«Привет… У меня все хорошо! Мы веселимся с Ладой! На Фекете просто невероятно!»
«Я рада за тебя, солнышко!»– тут же ответила мама, будто только и ждала от меня сообщения.
Я убрала коммуникатор и пошатнулась, потому что сзади налетела смеющаяся Лада и, задыхаясь от танца, махнула бармену:
– Срочно воды!
– А мне вина!– тут же попросила я.
– Ага, я вижу, и ты проснулась, спящая красавица?– захихикала Лада, косясь в сторону мужчин хомони.
– О чем ты говоришь?– прищурилась я.
– Ну, как красотка проснулась от поцелуя, ты проснулась от одного взгляда принца.
Я поморщилась от нелепости и фыркнула:
– Что за ерунда. И причем тут сказка?
– Это как бы метафора, глупышка,– не успокаивалась Лада и игриво дёрнула бровью.– Твое женское начало пробудилось от одного потрясного мужчины.
– Что ты несешь?– прошипела я, воровато оглядываясь по сторонам.– Что за дурацкие выводы?
– Я видела, как ты смотришь на того хомони в фиолетовой рубашке. А он, между прочим, на тебя!– подмигнула Лада.
Я нахмурилась и сердито потянула подругу за волосы.
– Ты бы кричала ещё громче… Если видела ты, значит, видели и другие… Лада, я нарушила кодекс!
– Если ты еще рядом, значит, этот красавчик не собирается заявлять! Успокойся! Не будь колючкой, прояви хоть капельку интереса, чтобы он нашёл способ с тобой познакомиться.
Я возмущенно прищурила глаза и прошипела:
– Ты выпила лишнего, сказочница! Прекрати! У меня такое ощущение, что все вокруг нас слышат.
Лада засмеялась в ладошку и ещё хитрее посмотрела на меня.
– Вот ты никогда не интересовалась реальной жизнью, но вскоре тебя коснётся вопрос брака. Неужели тебе не хотелось бы, чтобы тебя выбрал самый лучший мужчина? А хомони – это отличный вариант! Может, у него найдется знакомый, который выберет меня…
Я надула губы и отвернулась к своему бокалу вина. Я не считала себя совсем уж наивной девочкой, которая не интересуется ничем, кроме микробиологии, но ведь мне нравился Пауло, чем он плох?
А Лада тем временем продолжала:
– Здесь столько возможностей показать себя, чтобы на бал прибыло как можно больше родителей перспективных женихов.
– Но от них ничего не зависит,– уверенно мотнула головой я.– Всё решает семья.
– Сыновья могут повлиять на мнение родителей,– сказала Лада таким тоном, будто открывала страшный секрет.– Как мало ты знаешь о порядке заключения браков.
– Конечно, ведь о деталях говорит комиссия в день двадцатилетия. Откуда же мне знать? Да и не до того мне…– отчего-то начала сердиться я.
– Не будь занудой! Улыбайся!– растянула пальцами мои щеки подруга и чмокнула в нос.– И пошли танцевать, не зря же я тебя так наряжала!
Она снова потянула за руку. Я сознательно опустила голову и пошла за Ладой, ворча себе под нос:
– Да, учитывая, что я сама выбрала свой наряд, твои заслуги очевидны…
– Ворчунья,– смеясь, обозвала Лада.
– Сама только недавно упрекала за Пауло, а теперь ищешь мне нового жениха?
– Ну, так на Пауло у тебя глазки не горят, а на этого… Прямо у-ух!– заметила она.– Я тебя такой еще не видела …
– Глупости,– возразила я, но смущенно улыбнулась. А сама высматривала среди толпы фиолетовую рубашку. Так хотелось снова увидеть эту открытую… мягкую улыбку. И страшно этого боялась…
После нескольких композиций Ладе захотелось освежиться, и она выбежала на несколько минут. В этот момент в зале как раз заиграла спокойная музыка, а мой взгляд сам собой устремился на тот столик, где отдыхал известный хомони. Место было словно намагничено.
Но я разочаровалась, когда не обнаружила там ни его, ни тех, кто был с ним. Стало так грустно. Я даже не знаю, как его зовут, откуда он прилетел или жил на Кетаре. И впервые сожалела о существовании такого глупого кодекса, который не позволял мужчине и женщине заговорить друг с другом без всяких ограничений.
– Ты что такая расстроенная? Тебе невесело?– вернулась неунывающая подруга.
– Просто замечательно!– уронила голову на барную стойку я.
– Надо еще выпить вина, и полегчает,– пропела Лада.– И сейчас еще одно шоу будет… с огнем… Оно интереснее, чем воздушные танцоры…
Именно я в нашей компании совесть, а двигатель – Лада. Но сегодня мной как никогда управляла какая-то неизвестная сила, и я легко поддалась на уговоры подруги.
Шоу с огнем началось, и мы подошли ближе к центру зала. И оно действительно было потрясающим. Вокруг раздавалось столько восторженных вздохов и возгласов. А к окончанию представления я снова поймала себя на том, что ищу в толпе того самого мужчину, но не нахожу его.
Я оглянулась на себя в зеркальную колонну, посмотрела на новую прическу, на красный топ, который всегда нравился у Лады, и почему-то ощутила досаду. Я не могу понравиться тому, кому хочу, и будущее кажется каким-то нерадостным.
Когда мы вернулись к бару и выпили еще вина, я обвела зал быстрым взглядом и снова заметила хомони и его компанию за тем же столиком. Перестав опасаться, что вызову чье-либо осуждение или предупреждение, я стала посматривать в ту сторону чаще. Ничто больше не интересовало так, как этот мужчина.
«Что так привлекает в нем? Сама не знаю… Он красив, как и большинство хомони, высокий, с благородной осанкой, но есть и еще что-то, что так притягивает: какой-то природный магнетизм. Не знаю… во взгляде, улыбке, в движениях или еще в чем-то…»
А потом он вдруг оглянулся, и наши взгляды вновь встретились. Теперь уже это было очевидным: он тоже сдерживался, чтобы не смотреть на меня. Ведь по кодексу мужчинам запрещалось провоцировать женщин на недостойное поведение. Тем не менее они почему-то имели право на нас смотреть сколь угодно долго…
Дыхание заблудилось в легких, я почувствовала, как кровь прилила к щекам, и мгновенно отвернулась в противоположную сторону, чтобы не задохнуться от волнения. Округлив глаза, я посмотрела на Ладу, а та вопросительно подняла брови.
– Знаешь, я, кажется, сделала много глупостей сегодня. Давай уйдем?
– Каких, например?
Я зажмурилась и глубоко вздохнула, но воздуха все равно не хватило, чтобы избавиться от того напряжения, которое образовалось в легких.
– Кажется, неприлично долго рассматривала одного хомони,– прошептала я.– Боюсь, что при выходе отсюда, мне все-таки зафиксируют замечание.
– Ты про того самого хомони говоришь?– спросила Лада, осторожно скользя взглядом по залу.