Оценить:
 Рейтинг: 3.67

Извращенность

Год написания книги
2018
<< 1 2 3 4 5 6 >>
На страницу:
5 из 6
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Двое суток ничто не отрывало Артёма от работы. Приезжали иностранцы, звонили из мэрии, требовали на совещания и семинары, наведывались мелкие прохиндеи, пытаясь заинтересовать глупыми проектами, смысл которых сводился к одному – выпросить фарфор на реализацию без залога или добиться от Артёма поручительства для получения кредита в банке. С иностранцами Артём был любезен, пил кофе, говорил «плиз», подписывал выгодные торговые соглашения. Мэрию и прохиндеев посылал на хрен.

Братва, изрядно потрёпанная тяжелым на руку Кашиным, пронюхав, что Артём остался без милицейского покровительства, зачастила к заводской проходной. Но братки не учли одного – их время безвозвратно ушло, алчный Арбузов уже держал в своих руках золотоносный источник, он успел вжиться в роль хозяина, и у него появилась многочисленная и холённая охрана, готовая сделать для шефа всё на свете (первобытные банды этим товарищам не соперник, их рвут в течение суток, если есть приказ). Артём умел быть щедрым со своими людьми!

Братки, кривляясь и гордо вышагивая (это были, обычно, только отсидевшие и ещё живущие былыми воспоминаниями о бандитском беспределе), королями входили на территорию завода, а потом открывались высокие железные ворота, и их пустые расхристанные старые иномарки туда же вкатывали рабочие в серых халатах. Иномарки сдавали на металлолом, а братков, скрутив тут же, во дворе, убивали молотками. Трупы бросали в емкости с соляной кислотой. Теперь были другие времена, всё-таки 21 век!

Когда исчезли бригады Коростовского и Коли Напильника, братки поумнее, решили, что «Луговский фарфор» не такой уж лакомый кусок, во всяком случае, вокруг существовало множество фирм и предприятий, которые можно было легко «загрузить» и получать отступное в значительно больших объёмах и без опасения за свою шкуру. А новое начальство областной полиции, осторожно познакомясь с Артёмом, на всякий случай перевело его в «авторитетные предприниматели». Придумали же аккуратное название для богатых и приближённых к власти бандюков – авторитетные предприниматели!

Две недели Артём делал вид, что ничего не изменилось – он жил на заводе, ел, пил, спал, иногда спаривался с «подстилками». Кира и Майра названивали ежедневно, и спрашивали, когда потребуются их «услуги». Если Артём хотел, он посылал за девками купленный только что внедорожник «Ниссан-Патруль». Кира быстро научилась всяким б-ским приёмам и уже была не интересна, а Майра кривлялась и не желала делать минет, в остальном вела себя покорной овцой. Артём теперь платил им не так щедро – по пару тысяч за визит, но девки были на крючке, не спорили.

Да, Артём делал вид, что ничего не изменилось, а изменилось главное – уехал Кашин, и это значило, что пришло время избавиться от Анны. Он с самого начала решил, что убьёт её, как только исчезнет опека Кашина.

Совсем недавно Артём нанял на должность главного управляющего, пронырливого молодого парня тридцати двух лет, окончившего Вашингтонский университет. Фамилия у этого вундеркинда, сына областного чиновника с Крайнего Севера, была Огурцов, звали его Игорь Константинович. Само по себе заграничное образование Артёму было до балды. Были две причины. Во-первых, папа-чиновник-вор, пока его не успели вычистить, отрекомендовал Артёму своё чадо, как ловкого менеджера, оплатив назначение мздой в триста тысяч евро. Артём тогда подумал, что триста тысяч ему не помешают, а если сынок казнокрада начнёт применять знания отца, он его всегда успеет унять, всё-таки частная фирма, не государственное предприятие, где тащат все, от генерального управляющего до ночного сторожа и собак.

Итак, парень был красив, высок, умён и обладал обаянием, ему сразу хотелось верить. Плюс, ко всему, высокопоставленный папа-чиновник-вор – это много значит. Очень много. Почти всё!

Во-вторых, этот Огурцов около года проработал замом коммерческого директора на заводе Охтинского фарфора, и провернул там удачные оптовые сделки, сделав хорошую прибыль, долгосрочные контракты и получив солидные премиальные.

Артём сначала не стал баловать вундеркинда. Огурцов в начале месяц проработал замом по поставкам сырья, где проявил необычайную прыть – интригуя и комбинируя, добыл прорву сырья по бросовой цене, удешевив производство.

Убедившись, что завод продолжает работать под руководством Огурцова в прежнем режиме (рабочие почувствовали обратное – в столовой сократили паёк, зарплату задолжали за два месяца), Арбузов направил свою энергию на устранение возникшего противоречия в своей новой богатой жизни. Он хотел разбогатеть ради семьи, но семьи не стало, как только он добился желаемого. А виной всему внезапно проявившаяся распутность Анны! Если устранить Анну, всё вернётся в прежнюю колею – у него вновь появится мир в доме, любовь детей и спокойствие в душе.

Следить за супругой, чтобы не опозориться, не доверил никому – следил сам. Он ещё не знал, как убьёт Анну, но действовать в данном случае требовалось аккуратно – это не бандитов молотками глушить, тут, в случае явного убийства, главным подозреваемым станет он сам – муж. Требовался несчастный случай. Но какой?

Анна довольно близко сошлась с супругой «пляжного короля города» Рогова – этот тип, имея родственников в городской архитектуре и Сбербанке, получил участки прибрежной полосы на местной реке, на льготный кредит насыпал пляжи песком, расчистил и оградил территорию, и стал взимать плату.

Лето стояло жаркое, и все три оборудованных пляжа были переполнены.

Специально для крутых Рогов организовал суперпляж – с белым морским песком. Его жена – тридцатипятилетняя фигуристка блондинка, коротко стриженная и низенькая, волжская немка по национальности – Нора, большую часть времени проводила лёжа на пляжном лежаке. Её обслуживала личная челядь – две девки-массажистки, инструктор – бывшая пловчиха, чемпионка Европы, две официантки и визажистка. Когда Рогова отдыхала на «своём» пляже, туда не пускали никого… кроме Анны.

Артём поражался, как можно целыми днями праздно валяться на солнцепёке? За Анной не водилось такого пристрастия к купанию и загару. Но за ней и похотливости все эти годы замечено не было! И эта пляжная жизнь навела Арбузова на мысль, что его супруге суждено днями утонуть – такое устроить проще простого. Только бы погода не подкачала!

Решив, как она умрёт, Артём испытал некоторое облегчение, словно палач, пребывавший в нерешительности, как проявить своё «искусство» в самый важный момент своего труда. Поняв это, он испытал радостное расслабление. И тут же проявилось деятельное движение – отправил двух парней в ближайший мегаполис за аквалангами и водолазным оборудованием – в городе покупать эти штуки не хотелось, ибо только одна фирма торговала такой фигней, да и то, между делом, и не могла уже год продать единственный акваланг и подводное ружьё с гарпуном. У новой полиции могли возникнуть ненужные ассоциации: утонула жена Арбузова, а перед этим купили акваланг в магазине «Олимп», а до этого целый год не покупали. Требовалось предусмотреть всё, до мельчайших деталей.

Итак, парни укатили на поезде в мегаполис, покупать наборы «юных дайверов», а сам Артём, перебравшись на другую сторону реки, поросшую тополиным лесом, устроил пункт слежения. Река была широкая, около километра, и он взял с собой оптический прицел от любимого карабина «Русь» последней модели. Дорога удачно выходила прямо к берегу. Он приезжал сюда на своём «Патруле» и, сидя в салоне, смотрел в прицел на отдых супруги.

Первые же наблюдения подтвердили самые худшие предположения. Пляж был пуст. Анна плескалась на мелководье. А Нора ( кому ещё быть!) лежала обнажённая прямо на песке, разведя великолепные ноги в стороны и её пялил, потея, противный Коротышка!

Тот самый, что барабанил Анну в бане Кожиных! Вот почему ей так стал нравиться отдых на песочке! Ах, шлюха! И Нору совратила! Артём уже был уверен, что это Анна притащила на пляж Коротышку. Конечно, у этого карлика слоновий член. И яйца огромные. Парню, естественно, тяжко приходится ходить с такими тяжеленными яйцами.

Крестик прицела ползал по заднице Коротышки. Рука Артёма подрагивала. Было бы в руках ружьё, не выдержал, надавил на курок.

Убрав окуляр от глаз, и успокоившись, Артём вновь продолжил смотреть. Как же хороша эта Нора! Вообще, немки необычайно чувственны, красивы и сластолюбивы, для русских мужчин это самая лучшая отрада! Она всегда держит в доме порядок, а все авантюры мужа, обычно, сама и начинает, но ведёт дело так, что все, и муж, и дети, и соседи, и она сама, считают мужа самым главным в их ухоженном и сытом мирке.

Артём тут же подумал, что русскому мужчине иметь жену еврейку тоже полное счастье – всё тоже самое: любовь, уважение, дети-красавцы, все его самодурства принимаются с полной покорностью, только иногда наезжает родня, тоже с полной покорностью, и ты уже весь в деньгах и должностях, которые тебе не нужны. Тут надо иметь особый, сильный характер.

Да, Рогов – рогач! Вон, как Норе нравится соитие с Коротышкой, как она округлила рот, стеная и охая! Рогов рогач на всю катушку! Фамилия даже подходящая: Рогов – рогач! Коротко и ясно.

Артём порадовался, что в руке только прицел, а не ружьё, но пожалел, что это не видеокамера, такую сцену заснять было бы очень кстати, мало ли, что на уме у Рогова! Видно, что при поддержке властных родственников, он идёт в гору, и в будущем, дорожки Рогова и Артёма обязательно пересекутся.

Вон значит как, они ( Артём и Рогов) не спят, не едят вдоволь, в туалет лишний раз боятся отлучиться, терпят до последнего – деньги делают, а жены, вместо благодарности и верности, трахаются с карликами!

Как вот с этим бороться?!

Вернувшаяся из воды Анна, уже жадно припала к члену Коротышки, который был совершенно серьёзен, и давал ей какие-то указания! Ну, и что после этого делать?!

Артём, наблюдая за жадным минетом , со злостью, не замечая, что говорит в слух, твердил:

–Корми её, корми. Может, подавится.

Артём, поотчётливее, навёл резкость. Он читал в одном кулинарном журнале, что употребление перед соитием грецких орехов, вызывает выделение во время оргазма огромного количества спермы, и она получается первосортная – густая, пряная, чисто белого цвета. Карлик, видимо, сожрал этих орехов десяток килограммов – вылил Норе в пасть чуть не майонезную банку белого соуса. Гадёныш.

Коротышка блаженно жмурился, а обе шлюхи – Нора и Анна, торопясь, на пару, делали ему, успокаивающий минет.

Да, такого удовольствия он, Артём Арбузов, никогда не испытывал. И собой не дурён, и, теперь богат, а этот карлик, ничтожество, палец о палец не ударив… Он поплатится за всё! За всё!

Парни вернулись с аквалангами через сутки. Артём выждал ещё день – давили тучи, и мог в любую секунду сорваться тяжелый мощный ливень. Карлик, Нора и Анна, словно чувствуя свою обреченность, превзошли в следующий день сами себя. Артём велел себе, во имя своих детей, забыть то, что вытворяла их мать с Коротышкой, и с Норой….

На другой день была хорошая погода…

Анна утонула.

Аквалангисты, когда она зашла в воду по грудь, рванули её на глубину и держали, пока бедная женщина не захлебнулась. Через два часа после трагедии, Артём велел удавить аквалангистов и растворить трупы в кислоте – палачи-охранники исполнили приказ. быстро и не задумываясь…

Были похороны, слёзы детей, тяжёлая гнетущая обстановка в квартире( теперь Артём приезжал ночевать домой). Расследовать несчастный случай никто не собирался…

Так Артём Арбузов стал вдовцом.

Его архары выследили и похитили урода-коротышку. Его держали в подвале на недавно купленной Артёмом лесной даче – для расправы над ним ему требовался особый настрой, и он ждал, как это делают палачи, предварительно объяснив карлику, что он умрёт и за что.

Шли дни. Огурцов прекрасно управлял заводом, набивая карманы Арбузова звонкой монетой. Артём не скупился, вознаграждая работу управляющего – пятьдесят тысяч в евро, плюс премиальные, служебное авто и квартира в центре. У рабочих, правда, были постоянные перебои с малой зарплатой, ну да, пошли они куда подальше, пусть бы и тростник жрали с глиной, всегда ведь так было! А план, как в СССР – дело святое. Только тогда работяги прибыль себе делали и государству, а теперь только ему, великому Арбузову, которому теперь Россия была по боку – только бы побольше выкачать деньжищ и сбежать в Европу толстосумом. У Артёма теперь были великие планы! Он тоже купит себе замок во Франции, какой-нибудь футбольный клуб и большую яхту… А надо, как мальчиш-плохиш, родину продаст за преуспевание в Европе или Штатах, только бы его приняли в семью богатеев-космополитов! Он уже понял, что для него Россия – ничто, ОН – великая личность, которая может наплевать на Родину и вскормившую его нацию, ограбить свою страну и свой народ, и опираясь на эти капиталы, попытаться влезть в маленькую группку богатых подонков, называющих себя мировой элитой…

Жизнь Коротышки оборвалась в один из дней дождливого октября.

Артём, полным хозяином (походкой на раскорячку), гулял по территории завода, заглядывал в цеха, многочисленные помещения, холодные и тёплые склады.

В одном из больших складов, он увидел молодую кладовщицу, явно замужнюю и детную, с волнующей полной грудью и широкими бёдрами. Он без слов схватил её в объятья, стал целовать. Женщина онемела, вдруг поняла, кто это. В ней оказалась неимоверная сила – она оттолкнула от себя Арбузова, и бросилась бежать.

Он настиг её у самых дверей склада, поймал за руку, рывком развернул к себе, и тут же получил сочную оплеуху –в её глазах светилась ненависть, и яростная решимость отстаивать свою честь до конца.

В ответ, Арбузов сбоку заехал ей ладонью в ухо и завалил на пол.

Он подошёл к ней, ухватил за волосы, расстегнул ширинку своих дорогих брюк, вывалил упругий, пульсирующий желанием, член, и потянул кладовщицу за волосы вверх, намереваясь всунуть ей в рот и принудить к минету. И вдруг задохнулся. Боль, страшная, оглушающая, аж уши заложило, а комок воздуха грозил взорвать легкие изнутри, вихрем пронзила его – женщина двинула его кулаком в промежность.

«Неужели покалечила?», – хватая ртом воздух от боли, подумал Артём, корчась на пыльном полу склада, слушая, как убегает кладовщица…

Он кряхтел минут пять, согнувшись в комок на бетонном полу. Придя в себя, вытерев слёзы, разрываемый злостью (Почему другим всё, а ему ничего?!), вышел к проходной, рыкнул на шофера за нерасторопность, и велел ехать на дачу – он отомстит за себя, отомстит всем и сразу, он лично казнит карлика!

По дороге, проезжая мимо конторы Рогова, красивого здания из тёмного стекла и красного кирпича, велел шофёру притормозить, вышел, огляделся, достал из кармана брюк заранее припасённый мелок, и быстро подойдя к забору из бетонных плит, написал большими печатными буквами: «РОГОВ – рогач!».
<< 1 2 3 4 5 6 >>
На страницу:
5 из 6