Мы попрощались. На сегодня сюрпризов, пожалуй, хватит!
Глава 11
Она
Это что за теремок? Он не низок, не высок?
А теремок этот стоит посреди трех дорог и словно рассекает потоки автомобилей в нужных направлениях. Стоянка у него, как тихая заводь, посреди потока. Или коварная воронка.
Это кому как повезет.
Ресторан «Буковинские цветы» – «храм», где я прошла «крещение». Точка, где начала свою карьеру. Место, к которому, как ни странно, я привязалась.
Кстати, мне так и не удалось узнать, почему обычный ресторан назвали «Буковинские цветы». Ничего там не было особо украинского и тем более – закарпатского.
Собственно, мне этот ресторан подарили. Ну, конечно, не как ресторан – у него был свой хозяин. И какой! Известный в своем круге человек!
Самуил Иосифович Коган. Получил свою точку общепита в начале 80-х годов. Получил, разумеется, не в собственность. Не те шли времена. По рекомендации райкома партии райторготделом был поставлен директором новенького ресторана. Но потом, когда повеяли новые ветры, сначала скооперировал по благословению того самого райторготдела, а после полной демократизации и исчезновения всяческих отделов с райкомами партии приватизировал точку общепита, превратившись в полноправного хозяина.
Став новым русским, он, как полагается оборотистому и умному еврею, быстро схватывал все новые веяния. Официальные: все проверяющие от многочисленных комитетов и надзорных органов встречались на должном уровне с конкретной суммой мзды. Но помимо этого появились и другие «кураторы», к государственной службе не имевшие никакого отношения. Если только в списках МВД разыскиваемых лиц… Когда началась «криминальная революция», Самуил Иосифович сразу понял, что «дамбу» запретов прорвало, поток начал выносить в своих волнах песок, глину, обломки вещей и мусор. А раз так, надо не пытаться в одиночку бороться, защищая свои принципы, которых на поверку особо не было, а постараться выплыть по течению. Но главное – выжить!
Так что, когда с новыми громкими лозунгами пламенных либералов и демократов: «Жить по-новому!», – появились крепкие ребята с выбритыми затылками и популярно объяснили, что такое крыша, и почему без неё в новое время жить нельзя, он сразу согласился на все их требования. Но поставил и свое условие, что договариваться о «дружбе и сотрудничестве» под названием «крышевание», владелец будет со старшими в команде.
Случилось это еще до распада великого и могучего Союза, когда старые правила игры в этой жизни фактически уже перестали действовать. А новые еще только зарождались. Поэтому требование «кооперативщика», хотя и не понравилось «послам» бандитской воли, но качать права они не стали.
На следующий день к нему приехали сразу четверо «отцов-основателей» появившейся группировки, которую потом назовут «Восточная». В те времена на самом крутом крутняке: они появились на стоянке ресторана кортежем из двух праворуких «тойот» с зеркалами, вынесенными на начало капота – это для руководства. И трех восьмерок с хромированной отделкой и затемненными окнами. На нем приехали приближенные бойцы группы. Для рубежа восьмидесятых-девяностых – круче только яйца.
«Высоких» гостей ждали вышколенный администратор в смокинге и три пышногрудые красавицы-официантки. Без излишеств в декольте и длине юбок, но и не скрывающие достоинств работниц заведения. Высокие гости были в модных тогда спортивных костюмах «Адидас» с искоркой, по осенней погоде – кожаных куртках. И, само собой, на ногах – белые кроссовки.
В зале, по случаю большой встречи – совершенно пустом, был накрыт стол, без оглядки на все нарастающий дефицит продуктов и непримиримую борьбу с алкоголем.
Как только гости подошли к столу, из дверей кухни показался Семен Иосифович. Он был не похож на суетливого вечно потного карьериста в точке питания советского образца. Нет! Это был высокий стройный мужчина в возрасте благородной седины и с выправкой профессионального исполнителя бальных танцев. На нем сидел как влитой клубный темно-синий пиджак с золотыми пуговицами (он и потом всегда так одевался), нежно-голубая рубашка, шелковый шейный платок в мелкую клетку, серые шерстяные брюки и темно коричневые мокасины, цвет которых хорошо сочетался с клетками на шейном платке. И ко всей этой элегантной роскоши, разумеется, – щеточка седых усов под тонким носом с горбинкой.
В общем, встреча двух миров.
Братва, разумеется, напряглась. Выкладывать предъявы в такой обстановке им еще не приходилось. Но, представившись, Семен Иосифович просто предложил присесть и попробовать скромные закуски и сдержанную выпивку. После первой рюмки водки подоспела вторая, а затем и третья.
Вот после третьей, когда народ закусил, и напряжение спало, Семен Иосифович сам завел деловой разговор.
«Восточные» было снова напряглись, но на их удивление этот странный кооператор достаточно быстро согласился на все условия. Его же просьбы показались им не серьезными.
Помимо охранной функции, он попросил связать его с надежными поставщиками реально свежих продуктов, а лучше всего – теми, кто, как он сказал, курировал продуктовый рынок. Колбасный завод, овощебазу. Он, разумеется, и сам мог бы выйти. Но рекомендация авторитетных людей всегда продвигает дела!
Новые генералы братвы почувствовали, что уровень их самооценки резко повышается.
Безусловно, они пообещали рекомендовать нового друга своим «подопечным». Таким образом, Семен Иосифович сразу решил вопрос о снабжении своего ресторана качественными продуктами по очень невысоким ценам. После «рекомендации» крыши никто торговаться не будет. Только радоваться, что не бесплатно!
Кстати, именно после той встречи в окружении руководителей группировки появились Физик и Балет! Так совпало. Но очень вовремя!
Всего этого я, понятное дело, не знала. Мне потом рассказал Паровоз.
Для моего приятеля детства это была эпохальная встреча. Тогда он был среди «солдат», сопровождавших высокую встречу. Но очень стремительно дорос до бригадира. Отчасти потому, что быстро накатывали перемены, и жёстче становился естественный отбор. Да и сам Паровоз был не дураком.
После нелепого бардачка с лесбиянкой, он иногда брал меня с собой в «Буковинские цветы». Семен Иосифович вопросов не задавал. Раз партнеры из «крыши» привели человечка, значит, так и надо. А что человечек годков не добрал – это проблема «крыши».
Через пару месяцев, как раз к окончанию лета, Паровоз предложил мне организовать дело.
Было приятно, врать не стану. Мне всего тринадцать, а со мной говорят, как с равной, деловые ребята, младшему из которых было уже 24!
Я, конечно, понимала, что это из-за отца, который в своё время на Щелчке в авторитете был. С ним до сих пор считаются. Ну, я уже говорила об этом.
Летом, так уж получилось, прошла испытание на умение держать язык за зубами. Правда, это к ресторану не имело никакого отношения. Просто стало ясно, что, если хочешь выжить, надо научиться не просто не ботать лишнего, а начать бояться. Есть такое понятие в нашем деле – профессиональный страх. И тогда понимаешь, что значит вовремя молчать!
Я и не болтала. О том, о чем не надо. Поэтому меня и в компании брали. Травкой делились. В общем, стала своим «парнем»! Хотя на стрелки, где деньги из торговцев выбивать или терки с конкурентами, меня не брали. Тогда я занималась своим бизнесом. Иногда еще заходила в школу.
Учителя уже перестали меня трогать. Ну, а я – их. Мы поселились в разных Вселенных. Того, что я умела: считать, писать и думать, – мне было достаточно. Про то, как мне выживать в мире, который я выбрала, в учебниках не написано. Эту науку надо на своей шкуре познавать.
Ладно. Это все пустые рассуждизмы.
Ну и вот: Паровоз как-то ближе к осени предложил мне подтащить нормальных девочек для развлечения посетителей.
Разумеется, «подарок» он мне вручил не за красивые глазки. Ему надо было «закрыть» дыру.
Перед этим случилось вот что.
Семен Иосифович попросил у Паровоза помочь навести порядок с «охотницами» за приключениями. Приходили незнамо кто, вели себя незнамо как. Солидная публика была недовольна. Не тем, что там были шлюхи. От этого никто не отказывался. А тому, что уровень их был подзаборный – ниже плинтуса!
Тут еще сутенер один попытался права качать.
Он оказался негром – бывшим студентом из Нигерии, которого вышибли из РУДНа. Домой, в знойную Африку, ему показалось совсем не с руки возвращаться, а буча в великой и могучей, как раз наоборот, пришелся по вкусу! Всё свое неоконченное высшее он использовал для сбора команды проституток. Девок он набрал только по принципу, что они белые. Не знаю, различал он их вообще в «боевой окраске» густого макияжа или нет.
Паровоз сам даже не стал с этим заниматься. «Локомотивная бригада» коротко и доходчиво объяснила африканскому сутенёру, где его место… Подзаборные шлюшки растворились вместе с африканским «бинесменом». Чернокожий делец, правда, пытался грозить связями с колумбийской мафией и с, как он произнес, «Золнецавсками[5 - «Солнцевскими» – кто не понял.] пацанами». Но кроме смеха и пары хороших ударов в печень, в ответ ничего не получил. Дядя Миша – сорока шестилетний отставник из десантуры, который входил в «локомотивную бригаду», классно умел сбивать понты с фраеров. Ни колумбийские боссы, ни солнцевские, за сутенёра, понятно, не заступились. За сутенера вообще редко кто заступается!
Я начала с того, что пару вечеров тихой мышкой просидела за столиком у администратора. Мне хотелось посмотреть, кто в ресторан к вечеру приходит. И с какими девочками.
За эти два вечера я неплохо познакомилась с Семеном Иосифовичем. Он не лез с вопросами и наставлениями. Просто в первый вечер принес тарелку с вкусными варениками с вишней и сметаной. Я никогда до этого их не ела. И потому уплетала за обе щеки. А он стоял у входа на кухню и как-то очень грустно смотрел на меня. Не в упор – украдкой. На другой день снова принес вкуснятину.
Он и потом меня подкармливал. И разговаривал о разном. О кино. О книгах. О театре. О путешествиях. Разные байки травил о всяких известных людях в разных странах и разные времена. Совсем не так, как об этом писали в школьных учебниках. Но вот что он никогда не затрагивал – это то, чем я занималась. То есть, чисто технические вопросы – где, кто, куда, кого – вопросы были. Душеспасительных бесед – ни одной! За что я ему и по сей день благодарна!
Набрать девочек оказалось совсем не сложным делом. Приглашала своих приятельниц. Точнее даже не приятельниц, а так, знакомых. Исключение одно – из школы никого не брала. Не потому что светиться не хотела. Мне это по барабану. И не потому что желающих там не найти – наоборот! Попутанить многие были бы не прочь! Просто с малолетками связываться – себе дороже станет.
Это мне Паровоз подсказал. Я с ним согласилась. Своих одноклассниц я хорошо изучила. Те, кто мне мог бы пригодится из них по внешности, просто безмозглые дуры. Маленькие еще. Жизни не видели. Да и «статеечки» клиентам ни к чему. С педофилами «крыша» иметь дело не хотела. У тех никаких тормозов. От ментов в таких случаях не откупишься – шума вокруг таких дел слишком много. Риск погореть на мелочёвке никому не нужен!
Поэтому, с самого начала я стала искать у себя во дворе. В смысле в квартале. Но по сути, это и есть один дом!
Впрочем, искать – не то слово. Отобрать! Отсеять! Желающих, как сразу стало ясно, было много. Хоть конкурс, как во ВГИК, объявляй.
И тут мне помогла одна девчонка из соседнего подъезда. Света Цветикова. Она старше меня на 5 лет. Тогда уже закончила школу и уже год болталась без дела. Бабушки у подъездов, как главные источники информации, её моральные принципы оценивали не слишком высоко. Самыми безобидными определениями были: «шалава» и «гулящая».