– Что, фиалка, уже обижают? – спросил заводила Ландс, заходя в комнату. – Отстой обстановка, но мы это исправим! – проворчал, смерив хмурым взглядом интерьер.
– Нормальная обстановка! – возмутилась, хотя сама еще толком не осмотрелась, прикрыла за собой дверь.
– Где нормальная-то? Глаза разуй! Шторы выгоревшие, ковра никакого нет, кровать, поди, скрипит… – продолжил он осматривать комнату. – Да и соседка. Люси, тебе придется съехать! – сказал он, посмотрев на девушку.
– Но… – попыталась она возразить, а огромные глаза тут же заблестели от слез.
– Никаких «но». И чем быстрее, тем лучше! – наконец-то подала голос Кристин.
– Стойте, есть куда съехать? – спросила посмотрев на несчастную соседку.
– Но тебе же сюда сказали вселяться? – уточнил Кори, наморщив лоб.
– Меня енот только что привел, а Люси сколько тут живет? – спросила, скрестив руки на груди.
– Ой, да ладно, – вздохнула Крис. – Все равно нам учиться в одной группе, давай со мной в комнате жить будешь? – предложила она.
– Я не против, – пожала плечами и направилась к двери, с трудом сдержав облегченный вздох.
Едва мы вошли в апартаменты Крис, как у меня глаза сначала разбежались в стороны, а потом обнялись прямо у переносицы. Все бы неплохо, но! Создалось ощущение, что я попала в музей. Причем какого-то старинного замка…
Вся мебель была украшена искусной резьбой и отполирована до блеска. Белый ковер с длинным ворсом устилал весь пол, на подоконнике стояли нежно-розовые цветы, а шелковые занавески развевались от легкого ветерка, задувавшего в раскрытые ставни.
– Так, ротик прикрываем, – рассмеялся Кори. – Крис у нас роскошь любит, так что не удивляйся.
Он прошелся по ковру, не удосужившись снять сапоги, и плюхнулся на кровать, застеленную покрывалом из зеленого бархата.
– Да, не стесняйся, Кэтрин… – подмигнула мне Кристин. – Проходи, чувствуй себя как дома. А у нас есть для тебя новости!
Она прикрыла дверь, прошла к камину и уселась в массивное кресло, а у меня окончательно отпала челюсть. Чтоб мне так жить в студенческой общаге, ага.
– Слушай, фиалка, тебе придется тут подзастрять… – решил сразу и радикально добить меня Ландс.
Вздохнула, подошла к Крис и аккуратно устроилась в соседнем кресле. Мне уже нравится эта комната, а вот студенты-недоучки нет.
– В каком смысле «застрять»? – спросила, стараясь не злиться и сначала выслушать, что они скажут.
– Дело в том, что мы нашли способ, которым можем вернуть тебя обратно, но на подготовку уйдет от пары месяцев до полугода, – со вздохом признался Кори.
– Что?! – От негодования я едва не подавилась воздухом. – Как это полгода? Меня же за это время сто раз успеют раскрыть и показательно казнить, да такой смертью, чтобы пострашнее! – выпалила, пытаясь сдержать слезы.
– Успокойся, Кэт. Мы все продумали. Я помогу тебе с теоретическими знаниями, а с практическими что-нибудь придумаем! – заверила меня Крис. – Особенно если получится побыстрее избавиться от ректора… Тогда вообще в шоколаде будем!
– Но мы постараемся сделать все как можно быстрее! – предупредил Кори. – Не переживай, всем необходимым мы тебя обеспечим…
– Да вы… Я… А-а-а! – От злости и обиды у меня закончились слова, а предательские слезы все-таки покатились из глаз.
Я вскочила с места, выбежала из комнаты и помчалась куда глаза глядят, а глядели они откровенно плохо. Слезы плюс мое везение равно ректор, едва не сбитый мною с ног.
Вот же… Песец подкрался незаметно!
Артур
Утро вечера мудренее, но только не для студиолухов…
– Хватит, – остановил я заместителя, который вот уже десять минут талантливо песочил этих недоучек, пытавшихся вызвать душу архимагистра Мака.
Рэйн бросил на меня осуждающий взгляд, но замолчал.
– Только не лишайте нас дара! – по новой взмолились девушки.
– Я принял решение, – обвел их хмурым взглядом, – и готов дать вам выбор, – выдержал паузу, чтобы они как следует осознали мои слова. – Варианта у вас два: лишение дара… – Мне пришлось замолчать и дождаться, пока затихнут всхлипы и охи-ахи. – Или весь год после занятий работать в академической столовой. И да, учтите, второй вариант действует строго до первой оценки ниже четверки!
Еще раз окинув восторженно-недоверчивых девчонок суровым взглядом, пригрозил пальцем для убедительности, развернулся и вышел из комнаты, даже не хлопнув дверью.
Сделал несколько шагов и…
На полном ходу в меня врезалась иномирянка. Фу, еще и вся в слезах. Ну и кто уже успел обидеть это недоразумение, хоть и хорошенькое.
– Мисс Кэтрин! – прорычал, придержав ее за талию, чтобы не упала.
– Ой, мамочки… – пискнула она и спешно вытерла слезы. – Извините.
– Я вам не мамочка и даже не папочка. Почему вы тут сырость разводите и в соплях по коридорам носитесь?! – проворчал недовольно.
– Почему вы такой сухарь? – выпалила эта нахалка, враз успокаиваясь.
– Ей-ей, будет драка! – ехидно потер лапки Маршалл.
– Я? Сухарь? – От такой наглости у меня брови на лоб поползли, коркой хлеба меня, еще никто не обзывал.
– Вы! Вас совсем не интересуют окружающие? Что, если у кого-то проблемы? Быть может, кому-то ваша помощь не помешала бы! – выпалила она, беззастенчиво посмотрев мне в глаза. Надо же, даже кулачки сжала.
А я нервно сглотнул. Как можно не утонуть в этих фиалковых озерах? От слез они потемнели и стали похожи на грозовое небо, раскрашенное закатными лучами солнца.
– За мной! – прорычал, скрываясь за раздражением, и отвернулся, чтобы взять себя в руки, пошел к кабинету.
– Я ничего не нарушила, чтобы идти к вам на ковер. – Она гордо задрала подбородок, обошла меня и спокойным шагом направилась прочь по коридору.
Что?! Я был настолько шокирован такой реакцией, что даже не стал ее останавливать, зато смерил суровым взглядом студиозов, собравшихся посмотреть на шоу.
– Ни у кого нет своих дел? – поинтересовался с нотками ехидства и предвкушения в голосе. – Соскучились по внеплановым занятиям?
С удовольствием пронаблюдал, как адепты оперативно разбежались по своим комнатам. Наглой фиалки тоже не было видно.
– И фто, ей эфо фойфет ф фук? – спросил Маршалл, дожевывая непонятно где экспроприированный пряник.
Вот же вороватая натура! Вечно найдет, чем бы полакомиться и что умыкнуть. И ведь не отучишь, свято верит, что берет свое, честно заработанное.