникам и быстро подошла к машине Артёма.
– А вы откуда, юноша прелестный? – с ехидцей в голосе поинтересовалась фитнес-дива.
– Да вот… решил личным водителем поработать, – тяжело вздохнув, невесело ответил Артём, целуя женщину.
– Что-то случилось? А у меня на сегодня другие планы, – кивнув в сторону ожидавших её молодых людей, ответила Наталья.
– Да? Я понял… – как бы растерявшись, ответил парень, с грустью посмотрев на женщину, – просто хотел сделать сюрприз… извини, что отвлекаю. Неудобно получилось…
Но уже было невооружённым глазом видно, что Наташу «зацепило». Впервые этот свободный красавчик проявлял инициативу. Конечно, что-то настораживало молодую женщину в его нестандартном поведении. Кроткий какой-то. Или, как всегда, играет? Но выбор был сделан. Нужно было ловить «журавля» за его крепкие красивые ноги, а «синицы»… а «синицы» пусть себе летят в свои гнёзда в караоке-клубе.
– Подожди, я сейчас, – попросила Наталья Сергеевна и, изобразив печаль на лице, пошла в сторону ожидавшей её компании извиняться.
Артёму потребовалось ровно пятнадцать минут для того, чтобы рассказать Наташе о том ужасе, который ему пришлось пережить этим длинным вечером. Свой убивающий хорошее настроение рассказ он закончил словами:
– Наташка, помоги. В такой жопе я ещё никогда не был. Не то чтобы я этого Цымбалюка боюсь… Эти его ублюдки за бабки инвалидом могут сделать. Я в больницу звонил, Кирюха в коме! А тут ещё эта Сашенька твоя… Слушай, задолбала! Говорит, что беременна от меня. Уже и мамаша её об этом знает. Короче, кругом вилы…
– А она действительно беременна от тебя? – леденящим душу голосом спросила Наташа, делая акцент на последнем слове.
– А хрен её… говорит, что от меня. Вернее, не она говорит, а её мамаша душу вынимает!
Посмотрев на Артёма каким-то недобрым взглядом, Наталья Сергеевна откинулась на спинку сидения, расслабилась и закрыла глаза. Просидев так минуты две, она открыла глаза и неожиданно сказала:
– Тебе срочно нужен адвокат!
– Наташ, у меня уже есть адвокат, – разочарованно ответил Артём, – собачники наняли.
– Идиот! Тебе нужен хороший адвокат. Адвокат-решала. Человек, который подскажет единственно правильный выход. Понял меня? – жёстко спросила Наталья.
– Понял. А где я его…
– Сейчас, – доставая из сумочки телефон, ответила знаток и «скульптор» мужской мускулатуры. – В прошлом месяце был у меня… ещё не отработал.
* * *
Далеко ехать не пришлось. Адвокатская контора Виктора Петровича Крапивина была недалеко от «Арнольда». По этому принципу в своё время адвокатом и выбирался фитнес-клуб. Закончил дела в офисе, сложил в аккуратные стопочки листочки формата А4 – и добро пожаловать в мир железа, где можно размять «булки» и подкачать хиленькое тельце под присмотром опытного наставника. Договорились попить кофе на ночь глядя в ресторане «Угол», что и был на углу соседних улиц между конторой и клубом.
Наталья Сергеевна с Артёмом уже сидели за столиком, когда в ресторан неспешной вальяжной походкой вошёл человек, которого они с нетерпением ждали. Это был худощавый, чуть сутулый, давно и решительно лысеющий мужчина лет сорока с небольшим. Одет он был в хороший, на заказ сшитый элегантный серый костюм и белую рубашку с «сидящей на кадыке» чёрной бабочкой. Увидев Наташу, он приветливо махнул рукой и подошёл к столику.
– А я вас знаю, молодой человек, в «Арнольде» видел. По-моему, мы у одного тренера занимаемся, – протягивая руку Артёму, сказал с улыбкой мужчина. – Виктор Петрович, адвокат широкого профиля.
– Очень приятно. Артём… актёр театра и кино, – немного замешкавшись, представился студент ГИТИСа.
– Артём, Виктор Петрович сказал, что у него мало времени. Ты начинай рассказывать – и без лишних эмоций, пожалуйста. Только основное. Начни с твоей пробежки и встречи с догхантером. Про Сашу… про Сашу не надо, – немного волнуясь, попросила Наташа, махнув рукой официанту.
Свой рассказ Артём начал как-то скомканно, как будто перед кем-то оправдываясь. Но прославленная актёрская школа ГИТИСа взяла своё. И Артёма понесло… Как тут без эмоций? Как будущая звезда сериалов мог быть бесстрастным и маловыразительным? Тут был и артистичный мат, когда речь шла о Цымбалюке и его банде. И трагическое заламывание рук при изложении требуемой с него чудовищной суммы. И даже скупая мужская слеза во время рассказа о бандитском нападении и избиении соседа-архитектора Кири Жданова.
На протяжении всего монолога Артёма Виктор Петрович сохранял нейтральное выражение лица. Его тонкие губы скривились только, когда Шиллер начал в красках рассказывать, как он оттирал от крови Жданова полы и унитаз в ванной. После того как Артём замолчал, вопросительно уставившись на отвернувшуюся к окну Наталью Сергеевну, Виктор Петрович, постучав ложечкой по чашке с давно остывшим кофе, спросил:
– Я всё понял. В чём суть? – И тоже посмотрел на Наташу.
– Суть? – растерянно переспросила фитнес-тренер. – Этому мальчишке грозит опасность. Серьёзная опасность. И мы это понимаем. В этом вся суть. Выход есть, Виктор Петрович? – с надеждой спросила Наташа, пододвигая ближе к адвокату вазу со льдом для виски.
Виктор Петрович, благодарно кивнув, бросил в свой стакан с янтарным напитком пару кусочков льда и серьёзным тоном начал рассуждать:
– Цымбалюк, или Цыма, как его называют коллеги по бизнесу, – беспредельщик и личность у нас на районе в определённых кругах известная. Ситуация парадоксальна. Могу сказать с уверенностью, Шиллера этот Цыма в покое не оставит, даже если он ему и правда новый «Лексус» купит. Вы же слышали, он и родителям Артёма угрожает. Эта сволочь сейчас себе целью в жизни поставил месть Шиллеру. Таким, как он, нужно по жизни кого-то ненавидеть. Сначала это были собаки, теперь – Шиллер. Парень же его авторитет перед братвой ниже городской канализации опустил. Можете себе представить – «уважаемый» беспредельщик и криминальный лидер Цыма, а тут вдруг статья «Жестокое обращение с животными, повлёкшими их смерть». Насколько я помню, это статья 245 УК РФ. На зоне – позорнейшая. Сидельцы, как правило, братьев наших меньших и зверушек разных любят и в обиду не дают. А того, кто их обижает, в дерьмо окунают. Конкретно окунают. И Цыма об этом знает! Вот за это гражданин Цымбалюк и озверел на вас, Артём.
– За это уже садят? Всё так серьёзно? – с недоверием переспросила Наташа.
– Представьте себе. Очень редко, но, если дело получит соответствующий резонанс в обществе, могут и посадить. Сколько собачек он загубил? – сделав глоток виски, спросил у Артёма Виктор Петрович.
– В тот день двух. Питбуль сразу умер, а ротвейлер умер по дороге в ветклинику, – угрюмо ответил Тёма.
– Вот! А два – это уже несколько. А там ещё пару-тройку эпизодов паровозиком… Да ещё в интернете выкладывал, а это отягощает… Значит, Цымбалюку по максимуму грозит от трёх до пяти лет лишения…
– А по минимуму? – поинтересовалась Наташа.
– Штраф. Я же и говорю… всё зависит от общественного резонанса. Наш народ сердобольный, любит заботиться о птичках, кошечках, собачках. И не любит живодёров. Если нужно, я подскажу, как довести этот общественный резонанс до точки кипения. Для вас, Наташенька, с большой скидкой. И на зоне есть среди сидельцев трепетные души. Кошечек кормят, воробушков… крыс воспитывают. А тут появится на зоне живодёр-догхантер. Душегуб, получающий удовольствие от убийства самого преданного друга человека, – представив себе картинку, невесело ухмыльнулся адвокат. – Цыма всё сделает, чтобы очиститься… Ему, если садиться, то по «уважаемой» статье.