– А, что? Простите, господин, – повернувшись ко мне, затараторил паренек.
– Помоги развязать, – повторил я и повернулся к нему спиной. Глеб, ловко орудуя руками, быстро развязал завязки, я наклонился, а он так же ловко стянул этот кафтан с меня. Посмотрев несколько секунд на него, я вдруг понял: я валялся в навозной куче, отсюда и резкий запах, от которого меня так мутило. «Фу», – передернуло меня. Отбросив немного в сторону весь измазанный кафтан – так окрестил его я, – стал развязывать завязку на штанах, они, кстати, тоже были сшиты из очень мягкой и тонкой кожи.
– Ну-ка брысь отсюда, – грозным тоном цыкнула женщина на служанок. Те, быстро семеня стройными ножками, поспешили убраться.
Я стянул с себя штаны, на удивление они не были грязными, как кафтан, успел заметить я.
– Пойдем, Рафаэль.
Женщина направилась к двери в дальнем углу. Я встал и осмотрел свое тело, стройное, в меру накачанные мускулы, кожа светлая, на груди висит какой-то камень рубинового цвета на серебристой цепочке. Я последовал за Элеонорой, как назвали её служанки.
– Подожди меня здесь, – обратился я к Глебу и вошёл в дверь.
Помещение, в котором я оказался, было не очень большое, посередине стояла ванна, наполненная пенной водой, стены были облицованы небольшими плитками – то ли мрамор, то ли что-то в этом роде, приятный аромат трав здесь был более насыщенным, чем там, в раздевалке. На одной стене было окно круглой формы с цветными стеклышками, напротив у стены стояла скамейка. Я присел на нее и стал снимать с себя кальсоны, которые были мне до колена и в обтяжку. Элеонора тактично повернулась к небольшой тумбочке взять необходимые для мытья аксессуары, я в это время забрался в ванну. Как это было приятно, горячая вода обхватила меня полностью, я умыл руками лицо, закрыл глаза и лег в ванне, насколько позволяло место. Расслабиться полностью я не успел.
– Подними голову, Рафаэль, – произнесла женщина, стоя за моей спиной. Я, не открывая глаз, немного приподнялся и поднял голову, как просила Элеонора. Женщина, вылив мне на голову воды, начала мягко массировать голову, мыть волосы. Я чувствовал, как по моей шее и лицу текут струйки горячей воды и пены, это было блаженно. Она смыла пену водой, и я открыл глаза. Немного смущаясь, я посмотрел на неё, в руках она держала мочалку и натирала ее куском мыла, к такому повороту событий я был не готов. Намылив мочалку, протянула её мне, я с облегчением выдохнул и взял мочалку. Женщина отошла к столику, а я начал интенсивно тереть тело, пытаясь смыть с себя эту внешность и вернуть самого себя. По всей видимости, я немного перестарался, Элеонора схватила меня за руку.
– Рафаэль, хватит, ты кожу себе сдерешь. Что с тобой происходит? Ты последнее время сам не свой, ты не болен?
Она посмотрела мне в глаза.
– Все в порядке, – тихо ответил я и отдал ей мочалку. Она протянула мне ковшик, и я смыл с себя пену. Выйдя из ванны, Элеонора протянула мне полотенце, оно очень приятно пахло травами, я прислонил его к лицу и сделал несколько глубоких вдохов, этот запах мне казался таким родным, знакомым, но уловить это я никак не мог. Протерев себя полотенцем, а затем обвязав его вокруг пояса, я взглянул на женщину. Она с удивлением смотрела на мои действия, в ее руках я увидел халат. Она протянула его мне, я, скинув полотенце на скамейку, надел халат и последовал за женщиной. На выходе из раздевалки я окликнул Глеба, и мы втроем вышли в коридор.
Элеонора шустрой походкой шла впереди, мы следовали за ней, куда идти, я всё равно не представлял. Немного пройдя по коридору, мы свернули и оказались у лестницы, поднявшись ещё на один этаж, мы оказались в более светлом коридоре, на полу был уложен ковер, стены украшали сабли, мечи, различное оружие, название которого я не знал. Пройдя до конца коридора, мы оказались у дверей, там же нас ждали те симпатичные служанки. Я перевел свой взгляд на парня, как я и предполагал, он, не отрывая глаз, смотрел на них, видимо, запали в душу эти хорошенькие девчушки. Они распахнули перед нами двери, мы вошли внутрь. Это была просторная гостиная с большим арочным окном и камином. На стенах были прикреплены рога, головы различных животных, гобелены, оружие. Пройдя через гостиную, мы оказались в небольшой комнате, вероятно, это была комната для одежды. Тут были шкафы, полки, вешалки и прочие стойки с вещами и обувью. Вся эта одежда напоминала мне костюмы с карнавалов и из различных фильмов.
– Мне надо что-то простое, неброское и удобное, – сказал я вслух. Все посмотрели на меня прикидывающим взглядом, а затем, обернув свой взор на вещи, принялись их перебирать. Девушки подносили мне яркие праздничные наряды, Глеб притащил какой-то старый плащ, видавший виды.
– Придется искать самому, – тихо сказал я и подошёл к ближнему стеллажу. Там, по всей видимости, лежала одежда для тренировок, серые обтягивающие костюмы, непонятно из чего сшитые, я решил примерять. Надев на себя этот костюм, он очень мне понравился, сидит удобно, нигде не висит, не мешает, лёгкий, в общем, я решил его оставить. Примерив несколько пар сапог, я остановился на тех, что лежали на той же полке, что и костюм, немного порывшись на вешалках, я нашел плащ, такой же серый, с капюшоном, решил взять и его. Мы вышли в гостиную и направились к противоположной двери. И тут я вспомнил, что ужасно хочу пить.
– Элеонора, – обратился я к женщине, – есть у нас что-нибудь пить горячее?
– Конечно, Рафаэль. Девочки, – обратилась она к служанкам, – пока Рафаэль будет одеваться, заварите ему настойки.
Я многозначительно посмотрел на женщину. Она, не моргнув и глазом, вошла в комнату. Похоже, это была спальня или личная комната. Тут была кровать, большая, широкая, с балдахином, окно, наполовину зашторенное плотными занавесками, шкаф, комод, стол, два кресла, вешалка, стойка с оружием. Холостяцкая комната, ничего лишнего.
– Рафаэль, отец собирается отправить тебя на границу, на службу, ты понимаешь, чем всё это может кончиться? Там опасно! – произнесла Элеонора, глядя мне в глаза.
Я не совсем осознавал, что происходит, но надо было что-то сказать.
– Глеб, – обратился я к парню, – Подожди в гостиной, будь добр.
Я собрался всё рассказать Элеоноре, пропади всё пропадом. Я тут, а кто же тогда там, в моём мире? Я уже понял, что по каким-то причинам и невообразимым образом я попал в другой мир, в чужое тело, и как мне быть, я не могу понять, что делать, где искать помощи? Я здесь ничего не знаю, не умею да ещё и влип в какую-то историю. Хотелось завыть от тоски, как говорят у нас.
– Элеонора, – начал я, сев поудобнее в кресло, – понимаешь… – я немного замялся, как ей это всё сказать, подумает, что я чокнулся. – Я плохо всё помню, – промямлил я. – Я, наверно, ударился головой или…
Решил пока всё не рассказывать этой женщине, хоть она и относится ко мне искренне. Элеонора подошла ко мне и, прижав мою голову к себе, прошептала мягким голосом:
– О мой мальчик, что ж такое творится-то? И как нам теперь быть, что делать?
Я пожал плечами, прижавшись как дитя к чужой женщине, мне становилось как-то спокойно. В дверь тихонько постучали, и, не дождавшись ответа, в комнату вошли девушки, везя небольшую стол-тележку с накрытой на нем скатертью, на которой стоял высокий графин, чашки и какие-то булочки. В животе у меня неприлично заурчало, Элеонора посмотрела на меня и слегка улыбнулась, села в соседнее кресло. Девушки ловко переставили поднос на стол и покатили чудо-стол обратно. По комнате разлетелся пряный аромат трав. Бедный Глеб, девушки сейчас сведут его с ума. Ой, я и забыл, что он ждёт там, в гостиной.
– Глеб, – позвал громко я парня.
Глеб тут же вошёл в комнату.
– Присаживайся к нам, – указал я ему на стол. – Возьми вон там стул, – я указал пальцем в дальний угол.
Глеб молча сходил за стулом, поставил его у стола, слегка наклонив голову, присел за стол. Элеонора в это время уже разливала настой по чашкам.
– Тётушка, я спросить у вас хотел, – обратился Глеб к Элеоноре. Она перевела на него свой взгляд. – Можно я поеду с господином Рафаэлем? – задал он свой вопрос.
Женщина перевела с него на меня свой уже не строгий, а растерянный и в то же время вопросительный взгляд.
– Глеб, там очень опасно, оттуда не вернулся твой отец. Впрочем, пусть решит Рафаэль.
Она вновь посмотрела на меня.
В голове появилась мысль: а что, это какой-никакой выход из сложившейся ситуации. Глеб – парень местный, поможет разобраться мне, что тут и как.
– Хорошо, будешь моим помощником. Собери моё оружие и приготовь лошадей, – отдал первое свое распоряжение я. Глеб тут же вскочил со стула, но я успел опередить его.
– Настойку допей сначала, куда торопиться-то? – с улыбкой посмотрел я на него, и парень сел обратно. В дверь тихонько постучали опять, на этот раз входить никто не торопился. Элеонора, посмотрев на меня, встала с кресла и подошла к двери. За ней оказался мужчина пожилого возраста, одет был скромно. Он переступил через порог, слегка поклонившись, и, направив свой взгляд прямо мне в глаза, начал говорить:
– Милорд, ваш отец устраивает прощальный обед для гостей, вас он тоже приглашает, что мне ему передать?
Я посмотрел на Элеонору, она слегка помотала головой, давая понять, что ходить мне туда не следует. Мне, если честно, и самому не особо-то и хочется светиться на людях.
– Передай отцу, что я себя неважно чувствую и, скорее всего, не приду.
– В таком случае отец велел вам зайти к нему в кабинет перед обедом, – ответил мне мужчина.
– Хорошо. Передай отцу – я зайду к нему.
Мужчина, поклонившись ещё раз, вышел из комнаты.
Я вновь посмотрел на Элеонору, она слегка развела руками, дескать, ну а я-то что.
– Куда мне идти? – задал я ей вопрос и посмотрел на парня, он-то ещё не в курсе о моем провале в памяти.
Тот посмотрел на меня внимательным взглядом, потом на Элеонору и выдавил из себя:
– Господин, вы потеряли память?
– Да, Глеб. И я прошу вас о том, чтобы это осталось в тайне.
– Надевай сандалии, я тебя провожу, – сказала женщина и вышла из-за стола.
Я оглядел комнату, но сандалий не нашел, решив, что они в гостиной, вышел вслед за Элеонорой из комнаты. Оглядев гостиную, в углу перед выходом стояла небольшая стойка с тапками, я подошёл к ней и выбрал себе обувь – невысокие кожаные туфли, надев их, я посмотрел на Элеонору, она одобрительно кивнула, и мы вышли в коридор. Глеб остался ждать нас в гостиной.