– Включить щит! Никто не должен слышать, что сейчас будет происходить в корабле!
Придя к диверсантам, он обратился:
– Мы летели сюда три дня. Столько же по времени займёт обратный путь. У нас здесь на всё – сутки. Раз время не ждёт, нужен надёжный язык. Это будет генерал Розервен. У нас нет времени искать другого. Какие есть предложения, чтобы добыть информацию?
– Вселиться в него. Использовать технику демонов, – ответил итальянский лейтенант Карло Андолини.
– Поясни.
– Демоны вселяются в людей в большинстве случаев с их позволения. Они проникают в сновидения и являются в них кем угодно: разными людьми, животными, персонажами из книг. Создают окружающую среду, которая нужна им самим, тем самым пытаясь воздействовать на страх, чтобы потом, представившись его другом, мамой, братом или кем-либо еще, заключить сделку. Обещая избавить его от того, чего он так боится, в оконцове они жмут руки друг другу. Но демон не говорит, что конкретно ему нужно, он просит помощь, взаимную услугу. Главное в этом деле – не разбудить от сна свою цель.
– Вызвать ко мне учёных! – выкрикнул Арнаутов, повернув голову к двери в отсек.
Через минуту сбежались учёные в отдел механиков. Тогда капитан поинтересовался: «Есть ли у них здесь насекомые или грызуны, схожие с нашими на планете Земля?» Энтомолог ответил: «Да. У них есть, конечно, и другие виды, не похожие на наших представителей животного мира, но в большинстве случаев их фауна очень схожа, особенно в пустынной местности». «Я принял информацию, благодарю. А теперь оставьте нас».
После сказанного капитаном учёные разошлись.
«Продолжим. Нам нужно узнать, где живёт Розервен. Активировать шпионов-роботов для выяснения расположения языка». Взвод подставных механиков начал суетиться по отсеку. Из тайников достали четыре чемодана и открыли их. Внутри оказались компьютеры.
«Нам нужны ваши воспоминания о нём: голос, лицо и прочее. Прошу надеть этот шлем, Вадим Сергеевич», – попросил Карло Андолини.
Шлем представлял собой металлическую сетку в форме головы и был нашпигован синими огоньками, что прикреплены к датчикам. Подключён он проводом к компьютеру, который достал из тайника диверсант.
– А почему не подключить Розервена к ней? – уточнил Арнаутов.
– Эта техника не настолько сильна. Она проникает в сознание ровно настолько, насколько это вы позволяете.
– Ясно. Начинай.
Вадим Сергеевич надел шлем и сел на стул. Перед глазами капитана стало проноситься прожитое им время. Будто летя в сером тумане, он увидел облако, в котором он, совсем юный, в школе подходит к девочке с цветами. Но, только приблизившись к этому участку памяти, Арнаутов блокирует вход к нему, и его отбило дальше рикошетом от стены. Снова начинает проясняться картина в тумане, в которую он врезается на скорости. Там жена заплаканная, в слезах. И тут отбило в сторону. Он летит мимо своих переживаний, радостных моментов, драк, периодов с женщинами, и, наконец, прямо по курсу видно сиреневое лицо. Вадим попал в облако своего участка памяти, в котором происходили сегодняшние события. Он отчётливо видит генерала, слышит его голос. Перед глазами пронёсся момент, когда Розервен нажимает на кнопку лифта. Резко его потянуло назад в серый туман, и он снова вернулся в явь.
– Всё, что нужно, мы получили. Приступать? – поинтересовался Карло Андолини.
– Немедля, – твердо ответил капитан.
После сказанного все четверо забили пальцами по клавиатурам компьютеров.
Открылась маленькая заслонка корабля, из-за которой выбежали механические мыши, обтянутые кожей. Выползли и другие роботы, имитировавшие тараканов и мух. Мошкара направилась в сторону города. Мыши стали зарываться в песок, копая вглубь к подземному мегаполису, а за ними по вырытым норам пустились вслед тараканы. Мухам был выбран путь в подземелье через воздуховод. Добравшись до бетонного купола города, мыши начали прогрызать в нем дыры, через которые пролезли тараканы. Наткнувшись на первые провода, они впились в них жвалами. То оказался телефонный кабель. Через жвалы стала сканироваться телефонная связь. Сразу же программа начала синхронизировать голос Розервена по базе. Система, обнаружив последний разговор генерала, проиграла его в динамиках компьютера: «Нет, я домой. Завтра выходной, постарайся не тревожить. Конец связи». Следующий таракан впился в другой провод. Это оказалась информационная сеть юнеаней. На мониторе выплыло множество сводок о Розервене. Но о его жилье не нашлось информации.
«Торес, подключись к системам наблюдения», – скомандовал Карло. «Уже. Веду отслеживание его сегодняшнего перемещения от их вождя», – ответил Торес. Спустя десять минут он объявил: «Нашел! Копирую координаты и сбрасываю Ревьеру». «Ревьер, в тот квадрат направь роботов», – дал распоряжение Карло.
Диверсант согласно приказу направил туда механических шпионов. Подлетевшим к генеральскому дому мухам, благодаря встроенной в них оптике, стало видно электрополе, которое не пропускало шпионских роботов к жилью Розервена. Мыши тоже не смогли подобраться, пытаясь прогрызть проход в жилище. Включив инфракрасное зрение, они обнаружили на стенах дома символику непонятного происхождения. Это были какие-то иероглифы, не похожие на остальные, ныне знакомые.
– Это астральная защита. Их глава мне говорил, что обитатели планеты Люмун невероятно сильны в астрале. Видимо, это их символика на стенах, и она защищает. Нужно нам запечатлеть их, – уверил капитан.
– Это ещё кто? – заметил Карло юнеанина, выходящего из дома за пределы защитного поля. – Видимо, охрана. Ревьер, взять анализ ДНК.
После этого приказа муха подлетела к охраннику и ужалила его в шею.
– Давай её обратно. Всех роботов возвращай на корабль. Оставь только тех, что обеспечивают наблюдение.
По прибытии механических шпионов на «Голиаф» Карло Андолини взял муху с кровью охранника и вложил в один из двух отсеков компьютера, в другой вложил чип. Постучав несколько минут по клавишам клавиатуры, он достал микросхему.
– Мы взяли образец ДНК охранника. Эту макромолекулу мы связали с чипом. Он вживляется в спинной мозг, что даёт возможность принимать на время его обличье. Под видом охранника пойду я, – сообщил начальнику Карло Андолини.
– Ни пуха… – ответил Арнаутов.
Торес взял шприц и внес чип в его отсек. Поднёс к шее Андолини, подставив к позвонкам. Нажал на курок. Убрал шприц и подошёл к компьютеру. Нажал на несколько клавиш, и Карло внезапно застонал от боли. Послышался хруст костей, его кожа стала наливаться краской. Андолини упал и начал биться в агонии. Но спустя минуту боль спала, и перед всеми стоял юнеанец.
– Теперь мне надо в город, который на поверхности, достану одежду.
Карло вышел, взяв с собой рюкзак с необходимым инвентарём, и направился в город в пустыне, обойдя патруль у корабля. Зайдя в населённый пункт, он осмотрел первый попавшийся дом. Заглянув через окно, Карло увидел, что, по счастливой случайности, жилище пустовало. Не затягивая со временем, он вскрыл дверь и пустился в поиски одежды. Переодевшись, Андолини выдвинулся в сторону самого высокого здания. Зайдя в него, воспользовавшись воспоминанием капитана, нажал на кнопку лифта. Спустившись в город, он связался ментально с Ревьером: «Веди меня». С помощью своего товарища Карло прибыл к дому генерала.
Отдельно стоявший трёхэтажный дом, покрывал энергетический купол. Диверсант, зайдя за угол рядом стоявшего здания, стал ожидать. Спустя короткий промежуток времени из купола вышел его двойник. Немного погодя, дав ему отойти на нужное расстояние, шпион, достав в левую руку нож, обошел охранника сзади и приставил его к горлу. «Пошли», – басистым шепотом сказал он юнеанцу. Вытащив из кобуры врага пистолет правой рукой, он положил её ему на плечо. В таком положении Андолини с заложником направились в сторону жилища Розервена. Они прошли энергетическую защиту, но три охранника, разговаривающие о чём-то возле входа в дом, заметили их и в спешке стали хвататься за ружья. Карло в доли секунды прострелил двоим голову, а третьему попал в шею. Следующий выстрел был контрольным. Далее, перерезав глотку заложнику, диверсант встал у двери за углом. Тут же раздалась тревога. Не прошло и десяти секунд, как из-за двери показалась вытянутая рука выбегающего охранника с пистолетом. И, воспользовавшись моментом, шпион молниеносно махнул ножом, перерезая сухожилия на запястье руки юнеанца. После, перехватив нож остриём вниз, вонзил его в горло вылетевшего по инерции врага. Не вынимая клинок, Андолини подошел вплотную к умирающему, так, что рука с пистолетом была высунута из подмышки врага, а голова выглядывала из-за его плеча.
Перед ним оказался коридор с четырьмя телохранителями, в чьих руках были пистолеты. В тот момент, когда Карло их заметил, они были на расстоянии трёх метров от него. Началась беспорядочная перестрелка. Все выстрелы, сделанные в шпиона, попали в юнеанца, а Карло, толкая труп и идя по направлению к телохранителям, выпустил все оставшиеся патроны в охрану. Собрав оружие у мёртвых, он подошёл к лестнице, ведущей наверх, начинавшейся за углом слева.
Из-за угла с лестницы сбежал другой телохранитель с выставленным вперёд автоматом. Левой рукой Карло резко отстраняет ружьё, а правой бьёт в кадык, ломая его. От такого юнеанец падает наземь, глотая воздух. Взяв пистолет из-за пояса, шпион делает контрольный выстрел в задыхающегося. Подняв его автомат, Карло подбежал к входной двери и закрыл её на замок, воспользовавшись ключом, который торчал из замочной скважины. Обойдя первый этаж, он закрыл бронированные окна. Поднявшись по лестнице на второй этаж, увидел, что поворот уходил с лестницы влево. Присев у угла перед поворотом на коридор, он завёл автомат за угол и разрядил очередью. В ответ раздались крики и ответные выстрелы в стены и потолок.
Когда наступила тишина, он прошёл дальше, встретив пять мёртвых тел охранников. Проверив комнаты по всему этажу, в одной из них диверсант обнаружил прислугу. Это были три женщины и один мужчина преклонных лет. Они перепугано забились в угол, подобно ягнятам, которых пришли забивать.
Опасаясь наличия свидетелей, Карло достал пистолет и хладнокровно выстрелил в голову каждого из них. Его профессия и опыт не позволяли находить в себе жалость или сострадание. Потому он и был отобран среди лучших для этой миссии.
Выйдя на третий этаж, Андолини увидел пустой, выходящий прямо от лестницы, узкий коридор. В нём было пять дверей. Четыре из них расположены вдоль него, друг против друга. Пятая была в конце и смотрела на выход к лестнице. Достав пистолет и нож, он стал осматривать, что и кто находится за дверьми.
Первые две оказались ванными комнатами. Подойдя к третьей двери, Андолини допустил ошибку. Поторопившись, он сделал громкий шаг, на что в ответ изнутри выбили дверь. От такого удара диверсанта отбросило в противоположную стену, и оружие выскользнуло из его рук.
Из комнаты вышел высокий и крепкий юнеанец, выше двух метров роста, держа в руке ружьё, чем-то напоминающее обрез, которое он нацелил на Карло. Не растерявшись, шпион отталкивается от стены, помогая руками, и прямой левой ногой выбивает оружие у противника, а правой рукой бьёт в челюсть. Далее следует удар охраннику правым коленом в живот.
В ходе драки диверсант не слышит, как открылась четвёртая дверь. Оттуда выходит второй, не меньший в размерах, чем первый, юнеанец с автоматом. Не рискнув выстрелить, побоявшись задеть напарника, он бьёт прикладом по затылку шпиона, потом заводит руки с ружьём ему за голову, ближе к горлу, и начинает душить. Чуть придя в сознание, первый стал бить диверсанта по корпусу. Карло, собравшись из последних сил, выкидывает ногу, попадая в пах телохранителю, отчего тот с рёвом, свернувшись в клубок, падает на пол. Тогда Андолини вырывает обойму из автомата и наносит ею удар за голову, попадая в глаз душащему его врагу. Выпрыгнув из вражеской хватки, он, не выпуская цевьё, разворачивается, чтобы не дать направить в свою сторону дуло, и бьёт в плечевой сустав телохранителю под нужным углом, в держащую оружие руку, выбивая кость из суставной сумки.
Выхватывая заряженный автомат, Карло Андолини разворачивается и нацеливает его на охранника, тянущегося за пистолетом, который выронил Карло. Нажатием курка он вышибает выстрелом телохранителю мозги, из-за чего от головы осталось меньше половины, а на полу образовалось кровавое месиво.
Разворот полукругом – и диверсант жмёт на курок, но автомат внезапно заклинило. Тогда диверсант бьёт дулом в лицо живому телохранителю. От удара он падает так, что его голова оказывается в дверном проёме, из которого тот вышел. Карло ногой наступает на глотку, пытаясь душить его, а рукой хватает дверную ручку и резко закрывает дверь. Андолини бьет его дверью в проёме до тех пор, пока череп не оказывается в размозжённом состоянии.
После этого шпион сел на пол, оперевшись спиной на стену, взяв предварительно пистолет. «Надо передохнуть, – сказал он вслух сам себе. – Так, значит, что мне нужно? У меня в рюкзаке противогаз и граната с усыпляющим газом. Заброшу её в комнату и начну внедрение».
Посидев с полминуты, Карло Андолини достал из рюкзака противогаз и надел его. После взял гранату и установил на ней таймер в две секунды. Чуть приоткрыв пятую дверь, он забросил её в комнату. В дверном проёме сразу же раздались выстрелы. Резкий хлопок. И спустя пять секунд послышались два глухих, тяжёлых звука. Карло встал и зашёл в комнату. То была обычная спальня. Он аккуратно, не показываясь на улицу, открыл окно. Во дворе по тревоге собрались все юнеане в округе.
У кровати лежали генерал Розервен и его жена. Рядом с ними на полу оказался красивый подарочный пистолет с выгравированными узорами. Андолини толкнул ногой его от генерала в другой конец комнаты и прилёг поудобнее на пол. Закрыв глаза, он начал с помощью медитации замедлять биение сердца, вследствие чего уснул. Открыв глаза, Карло поднялся и увидел своё тело, спавшее на полу. В астральном измерении всё было немного иначе. Все предметы становились немного искажёнными6 кривые стены, мебель, даже само пространство искривлялось в чьём-либо взоре. Складывалось мрачное ощущение, ведь в добавок это выглядело в большей степени из всей палитры красок в сером оттенке.
Розервен даже не понял, что заснул, как и его жена. Карло запрыгнул в тело генерала и попал в его сон. Он идёт по пустыне с кожаными мешками к водоёму. «Хм, давай-ка попробуем это…» – подумал про себя Андолини. И на генерала налетел рой мух. Они его кусали, но тот прикрыл лицо своей длинной рубахой и двинулся дальше. «Ну а если так…» – с этими словами Карло наслал новое испытание. Из песка выползла гремучая змея, ужасающе тряся своей трещоткой на хвосте. Но и тут он не растерялся и из-за рубахи достал меч и зарубил змею. «А если твой меч заржавеет?» – ухмыльнулся шпион. И в руках у Розервена оказался ржавый, напоминающий меч кусок железа. Сзади послышался звериный рык. Обернувшись, тот увидел готового к броску льва в десяти метрах от него. Хищник ринулся на генерала и свалил его с ног. Зверь рвёт ему кожу когтями. Вцепившись клыками в руку, он отрывает от него куски плоти. Но и тут промах. Розервен не забыл про ржавый кусок металла в другой руке, которым начал наносить колющие удары в бок и шею льва. Через пару минут битвы зверь убит.
Юнеанец встал и, истекая кровью, направился дальше. Подойдя к воде, он увидел свою жену, которая сидела и роняла слёзы в озеро. Тогда генерал спросил: «Что случилось? Почему ты плачешь?» Диверсант заинтересованно проговорил сам себе мысленно: «Почему у них нет детей?» Генеральская жена тут же по инициативе шпиона задала вопрос мужу: «Почему у нас нет детей?» «Ты знаешь…» – с грустью и какой-то злостью ответил Розервен. Тогда Карло стал говорить, а жена генерала начала дублировать его: «Но я так не могу». «Слушай, ну прости меня! Я сделал роковую ошибку, за которую меня мучает совесть каждый день. Как бы я ни молился и как бы ни делал твою жизнь лучше, мне не становится легче!» – истерично объяснял муж. «Что мне тогда делать?» – огорчённо вопросила она. «Я не знаю. Остаётся только молиться Богу, чтобы Он вернул тебе здоровье после аборта, что я вынудил тебя сделать. Ты пойми же, тогда я был беден, у меня даже не было жилья! Гореть мне в аду за это», – с печалью закончил Розервен и тяжело сел на песок, свесив голову. «Вот оно, твоё дерьмо, с которым ты живёшь! Теперь мне ясно…» – с этими словами Карло тут же наслал новое испытание. «Почему он не плачет, любимый?» – задала вопрос жена. Генерал поднял глаза и увидел, что его супруга держит в руках окровавленный эмбрион. Его пуповина свисала, а дряхлое тельце распласталось на ладони, раскинув в стороны маленькие ручки. Она снова обратилась: «Скажи! Может, возьмёшь его на руки, нашего ребёнка?»
Юнеанин с диким ужасом вскочил и бегом пустился прочь. Но перед ним снова появилась жена с нерождённым ребёнком, смотрящая на него красными, опухшими от слёз глазами. «Ты боишься, генерал? Чего же? Может, тогда сделаем нового?» – с этими словами она сбрасывает с рук эмбрион и делает шаг в сторону Розервена.
Не дожидаясь развития событий, он начинает разворачиваться, чтобы пуститься прочь в противоположную сторону от неё. «Теперь мой черёд», – сказал Карло Андолини.