«И прииде к брату своему к Володимеру, и яко полезе в двери, и подъяста его два Варяга мечи под пазуси, Блуд же затвори двери и не дасть по нем внити своим; и тако убиен бысть Ярополк».
Иначе говоря, Ярополка заманили в Родне в палаты, закрыли за ним дверь, чтобы тот не смог вызвать подмогу, и двое варягов зарубили князя мечами. Примечателен факт: по версии летописца некто Варяжко (т. е. молодой варяг) заблаговременно предупреждал Ярополка о засаде и советовал ему призвать печенегов на подмогу, но тот к совету не прислушался. Из чего следует очевидный вывод: у Ярополка с печенегами были хорошие отношения, князь мог рассчитывать на их помощь… предварительно пройдясь огнём и мечом по их территориям. К отторжению этого вздора я, впрочем, уже подготовил вас, дорогой читатель, десятком страниц ранее (события 978 года). Выйти из этой нелепости можно, на мой взгляд, только предположением о текстовой замене понятий хазары на печенеги, и о чём уже шла речь.
Ничуть не горюнясь потерей брата, победитель объявил Грекиню – секс-партнёршу Ярополка с так и невыясненным в Летописи именем – своей женой, при этом та была уже «непраздна», то есть беременна от Ярополка. Вполне возможно, что Владимир надолго не откладывал сексуальную утеху с очередной пассией, и организовал её в своём фирменном стиле ? la Рогнеда: изнасиловав оную в лужах крови только-только убитого им брата Ярополка.
Затем летопись говорит об усыновлении Владимиром сына Ярополка, хоть и без энтузиазма:
«Володимер же поя за себе жену братню Грекиню, и бе напразда, от нея же родился Святополк. От греховнаго бо корени зол плод бывает, понеже была бе мати его черницею, а второе, Володимер не по браку поял ю за себя; прелюбодеиц убо бысть, тем же и не любяше его Володимер, зане от двою брату и отцу».
Вопросы к учителю
Выходит, что летописец заранее предвосхитил окаянную суть Святополка: мол, от греховного корня и плод греховен, так как мать его была черницею-во-грехе (монашкой-греховодницей), да и Ярополк был «прелюбодеицем», за что, оказывается, Владимир и не любил его никогда, в отличие от своего отца и второго брата[36 - Сочетать в одном фрагменте летописи описание текущего события и оценку крайне отдалённого его следствия – фирменный стиль всех летописцев (и не только русских!). Иначе говоря, некоторые фрагменты Национальной летописи России представляют собой сочинения на вольную историческую тему. Точную долю таких фрагментов можно определить только лингво-математическими методами, применение которых станет доступно лишь после перевода на современный русский всех древних литературных памятников. Но этим не занимается никто.].
Известен культ в православии первых на Руси канонизированных святых, подло убиенных сыновей князя Владимира Бориса и Глеба; отстроены десятки церквей их памяти. Но почему-то о Святославе, в 1015 году также погибшем от рук окаянного Святополка, РПЦ не скорбит. Почему? Не потому ли, что тот был сыном Владимира от второй Чехини, прото-католички, жены № 4 гарема князя, то есть был исходно не православным, пестуя до поры до времени римскую веру, то есть до времени крещения скопом всех детей Владимира митрополитом Михаилом в 989 году? Выходит, что для РПЦ ближе по духу были Глеб и Борис, исходно мусульмане, сыновья князя от Булгарыни-мусульманки, жены № 5 Владимира, чем исходно прото-католик Святослав, погибший от руки изначально прото-православного Святополка, но также, как и братья, быв уже как 26 лет прото-православным перекрестом?
При этом автор летописи постоянно переносит нормы чина церкви и правил РПЦ своего времени в древность, про 1054 год размежевания церквей забыв напрочь. Что значит «не по браку брал»? На мой взгляд, у монаха Селивестра, – похоже, главного редактора Никоновской летописи, – смешались в голове все времена в одну точку, и, держа перед глазами обряд христианской свадьбы XVI века, монах просто перенёс грех несоблюдения такого обряда в X век! Если с колокольни нашего времени квалифицировать ситуацию, князь де-факто проживал с монашествующей проституткой, да и ещё без штампа ЗАГСА (свят! свят!). Интересно, а с остальными жёнами своего гарема как Владимир оформлял супружеские отношения до христианизации Руси? А после смены веры, и уже не с пятью, а с шестью жёнами? И какие именно христианские каноны, где, когда и кем прописанные допустили многожёнство новоявленного христианина?
А шесть жён князя Владимира – это, случайно, не дежавю шести жён царя Ивана IV? Согласен, предположение смелое. Но «следствие» обязано рассматривать все версии.
И ещё. Если придерживаться логики летописца, что «от греховного плода и плод греховен», то Владимир никак не мог по сценарию РПЦ стать лидером нации и основателем новой веры, так как был рождён вне брака, во грехе, от никак не оформленной связи князя Святослава и рабыни Малки. Или же придётся признать, что московский поп, писавший летописные строки, находился под сильным впечатлением истории из еврейского Талмуда, по версии которого богом христианства стал плод любви престарелого извращенца Иосифа и парикмахерши-проститутки Марии. Более достойный пример для подражания было ему найти, наверное, трудно; в итоге на одной доске оказались и Христос, и князь Владимир! По происхождению. Каково!
Но когда в Москве появился первый грамотей, умевший читать на иврите? И когда появился в России Талмуд? Скорее всего, при Иване III, при этом точно известно имя грамотея – Михаил Триволис (Максим Грек), выпускник католической «академии» Рима, Афонского православного монастыря Ватопеда и одной из Крымских синагог, где он стажировался аж три года. Так когда было реально сочинено жизнеописание князя Владимира?
Кроме того, из истории с Грекиней следует, что в X веке, то есть в конце уже десятого столетия победного шествия по земле христианства, на занятие проституцией монашкам религиозного запрета в Царьграде не было, как, впрочем, и на сексуальное разгулье нравов в православных монастырях и в России в последующем. Что подтверждается очень продолжительной монастырской практикой: митрополит Макарий даже в XVI веке был вынужден исходить грозными словесами в адрес настоятелей некоторых монастырей, не безвозмездно предоставлявших келии в аренду счастливым парочкам с полным комплектом бордельных услуг, осуждая также практику повального смешанного населенства тех монастырей, состоявшего и из мужчин, и из женщин.
Например, под 1528 годом в Летописи по Воскресенскому Ново-Иерусалимскому списку говорится:
«А прежде бо сего в тех монастырех жили игумены и черницы, и архиепископ же повеле отвести игуменов в мужския монастыри, а черницам вдасть игуменьи, благочиния ради».
А когда во времена правления Василия III силовым методом монашек и мужиков в рясах владыка Макарий и, но уже затем, также и опричники царя Ивана IV разделили по углам, живущие в молитвах стали рыть подземные ходы меж монастырями: например, в Суздале такой тоннель между мужским Спасо-Евфимиевым и женским Александровским монастырями (700 метров!) бабёнки прокопали вчетверо длиннее, чем мужики встречно. И ведь туннели сопряглись, копатели не промахнулись! Удивительно! Прямо-таки маркшейдеры в рясах, а не монахи.[37 - Эта история рассказывалась всеми экскурсоводами Суздаля, но только во времена СССР. Ныне на неё наложено табу.] На то похоже, что своего мужа надоумила закрыть гнёзда разврата на Руси Софья Палеолог, которая насмотрелась на эту повальную содомию в Риме.
Меж тем, христианская парадигма монаха-летописца «от греховного плода и плод греховен» конвертировалась потом в другую: сын отвечает за отца. И разве не она же оказалась в фундаменте евгеники, так «успешно» взятой в обойму идеологического оружия Третьего рейха? И получается, что именно этому учит иудохристианство?
Княжение Владимира в Киеве. Начал с обмана
В лето 6488 (980). Продолжение
После убийства Ярополка цель была достигнута: Владимир таки сел на «монаршую табуретку» в Киеве, и наступила для него пора платить по счетам. Акцентирую ваше внимание, читатель: до этого момента никаких вопросов о выплате наймитам «зарплаты» не возникало. Следовательно, между князем и членами ОПГ был уговор об оплате их услуг только по аккордной системе: берём Киев – плачу, не берём – не плачу.
Сразу бросается в глаза, что речь летопись ведёт только о расчётах князя с варягами с земель саксов и полабских славян. Получается, что каратели, нанятые Красным Солнышком из племён чуди, кривичей и словен, своими жизнями рисковали исключительно из альтруизма. Просто замечательно!
Понятно, что, нанимая бандитов «за морем», князь наобещал им с три короба. И вот теперь заморские крестоносцы предъявили Владимиру счёт:
«Сей град наш, мы приахом его, и хощем имати окуп на них, по две гривны от человека»,
т. е. более трёх сотен граммов серебра с каждой киевской головы – неплохие были аппетиты у варягов! Но выходит по тексту, что стоимость их услуг по «договору подряда» не была согласована заранее, и не князь назначил цену, а бандиты заявили ему свои условия. Кто кем командовал в этой дружине крестоносцев? Кто кем руководил? Или всё же – не руководил, а урководил? И почему плата варягам была распределена на всех жителей Киева (по сути дань), а не являлась заботой только казначея князя? Разве горожане желали смены власти Ярополка? То есть в отличие от всех городов Древней Руси Киев никогда не был вечевым городом?! Или же горожане таки противились переменам и потому должны были за своё упрямство и верность Ярополку расплачиваться? Видимо, именно за эти «удовольствия» они потом возлюбили Владимира немыслимой любовью, позволив ему и древних идолов своих сокрушить, и церковной десятиной себя обложить, и общие налоги ввести с каждого дыма, и много чего ещё они ему позволили, «с радостию».
Владимир – вот же бестия! – меж тем начал водить наёмников за нос, обещая собрать эквивалент суммы платежа кунами (связками мехов). Примечательно, что в те времена и позже меха добывались как раз чудью, словенами и кривичами, которых князь, как говорят сейчас, вообще «кинул». Тогда какова была изначальная цена его обещаниям варягам? Как и всегда, Владимир всех обманул!
Месяц шёл за месяцем, но «зарплату» варяги так и не получили. Бандиты возмутились, подняли бучу, и Владимир был вынужден рассчитаться с частью из них (очевидно, с командирами) натуральной выплатой – своими городами, а части варягов (рядовым бойцам) князь твёрдо пообещал гешефт через проведение зачёта дани Царьграда Киеву в их пользу, – вроде как вексель выписал:
«И избра от них мужи добры и храбры и мудры, и раздаа им грады; а прочии же идоша в Греки к Царьскому граду».
С тем Владимир и отправил обрадовавшихся рядовых членов своей ОПГ – получается, «не добрых, не храбрых и не мудрых» – в столицу Восточной Римской империи, но отписал царьградским подмётное письмецо вслед: мол, идут к вам головорезы за частью якобы моей дани, что я им наобещал; так вы постарайтесь их рассредоточить и в город не пускайте:
«но расточи их разно, а семо не пущай ни единого»,
то есть ухайдакайте их поодиночке! Каков подлец! Руками союзников решил расправиться с кредиторами!.. Впрочем, мы же ведь помним, что Владимир был неграмотен? А так как и его окружение в отсутствие клириков было неграмотным, то кто и как ведал делопроизводством в Киеве?
Крайне непонятны в этом фрагменте летописи два обстоятельства. Во-первых, зачем князю было нужно отдавать варягам города, терять контроль над территориями и лишаться и движимого (для него в одном ряду: коровы, куры, крестьяне), и недвижимого (дома крестьян и их земли) имущества, если у него в кубышке должно было быть полторы сотни тонн серебра (sic!), которое в качестве дани прихватили морпехи Киева в Царьграде поколением ранее? Тут нужно ещё вспомнить, что серебро было тогда много дороже золота. Куда эти 156 тонн серебра испарились из Киева?
Не менее непонятно и второе: причины, по которым бойцы иных племён – чуди, кривичей и словен – также принимавших участие в штурме Родни и в оккупации Киева, свои права? на вознаграждение Владимиру не предъявляли. С чего бы это вдруг у них возник такой овечий синдром? Чтобы этот вопрос замять, летописец просто молча «испарил» их с последующих страниц летописи. Навсегда.
Раздача чернозёмов варягам. Ну прямо как на Украине сегодня!
Заметка по поводу раздачи русских земель и городов лидерам варягов.
Представьте, пожалуйста: какой-то грязный, никогда не мывшийся зловонный бандюга, стоя перед воротами деревни-крепостицы, голосит, что, мол, здесь он, на самом деле, проездом, а едет он вообще-то на свою родину, на земли будущей Германии, к семье. Но крестьяне расслабляться не должны, и им надлежит раз в квартал отправлять за тридевять земель телеги, гружёные предметами его окормления, по списку. Можно ли найти хоть одну причину, по какой язычники, жители свободного русского города-деревни с вечевыми традициями, должны были горбатиться на иностранца-христианина? И почему все подконтрольные князю поселения летописец вдруг именует городами, то есть в древности – укрепрайонами? Но чему у археологов свидетельств нет.
Через сколько минут этого оболтуса деревенские парубки вздёрнули на берёзе? Я догадываюсь через сколько. А вы? Похоже, что монахи-летописцы забыли, сколько недель маленький Козельск сопротивлялся десяткам тысяч монголо-татар, которые хотели того же, что и этот вонючий гнус.
Со сколькими же ещё нестыковками логики мы встретимся?!
Вы ещё не устали? Тогда в путь!
Поругание Коллегии богов Руси изначальной
Продолжил свои первые сто дней княжения в Киеве Владимир тем, что поставил на уже давно намоленном славянами месте изваяния Перуна – «древяна, а главу его серебряну, а ус злат» – и его коллегии: «Хорса, Дажба, Стриба, Симанрьгла, Макоша».
Очевидно, что князь не впервые поставил идолов, а принципиально изменил вековую табель о божественных рангах. Дело в том, что культ Перуна как верховного бога, чем-то смахивающего на Зевса или Одина, возник, по моему убеждению, много позже, а в X веке все населенцы Северного Ведического пояса, включая и жителей земель у Янтарного моря (племена балтов), почитали Мать Землю (Макошь) и Коллегию Её богов, причём много сотен лет до обсуждаемых событий! Летописец упомянул Перуна как верховного бога, сообразуясь, как я уверен, с табелью о рангах среди сонма ведических богов, известных в Кремле к моменту написания этого фрагмента летописи, то есть к XV–XVI векам, но никак не в X веке! С другой стороны, летописец (как и обычно) просто забыл, что писал двумя страницами ранее: в Договоре с Царьградом отец Владимира ещё в 971 году божился:
«да имеем клятву от Бога, в него веруем, в Перуна и в Волоса скотиа бога…».
То есть изваяние Перуна, получается, стояло в Киеве уже во времена Святослава! Тогда какой толк был в замене прежнего славянского пантеона, в замене изваяния одного Перуна другим изваянием того же Перуна? Речь же не идёт о поновлении идолов, так как изваяние «поизносившегося» Перуна без какого-либо уважения к Верховному богу не могли просто взять и выбросить в Днепр! И не только в Киеве. Речь идёт о демонстративном сносе прежних богов! Где одной из главных целей был, на мой взгляд, «лишний» бог Велес, бог достатка, но, по совместительству надзиратель за исполнением законов и договоров. То есть речь шла и об упразднении головной боли всех князей Киева, бога Велеса, по верованиям славян надзиравшего за справедливостью? Кому в Киеве нужна справедливость?
В том же 980 году
Владимир «посади Добрыню в Новегороде дядю своего, и прешед Добрыня к Новугороду, постави Перуна кумир над рекою над Волховом». После чего князь полностью переключился на решение внутренних проблем.
Вопросы к учителю
Кадровое назначение дяди Добрыни – очень интересный факт при той памяти, что у Святослава ни братьев, ни сестёр не было, он был единственным ребёнком в семье и, соответственно, у Владимира – сына Святослава – никаких дядей и тётей по линии отца не могло быть в принципе! Откуда же взялся этот персонаж? Да по женской линии, из дворни, из холопов, то есть из рабов: Добрыня был братом ключницы Малки (Малуши), рабыни княгини Ольги, матери Владимира. А поскольку Владимир был сам бастардом, то есть рабом половина на половину, то что ему стоило возвести холопа Добрыню в старшие среди дружинников Киева?! Из мести за свой статус рождения, наверное. Правда, непонятно как вооружённые до зубов суровые наймиты-саксы и бандиты с земель лютичей согласились получить в управление своей ОПГ какого-то гражданского, да ещё и раба?
Спросим себя: а как новгородцы среагировали на назначение над ними Добрыни, если учесть, что им на княжение был поставлен холоп (во-первых), которого (во-вторых) в традициях вечевого строя никто из них не выбирал, и (в-третьих) раб родом был из города-конкурента Пскова?[38 - Похоже, что отношения Новгорода с городом-конкурентом наладились только с приходом там ко власти князя Довмонта (†1299), за которого новгородцы выдали замуж внучку Александра Невского.]
Понятно, что к рабу на Руси относились отнюдь не как в Риме, не как к instrumentum vocale, то есть по-Аристотелю не так, как к «неодушевлённому предмету, обладающему лишь способностью к речи», – но не до такой же степени, чтобы холопа можно было безропотно принять на высшую административную должность в вечевом городе! Или эта традиция такая на Руси: ставить туповатых «кухарок» во главе государства?
Сколько времени такой назначенец прожил бы после узурпации должности князя, и особенно после того как он снёс всех традиционных идолов в воды Волхова? А ещё очень интересно узнать: до зверств Добрыни жители Новгорода какую веру исповедовали? Какому богу (богам) поклонялись? Если не Макоши и Коллегии её богов, то кому? Разве в городе до прихода киевлян уже не было славянского капища, уставленного многочисленной компанией изваяний ведических богов? Разве лик «председателя» коллегии новгородских богов не стоял на почётном месте со стародавних времён в центре «хоровода» Хорса, Дажьбога, Стрибога и Семаргла? Что конкретно рушил Добрыня? А что предложил? Какой «хоровод» идолов взамен? С каким обоснованием? И разве князь Святослав, контролируя некогда и Новгород также, не позаботился о том, что бы на городском капище в лидерах был Перун?