– Я не верю. Я чувствую… нечто…
– И этого достаточно?
– Ты помнишь, я говорил про вдохновение? Что оно берется ниоткуда и помогает тебе, если ты чувствуешь связь с Богом.
– Да, помню.
– Еще в самые первые наши встречи я говорил, что могу управлять вдохновением, помнишь?
– Помню.
– Это делается очень просто. Очень. Садишься, например, писать. Перед этим очищаешься. И пишешь, пока есть вдохновение. Оно выражается в том, что ты делаешь все свободно и быстро, твои пальцы не успевают за мыслью. Тебе хорошо, как кораблю, которому дует свежий попутный ветер, несущий его стремительно и легко. А потом случается ступор. Внезапно ты понимаешь, что не знаешь, о чем писать дальше.
– И что вы делаете?
– Я ложусь на спину, смотрю в потолок, улыбаюсь и говорю: «Спасибо! Я люблю тебя!»
– Я думал, что очищаетесь.
– Так и есть.
– А как же все остальные этапы?
– Я не зацепляю в себе «области тьмы», но этой фразой я снимаю действие как внешних, так и внутренних негативных источников. То, что было во мне, остается нетронутым. Но я могу писать дальше.
– Как это происходит?
– Что? Что я могу писать дальше?
– Да.
– Я лежу и думаю: «Я люблю тебя!» – а потом ловлю себя на мысли, что у меня в голове уже масса того, что необходимо изложить, и кидаюсь писать. Так вот – почему я вспомнил об этом. Если я сталкиваюсь с фактом, что у меня в голове, по существу, непонятно откуда берутся мысли, я должен признаться, что они взялись без участия моего сознания. Поэтому я вполне допускаю, что они могут быть мне подсказаны совершенно «со стороны». Таким образом, я отдаю себе отчет в том, что написанное мной – это совершенно не мое произведение. Я полагаю, что я участвую только в формировании приемлемой для сознания людей интерпретации того, что вложили мне в голову.
– Вы думаете, что кто-то вам подсказывает все то, что вы пишете?
– Вроде того. Думаю, исходя из всего, что я тебе только что сказал, можно сделать вывод и о том, что существует тот человек, кто пишет о нас с тобой.
– Наверное, но, кстати, мне кажется, вы достаточно разбираетесь, чтобы хотя бы примерно понять, кто может вкладывать в вас мысли и идеи.
– Я полагаю, кто-то из «светлых», раз подсказки приходят именно тогда, когда я стараюсь настроить себя на вибрации высоких частот.
– Хм. Логично. Кстати, почему логика срабатывает в объяснении всех этих удивительных явлений, которые мы обсуждаем?
– Возможно, потому, что мы созданы по образу и подобию Бога.
– Думаете, логика – один из способов, которыми он мыслит?
– Вероятно, она может иметь какое-то к этому отношение. Здесь мне трудно сказать. Но раз срабатывает, видимо, да – это что-то близкое. А может быть, это специально выдуманный для нас способ понимать хотя бы слабые модели реальности.
– А почему мы созданы по образу и подобию Бога?
– Здесь существуют разные версии. Согласно одной из них все люди раньше были богами, но что-то произошло и мы начали терять свои знания и умения.
– Что это могло быть?
– Не представляю. Пока. Может быть, подскажут – как знать.
– Если признаться, меня, конечно, все это безмерно удивляет.
– Дострой свою картину мира, и ты перестанешь удивляться. Ты сможешь менять мир вокруг себя. Увидишь, как для тебя открывается новая, удивительная, полная безграничных возможностей жизнь. Это будет касаться также и тех людей, кто близок и дорог тебе. Их проблемы тоже начнут решаться, так как их печаль приносила боль и тебе. Но имей в виду, что убедить их, что все это – твоя заслуга, ты не сможешь. Хотя, конечно, в принципе даже и стараться не стоит. Невозможно никого переубедить насильно. А те, кто готов воспринимать новое, придут к тебе сами. Спросят, поинтересуются, полюбопытствуют. Вообще, например, ты даже не представляешь, какими путями меня находят люди.
– Какими?
– Помимо рекомендаций, совершенно любыми. Иногда ошибаются адресом и заходят ко мне вместо того дома, куда хотели попасть. Иногда буквально на улице случается с кем-то разговориться. Все эти встречи приводят к тому, что каждый из нас приобретает что-то новое и ценное: я что-то узнаю, и мой собеседник тоже чему-то учится. Бывает, что кто-то благодаря такой встрече начинает новую жизнь, кто-то избавляется от недуга, давно его мучившего, а у кого-то просто дела начинают идти еще лучше.
Время от времени попадаются люди, которые уже так давно не улыбались, что и не помнят, как это делается. И если бы не их глаза, то даже невозможно было бы понять, что за эмоции они испытывают. Но глаза – всегда самый достоверный показатель. И когда после нескольких встреч со мной они начинают светиться от счастья, то я понимаю, что и мое счастье тоже – вот оно. Ведь что может быть лучше, чем быть причиной радости другого человека?
17. Обнуление сознания
– Здравствуйте, Хо!
– Здравствуй, Го! Поднимайся!
– Вчера мы остановились на вашем рассказе о том, как люди находят вас.
– Да, но это было скорее некоторое отступление от нашего «стройного повествования», – Хо засмеялся. – Хотя, думаю, можно сказать еще вот что. Ты не перестанешь никогда удивляться тому, как тебе будут открываться заново давно известные и неоднократно виденные явления этого мира. Ты увидишь, насколько люди затравлены, насколько они не готовы к тому, чтобы просто быть счастливыми.
– Почему? Я знаю людей, которые постоянно говорят: «Да, конечно, все хорошо!»
– И ты веришь им?
– Теперь – точно буду, – улыбнулся Го.
– Я имею в виду, как ты думаешь – верят ли они сами в свои слова.
– Хм. Не знаю, мне казалось – да.
– Дай-то Бог… Но я в основном вижу людей, которые говорят это потому, что им кто-то когда-то строго-настрого запретил жаловаться. И теперь они думают: «Я должен говорить, что все хорошо. Ведь у успешного человека всегда все хорошо». Но они лгут сами себе. А это – самая грустная и самая жестокая ложь. Именно она формирует те самые установки, которые разрушают человека.
– Хотите сказать, лучше бы они так не говорили?
– Те, кто не верит себе, – пожалуй, да.
– Почему? Есть же мнение, что если ты, находясь в плохом настроении, начнешь улыбаться, то твое настроение улучшится.
– Да, но для этого надо не один раз улыбнуться – и все. Нужно улыбаться и улыбаться, тогда получится.
– Хотите сказать, что просто одного раза недостаточно?