Запах судьбы
Анастасия Борисовна Плеханова
Если вам интересны истории из жизни простых людей, если вы хотите отдохнуть душой, то эта книга точно для вас: во все времена людям были интересны люди – с их ежедневными заботами, с горестями и радостями, любовью и дружбой, предательством и интригами. Возможно, в ком-то из героев вы узнаете себя или тех, кто живёт рядом с вами. Книга живая, как сама жизнь. Она о людях и для людей. Каждая строчка бережно лечит душу и наполняет теплом. Настя Берестова – девушка из глухой деревушки. Она примеряет на себя четыре роли: внучка, дочка, жена, мать. Трижды в её жизнь врывается любовь: первая – от Бога, вторая – от дьявола, третья – от людей. Несмотря на все испытания, Настя не растеряла внутреннего света, не разочаровалась в людях. Она находит в себе силы жить так, чтобы искры не гасли. Героиня верит в судьбу и умеет слышать её запахи. Познакомьтесь с ней и посмотрите на жизнь её глазами.
Анастасия Плеханова
Запах судьбы
1. Пепел воспоминаний
Судьба пишется кем-то на рассвете, когда мудрый воздух пахнет ветром и свободой. Тот, кто сидит на краю рассвета, записывает в бесконечную книгу судеб самое главное.
А что для человека главное? Сложно сказать; у каждого – своё. И разве можно считать одно событие главным, а другое – нет? А ведь без него, без этого, пусть и маленького, невзначай произошедшего события, не сплетётся всё мудрёное полотно жизни. Кто-то возразит: всё же есть такие стежки, поворотные, исключительные моменты, на сто восемьдесят градусов меняющие судьбу. Можно сколько угодно спорить, выдвигать всевозможные теории, но одно объединяет всех спорщиков: главное – это сама жизнь.
Потом жизнь превращается в воспоминания и хранится в тайниках души. Кто-то недоумённо пожмёт плечами и удивится: «Жить воспоминаниями? Зачем? Кому они нужны? Разве что писателям. А так… что в них толку? Только душу травят». А другой возразит: «Как? Без этих островков памяти нет и не может быть человека. Лиши его памяти, и он потеряет себя. Решено: воспоминаниям – быть!»
Место, где ты был счастлив, люди, с которыми разделил счастье, остаются в памяти навсегда.
Пепел воспоминаний то и дело будит нас по ночам. Становится тревожно. Это чувство не даёт душе угомониться. Порой чудится, что в далёком прошлом осталось незаконченное дело, и мы силимся вспомнить, что же забыто. С тоской оглядываемся по сторонам – где ответ? Иногда мы вспоминаем.
Сложнее воскресить запахи прошлого. Они неуловимее и хрупче, чем сама память. Но если вдруг мы случайно улавливаем родной запах – запах воспоминаний, сердце с болью замирает, и мы наслаждаемся каждой струйкой аромата.
Вот было бы здорово прятать запахи детства, счастья, любви и бесконечной свободы в крохотные скляночки, откупоривать их и безмятежно, с упоением вдыхать и думать… Думать о главном!..
2. На скамейке
– Ну, здравствуй, Серёжа!
Так говорила молодая красивая женщина. Ей было двадцать с чем-то лет, ближе к тридцати. Тёплый, лучистый взгляд карих глаз и сдержанная полуулыбка словно подсвечивали усталое лицо, а лёгкая морщинка на лбу, похожая на кривую с бумажной ленты кардиограммы, завершала образ и придавала лицу спокойный оттенок величавой строгости. Тёплые пальцы левой руки держали коричневый стаканчик с кофе. Женщина лёгким движением свободной руки убрала прядь с лица (волосы были аккуратно уложены, но ветер озорно играл с ними). Спокойно, с наслаждением отпив кофе, женщина прищурила глаза и задумалась. Затем, словно проснувшись, она вздрогнула, перевела дыхание и, посмотрев на что-то прямо перед собой, грустно улыбнулась:
– Твой любимый. Помнишь?
Никто не ответил. Неподалёку скорбно заскрипели петли старой калитки: подул майский ветер. Пахло свежей, весенней, проснувшейся землёй.
– Ты любишь кофе, ну и свою работу. Вот такая нелепость… Да… Я где-то слышала, что бывает три вида любви: одна – от людей, другая – от дьявола, третья – от Бога. А у тебя только кофе и работа, – незнакомка потрогала рукой букетик нежных незабудок, купленных у тётушки-торговки и теперь лежащие рядом на скамейке.
Нежные губы вздрогнули, но женщина продолжала удивительно прямо держать себя. Со стороны она походила на античную статую. Спокойная и задумчивая…
…Красивая незнакомка – это я. Это моя история. Всё, что я опишу дальше, произошло со мной на самом деле. О себе я буду писать в третьем лице, как сторонний наблюдатель, чтобы спокойно и непредвзято оценивать прошлое и себя в нём. Мне так удобнее разобраться в себе.
Я оставлю своё имя, а имена остальных персонажей (почти все) и географические названия изменю. Мне так угодно. Я не преследую цели кого-то обидеть или кому-то что-то доказать – нет. Я люблю людей, люблю наблюдать за ними; их судьбы, их чувства мне интересны. Правду говорят, что каждый человек – это книга, а книги я люблю больше всего на свете. Зачем я пишу свою? Просто мне есть, что сказать (да простит мне читатель мою болтливость и откровенность).
Мне нужно нырнуть в прошлое, чтобы раз и навсегда отпустить его и расправить крылья.
Когда-то я была жизнерадостной и беззаботной. У меня был талисман – моя улыбка. Простая и искренняя.
Светлая девушка, душа нараспашку. Это поразило его.
Он без спроса ворвался в безмятежность моей жизни. Подобно преступнику, выбрал жертву: хотел подчинить себе мою волю. Удалось ли ему это?
Итак, господа, начнём…
…Молодая женщина посмотрела на его фотографию, которую всегда носила с собой, задумалась и с расстановкой произнесла:
– Да, любить ты не умел. Хотя…
Сидя на скамейке, незнакомка попыталась вспомнить, с чего всё это началось.
3. Берестовы
В непростое для великой страны время в никому не известной деревне (дадим ей название Мелёхино), в сосновом царстве на свет появилась она, крохотная, обычная девчушечка. Чем она отличалась от других? Внешне – ничем. Зато она чувствовала запахи судьбы: вдыхая воздух, слышала и то, что недоступно другим. Она видела неповторимые узоры человеческих душ: лучистые и мрачные, тёмные и с тихим светом добра. И это вовсе не выдумка. А ещё у неё был важнейший дар – идти по жизни с улыбкой.
Настенька. Такое сказочное имя дала мама дочке:
– Пусть твоя жизнь будет счастливой, похожей на сказку.
Да, малышка родилась в поистине сказочное время, ещё при царе Горохе. Тогда Советский Союз, подобно старому-престарому деду в дырявых сапогах, заштопанных шерстяных носках, в поеденной молью меховой шапке, портках с заплаткой и заношенном, тонком, как марля, пальто, доживал свои последние денёчки, с горечью и тоской вспоминая, каким молодым и могучим он был. Безвозвратно уходила сложная, неоднозначная, но, несомненно, великая эпоха.
Начинались проклятые «святые девяностые». Страна утопала в голоде и разрухе. Зарплаты выплачивались плохо. В стране был дефицит. Магазины встречали покупателей почти пустыми полками, с которых сиротливо поглядывал немногочисленный товар, а наши мамы выстаивались в длинные очереди за куском хозяйственного мыла и за крупой.
Когда в деревни привозили сыр и масло, это было настоящим праздником! Вкуснейший аромат переносился из колхозного правления в дома. Из сыра порой выковыривали синие пластмассовые цифры и отдавали детям, мол: «На, играй».
Хоть порой приходилось сложно, но жизнь продолжалась, появлялись новые семьи, рождались дети.
Роман Берестов рос без отца, но с детства имел мужской характер, спокойный и вдумчивый. С детства любил читать – не каждый филолог прочитал за свою жизнь столько книг, сколько прочёл их Рома. С его-то головой нужно было учиться в институте, но рядом не было человека, который поддержал бы его, а без помощи ох как сложно. Даже мальчикам. Роман выучился на электрика, а потом ещё оказалось, что у него талант к печному делу. Наша страна вообще славится талантами-самоучками. Самородками! За долгие годы он освоил много полезных специальностей, где только ни поработал. После училища Роман служил три года на подводной лодке. С особенным удовольствием вспоминал, как они с ребятами играли в футбол на Северном полюсе. Когда он рассказывал о службе, у него горели глаза!
Потом Роман познакомился с Ольгой. Олька, Лёля, Лёлик.
Ольга Матвеевна на тот момент была учителем математики и физики, а также занимала должность директора, жила в общежитии. Выучиться на учителя ей помогла старшая сестра. Раньше ведь как было? Выпускников школ оставляли работать в колхозах – никуда не отпускали, и большее, о чём можно было мечтать, – это о местном училище. Тётя Катя подошла к директору школы и сказала:
– Людмила Ивановна, пусть Оля едет поступать в институт. Здоровье у неё слабое, не сможет она в колхозе работать. Мы с братом и так тут остались, пусть хоть у кого-то из семьи будет высшее образование.
Директор прислушалась к словам Катерины и отпустила Ольгу поступать в педагогический. Так Оля и стала учителем.
В магазинах, значит, в те годы – хоть шаром покати, поэтому Ольгина свидетельница Люся привезла роскошное свадебное платье с Украины, со своей родины. А потом невеста поехала на экскурсию в Германию (давно откладывала на поездку деньги) и купила туфли. Она ни про кого не забыла – всем привезла заграничные подарки.
Коричневый свадебный костюм жениху сшил однорукий портной, талантливый мастер. Его работы славились на всю область.
Свадьбу отметили с размахом – такое в те времена, а особенно в провинции считалось редкостью.
Молодой семье дали жильё в деревне Мелёхино. В самом Мелёхино не было ничего примечательного и замечательного – деревня как деревня, не хуже и не лучше других, а вот сосновый бор, который был за рекой, поражал богатством и величавостью. Поселились молодожёны в двухквартирном деревянном доме – такие постройки называли бараками; между домом и дорогой красовалась ухоженная поляна.
Так было у молодой семьи Берестовых. У соседних домов трава выкашивалась редко, а помои выливались тут же, с крыльца. Высокая культура!
Ольга ждала ребёнка. В глубинке ни о каком УЗИ раньше не слыхали, но молодая мама точно знала, что у неё родится Настенька.
– А вдруг будет не девочка, а мальчик? – спрашивали у неё.
– Нет, у меня точно будет Настенька, – спокойно возражала Ольга.