– Сновард?!– с восторгом закончила я, остановившись и округлив глаза.
– Да, он самый,– горячо закивала Лю Мин.
– Бес меня раздери, с кем я связалась? С фанатичками микробов!– шутливо проворчала Лада, закатив глаза и коснувшись переносицы двумя пальцами.
– Ты ничего не понимаешь,– засмеялась я.– Он же курирует всю научную деятельность в области медицины и микробиологии.
– Вот за кого тебе надо выйти,– заговорщически подмигнула Лада.
– Почему это ей?– шутливо возмутилась Лю Мин.– Я тоже им восхищаюсь!
– Боюсь, что нам обеим можно не фантазировать на его счет,– усмехнулась я и стала загибать пальцы:– Он хомони, он член высшего совета и он в браке!
– Какая потеря для нас!– притворно горестно вздохнула Лю Мин и захихикала в ладошку.
– А кто здесь еще интересный?– Лада снова обратилась взглядом к залу.
– Кхелан Бюен Гот Босгорд – сестра Нулана Гарба, например,– остановилась Лю Мин у окна и аккуратно указала взглядом на балкон.– И самое удивительное, ее семья в полном составе! Похоже, они тоже подыскивают невестку.
От прозвучавшей фамилии сердце вытолкнуло слишком большую порцию крови, что щеки вмиг потеплели. Взгляд забегал в поисках точки опоры, но диваны или кресла на балу специально не предусматривались: невесты должны были непрерывно дефилировать по залу. Я взволнованно вздохнула, поднесла ладонь ко лбу и, прикрыв ею глаза, взглянула на балкон сквозь пальцы.
В черном костюме, в белоснежной сорочке, гладко причесанный у висков, с улыбкой, едва тронувшей уголки губ, с высоко поднятой головой у ажурных прозрачных перил стоял Макрон Босгорд. Рядом с ним стоял мужчина чуть ниже и уже в плечах, но почти его копия. Оба смотрели своими огненными глазами в нашу сторону.
«Что он тут делает?!»
Я сглотнула так громко, что девчонки обернулись. Я тут же опустила глаза, слегка отвернулась к окну и обхватила пылающие щеки ладонями. Вопросительный взгляд подруг вынудил солгать:
– Что-то мне жарко. Нам в сок ничего не подлили?– улыбка получилась фальшивой, я это и сама прекрасно понимала.
Лада, не поднимая головы, мельком посмотрела на балкон и, вновь вернувшись ко мне, играя бровями, лукаво улыбнулась:
– Интересно, что они тут делают?
– Не знаю. Это не запрещено. А может, потому что они все организаторы бала,– размышляла Лю Мин, тоже обратившая внимание на балкон (а мы ведь так и не сказали ей, кого встретили в Фекете).– Кстати, у Босгордов два сына, которые еще не в браке. Но одному еще и двадцати одного нет, а второму двадцать семь.
– Кому?– насторожилась я.
– Кто из них старший? Надеюсь, не тот бесенок, который взглядом ни одной юбки не пропускает?– скривилась Лада, продолжив осторожно наблюдать за хомони на балконе.
– Тот, что ниже, кажется, Ликрос Босгорд – младший. Такой красавчик,– вздохнула Лю Мин, будто давно влюблена в него.
– Откуда ты знаешь?– взволнованно спросила я.
Лада хитро прищурилась, понимая мою заинтересованность в этом вопросе, и поддержала:
– Да, откуда?
– Стояла рядом с родителями, когда они с семьей Кааф обсуждали семью Босгордов. Только вот не поняла, почему у нори Босгорд две фамильных печати?– недоуменно пожала плечами Лю Мин и многозначительно посмотрела мне за спину.
Лада тут же непринужденно взяла меня за руку и повернула в обратную сторону. Когда я посмотрела в том же направлении, то недалеко от нас увидела несколько семей хомони и среди них ту, о которой мы и говорили. Она стояла с другими женщинами хомони и всем своим видом будто заявляла о своем высоком положении. Я не видела лица Кхелан Босгорд, но и со спины разглядела, насколько это красивая женщина. Ее потрясающее золотое платье было расшито сверкающими камешками, пышный подол стелился по белоснежному глянцевому полу. Она была стройной и высокой, иссиня-черные волосы уложены в высокую прическу, открывая изящную шею. Плечи и руки обнажены, гордо являя всем фамильные печати, слегка присыпанные золотой пудрой. Осанка и движения нисколько не указывали на то, что ей далеко за пятьдесят.
– К ней даже подойти страшно,– прошептала я, вспоминая, что хотела узнать, какие родители у Макрона: ничего общего с Лодаро. Рядом с такой особой засомневаешься даже в том, насколько ты правильно дышишь.
Я отвернулась и посмотрела на свое отражение в окне: никогда еще так не переживала за то, что о моей внешности подумают другие, но сейчас хотелось быть уверенной в своей привлекательности, что выгляжу, как подобает и соответствую самым высоким требованиям любой семьи… что нравлюсь ему…
Взгляд снова скользнул к балкону: Макрон все еще находился там и теперь уже, несомненно, смотрел на меня. Я смущенно отвернулась, понимая, что опять нарушаю приличия, но не могла ничего с собой поделать. Хотелось думать, что Макрон не зря прибыл на бал. Что он искал меня! Это, конечно, недостижимая мечта, но она такая сладкая, что невозможно от нее отказаться. И сердце каждый раз замирает, когда в мыслях проскакивает: «А вдруг…»
–…печать на каждом плече… Они неодинаковые. Такое может быть?– услышала я от Лю Мин, когда вернулась к девчонкам: они все еще обсуждали Кхелан Босгорд.
– И ты еще называешь себя отличницей?– усмехнулась Лада.
– Я тоже не помню,– со стыдом призналась я и оглянулась, чтобы рассмотреть овальные печати на плечах этой высокородной хомони. Но она стояла к нам спиной, и я видела лишь часть серебристых линий на обеих руках и то нечетко из-за золотой пудры.
– Добрый день, нори и хорды!– неожиданно прозвучал громкий женский голос откуда-то сверху.– Я Сандая Коен Жадайн – распорядитель бала.
Музыка стихла. Все обратили взгляды на главный балкон. В его центре стояла высокая блондинка в длинном черном платье с пышными бантами на плечах. В черных длинных перчатках в сеточку она держала визор.
– Рада приветствовать вас на ежегодном балу невест и особенно юных дебютанток,– она радушно улыбнулась, а затем посмотрела на хомони, который стоял рядом.– Представляю вам учредителя бала – Нулана Бюен Сакатр Гарба – члена высшего совета и главнокомандующего военного флота альянса, которому мы и обязаны великолепием приемного зала и парка, а также подарками для наших прелестниц, которые будут вручены по окончании бала при выходе.
Рядом с блондинкой стоял хомони, одетый в черный форменный пиджак с гербом рода на лацкане и с наградными знаками на плечах, и вежливо улыбался. А его светящиеся огненно-алым глаза внушали беспокойство.
– Позвольте поприветствовать вас, юные дебютантки, и, конечно же, вас – родители обеих сторон,– глубоким гортанным голосом произнес Нулан Гарб.– Я вижу в зале невероятно красивых девушек. Надеюсь, что семьям женихов повезет с выбором так же, как когда-то повезло мне,– тут он тепло кивнул женщине – хомони, стоящей за его плечом, вероятно, своей жене и продолжил:– Разрешите открыть бал и давайте же познакомимся с девушками!
Зал взорвался аплодисментами. Я же снова украдкой посмотрела в ту сторону балкона, где стоял Макрон. Его там уже не было. А потом мой браслет, врученный при входе в приемный зал, слегка засветился, как и у девчонок. Это отвлекло меня вспышкой волнения.
– Итак, девушки, прошу вас обратить внимание на ваши браслеты, которые укажут очередь для выхода на подиум,– вновь вступила блондинка.– Ждем первую дебютантку, прошу…
В зале снова послышалась музыка. Все опустили головы и стали продвигаться к подиуму в другом конце помещения. Кто-то наоборот занял место у стен, чтобы не толпиться вместе со всеми.
Я нашла глазами родителей и мягко улыбнулась маме. Она выглядела спокойной, может быть, поняла, что не все так страшно, как казалось.
– До нас еще далеко,– заметила Лада, взглянув на свой браслет, а потом и на мой.
– А мне скоро,– взволнованно проговорила Лю Мин и поправила колье.– О-о, Кхелан Босгорд уже у подиума. Она точно хочет устроить брак сына.– Кстати, Лада, что там с печатями? Ты не договорила…
Мне стало грустно и досадно от одной мысли, что семья Босгордов может выбрать невесту из гамони или хемани. Но я утешила себя тем, что мы с Макроном и не были знакомы, а мое отношение к нему не означало взаимности. Выбор очевиден – Пауло. На душе стало как-то пусто.
– Эй, ты чего такая унылая?– легонько толкнула локтем Лада.
– Волнуюсь перед подиумом. Я на каблуках не ходила со школьного выпускного,– на ходу придумала я и вяло улыбнулась, а потом тут же сменила тему:– Так что там с печатями?
– Сдала экзамен по кодексу и все забыла!– возмущенно засопела Лада и притянула нас обеих ближе к себе.– Хомони имеют право получить вторую фамильную печать в повторном браке с себе подобными. А у нори Кхелан Босгорд первый муж погиб через девять лет после брачной церемонии.
– Откуда ты столько знаешь об их семье?– я удивленно посмотрела на Ладу, ведь она прекрасно знала, как интересуюсь Босгордами, но ничего мне не рассказала.
– Потому что брат ее второго мужа некий Брадос Пэн… бес его… Босгорд служит в конструкторском корпусе…. По сути, он начальник моего отца… ну, через десятую ступень вверх… Вчера папа немного рассказал об их семье.
– Так он их знает?– воодушевилась я, понимая, что это шанс быть представленной Макрону Босгорду и узнать, наконец, что между нами может быть.