Лада уже знала, что хотела, и ей не составило труда найти подходящий наряд, даже не требовался совет матери. Я же находилась в замешательстве и совсем запуталась в желаниях. Мне трудно угадать с цветом, длиной и аксессуарами. Хотелось выбрать потрясающее платье, чтобы выглядеть как настоящая девушка, а не сорванцом в юбке, и тогда непременно появится тот, кого вопреки условностям хотела увидеть на балу.
Из торгового центра я вышла довольной собой и моими советчицами. Платье, которое я выбрала, действительно не купить на Тоули и тем более в Кане. Этим же вечером Светлана отправила моей маме снимки нас с Ладой в платьях для бала. Мама была в восторге! Когда я отправила снимок Пауло, он долго не отвечал, но потом просто связался со мной и наговорил целую кучу комплиментов.
Еще счастливее я стала оттого, что этой же ночью, когда совсем не спалось от эмоций за все эти дни, мы с Ладой занялись поиском информации о семье Босгордов. Из того малого, что нашли в открытом доступе, выяснили, что распорядителем бала в этом году станет не кто иной, как родной дядя Макрона Босгорда со стороны матери, – Нулан Бюен Сакатр Гарб, имя которого я сразу вспомнила из разговоров родителей.
В оставшиеся дни на Кетаре я больше не видела Макрона Босгорда, но что бы ни делала, с кем бы ни познакомилась через Ладу и ее родителей, и даже в новых удивительных городах Сумати и Бастере – все мои мысли были об этом необычном мужчине. Мне хотелось о нем думать, надеяться на встречу, представлять, как познакомимся, просто вспоминать его изумительные глаза и улыбку. И честно сказать, все время ждала его появления, искала знакомый силуэт в прохожих, высматривала всех хомони, но… не находила.
По пути домой в Кан охватила такая грусть, что я почти не отходила от иллюминатора. Космос немного рассеивал мысли и успокаивал. Я думала о том, а услышал ли он мое имя, когда Лада его так громко называла, а запомнил ли, а найдет ли он меня и как это сделает. Но у хомони были свои преимущества: они могли пользоваться А-сетью практически неограниченно. Особенно члены такой известной семьи. А потом огорчилась от мыслей, что Макрон не оказался таким же сообразительным, как Пауло, и не придумал способа познакомиться со мной. Неужели я нисколько его не заинтересовала? С другой стороны, он был явно взрослее меня, поэтому его могла не интересовать девчонка.
Светлана и Борис недоумевали о том, что со мной происходит, и все время пытались отвлечь, разговорить, но я лишь оправдывалась, что грущу по Кетаре и по открытому космосу, в который еще неизвестно когда попаду. А Лада предательски напомнила, что я получила направление на КНИС, а значит, после экзаменов смогу туда отправиться. Я недовольно покосилась на нее и снова растворилась в мыслях о хомони.
На выходе из челнока в порту Кана и по дороге в шаттл Лада чуть отстала от родителей и задержала меня.
– Послушай, Дари, я вижу твое настроение. С тобой такого не бывало.
– Да всё у меня хорошо,– с натянутой улыбкой ответила я и тоскливо прижалась головой к плечу подруги.
– Я тебя прекрасно понимаю. Я хоть и без умолку трещу о муже хомони, сама не очень-то верю в это… Или дело даже не в вере, а, скорее, не строю ожиданий. Это очень хорошо, если меня выберет хомони, но если нет, то уж среднее сословие мне обеспечено,– Лада манерно закатила глаза и хмыкнула:– Ну не могут же меня не выбрать в первый или, на худой конец, во второй раз!
– Конечно не могут!– горячо поддержала я и отстранилась.
Лада всегда добивалась своего, и я не сомневалась в её личном успехе.
– И ты не строй ожиданий. У тебя есть Пауло. Но даже если не он,– Лада на секунду заколебалась, а потом продолжила, но уже в своём шутливо-издевательском тоне,– тогда я не знаю, кто осмелится выбрать сорванца себе в жены. Так что лучше никому не соваться на торги!
Я покачала головой на иронию, но чувствовала признательность за заботу. Лада хоть иногда чересчур резко шутила, но всегда стояла горой за меня.
– Спасибо за совет. Всё вроде бы не так уж и страшно. Ничего, собственно, и не случилось,– размышляя, проговорила я.– Но почему-то чувствую себя так неуютно. Раньше все было как-то определенно. Я не очень-то задумывалась о будущем браке. Пауло и я все решили. И вдруг… не знаю… засомневалась, что ли, что все это правильно… Может, все должно быть не так?
Лада пожевала нижнюю губу, потом остановилась и внимательно посмотрела на меня. Лукаво улыбнулась, пожала плечами и сказала:
– А кто знает, как должно быть? Я думаю, все решится на балу. А до этого надо сдать отчетные экзамены и начать подготовку к итоговому тестированию, поэтому твоя голова сейчас должна быть занята этим…
– Очень странно!– нахмурилась я и заключила лицо Лады в ладони.
– Что-о?– смутилась она.
– Ты ли это? Может, кто подменил на Кетаре?– улыбнулась я.– Ведь это я совесть нашей компании.
Лада рассмеялась и обняла меня.
– Ну кто-то же должен мыслить рационально, когда у одного из нас голова отключается из-за красавчика хомони.
Я тоже рассмеялась. Стало легко и спокойно. Наверное, атмосфера Кетары повлияла на восприятие своей обычной жизни. Там все было по-другому. А здесь… в Кане всё размерено, у всего есть свой порядок и место…
– Эй, дорогуша, мы не пропадем!– встряхнула за плечи Лада.– Ты, главное, не ожидай многого от того хомони. А то, знаешь ли, красавчики быстро меняют свои симпатии. Забудь о нем, о бале, о браке. До всего этого ещё уйма времени.
Вернувшись домой из порта, я уже пребывала в своём обычном настроении, а путешествие на Кетару стало, как невероятно реалистичный сон, отлично сохранившийся в памяти и отчасти на коммуникаторе. Был выходной, родители и сестры встретили меня с необычайной радостью. Я и сама не знала, что так соскучилась по всем, и по мелким пакостницам тоже.
Ещё пять дней каникул я посвятила исключительно зубрению кодекса хомони. Я должна его сдать во что бы то ни стало без единого минуса. Мне нужна идеальная характеристика в базе невест. А потом вспомнила о Пауло и засомневалась: «Хочу ли я, чтобы он был единственным, кто подаст на меня заявку. Совсем не хочется рисковать. Пауло выберет меня любую, но его родителям будет приятнее получить в семью девушку с отличными результатами в обучении. В семье Лодаро очень уютно и тепло. Они замечательные! Интересно, а какие хомони семья Босгордов? Как бы я чувствовала себя с ними?»
Но вскоре и эти вопросы постепенно выветрились из головы. Началась учеба. Я вернулась в привычный круг однокурсников и друзей.
Каждые несколько дней учебы завершались экзаменом по какой-то дисциплине. Первым и самым волнительным стал экзамен по кодексу хомони. Но, к собственному удивлению, я с легкостью сдала его без единого минуса. Это настолько ободрило, что остальные пять прошли незаметно, будто очередное занятие. Впрочем, как и всегда, ведь на протяжении всех трех лет учебы по итогам каждого полугодия я была отличницей. Погрешность в минус один балл три раза за все время не считалась, а минус семь при тесте по кодексу аннулировалось отличной сдачей главного экзамена, результат которого фиксировался в истории гражданина[21 - История гражданина – все основополагающие события в жизни каждого гражданина на планетах альянса хомони, записанные на чип контроля как характеристика личности.]. Я уже чувствовала себя вполне успешным новоиспеченным исследователем, который вот-вот займет достойное место среди коллег. И была еще одна маленькая надежда, которую я тайно лелеяла, на то, что через несколько дней на балу все же удостоюсь внимания семьи, сын которой часто появлялся в моих снах.
За день до бала невест те девчонки колледжа, которым надлежало обязательно явиться на мероприятие, получили выходной для подготовки. У нас с Ладой уже все имелось для выхода, а Лю Мин до сих пор не могла подобрать украшения для платья. Даже те, которые мы привезли ей с Кетары, не годились. Кажется, Лю Мин переживала больше нас с Ладой. Поэтому сегодня мы отправились в Тоусэл, где завтра состоится бал, где ювелирных мастерских больше двух.
Обойдя несколько мастерских, Лю Мин так и не нашла ничего подходящего. Мы с Ладой недоумевали, что же ей нужно.
– Ну всё, я буду самая некрасивая,– поникла Лю Мин.
– О-о-о!– выдохнула Лада, закатывая глаза и потирая переносицу. Она терпеть не могла пессимистические настроения.– Чем тебе не нравится то, что мы привезли из Фекета?– а затем наклонилась к моему уху и прошептала:– Уверена, ее мать снова сказала «фи» на наш подарок.
– Родители сказали, что они не подходят к платью. А вы же знаете, что я не могу пойти против их воли…
– Рабство давно отменили!– проворчала Лада.
– Ага, на Земле, – усмехнулась я.
– Я и так не слушаю их во многом, но в таких мелочах стараюсь не возражать, чтобы не накапливать раздражения,– оправдалась Лю Мин.
– Так ты что, снимок каждого украшения, которое сейчас смотрела, отправляла маме на одобрение?– возмущенно округлила глаза Лада.
Лю Мин только с сожалением пожала плечом.
– Отлично! Пусть тогда сама выберет,– и Лада отвернулась к витрине последней мастерской, которую мы нашли в Тоусэле.
Лю Мин совсем расстроилась и прислонила голову к моему плечу.
– Если ты ослушаешься маму, ты не нарушишь кодекс хомони,– осторожно сказала я.– Давай сейчас выберем то, что тебе по душе? Или вовсе ничего не покупай. Простота не признак отсутствия вкуса.
– От кого я слышу!– усмехнулась Лада.
– Так говорит Светлана,– ответила я.– И мне кажется это справедливым. Я вот вообще ничего не понимаю в этих штучках… Главное, чтобы ничего лишнего не было.
– Лю Мин, иди сюда и примерь вот это,– настойчивым тоном сказала Лада и поманила рукой.
Как только Лю Мин посмотрела на то украшение, на которое показывала Хворостова, ее глаза тут же засияли.
– Ух ты!– восхитилась она и заторопилась к витрине.
– Вы идите, а я куплю в соседней палатке по пакетику фруктов. Хочется чего-нибудь вкусненького,– улыбнулась я и вышла на улицу.
Напротив мастерской стояла торговая палатка. Выложенные на подносах сезонные ягоды и фрукты манили сочностью и яркостью. Я обошла вокруг и остановила выбор на ягодах, а затем попросила торговца наполнить порционные пакетики ассорти, потому что выбрать какой-то один вид не смогла.
Когда оглянулась на витрину, то все еще видела, как Лада что-то доказывает Лю Мин, а та с сомнением вертит в руках коммуникатор.
– Ну давай же,– нетерпеливо послала я Лю Мин,– хоть раз не слушай маму!