Никита сразу расстроился, он понял, что оставаться она не собирается. Хотя сам еще твердо не решил, насколько сильно этого хочет. А Алина продолжила:
– Ты знаешь, у меня есть одно желание. Хочу, чтобы ты сварил мне кофе. Кофеварка жива еще?
Теперь Никита расстроился. Кофеварка была жива, но пользовался он ей редко, кофе пил растворимый, а молотого в доме точно не было. В чем он и признался Алине.
– Что ж, – развела она руками. – Будем сидеть на сухую. По крайней мере, до того момента, пока я не плюну на все и выпью вина. Хотя замерзла и такое странное желание к тому же имею.
Последняя фраза прозвучала несколько двусмысленно, но Никита поднялся с дивана и решительно сказал:
– Магазин недалеко, сбегаю и куплю кофе. Тут у нас, выбор неплохой, кстати.
– Я помню, – Алина улыбнулась. – Но к чему такие жертвы?
– Не люблю разговоры на сухую. Короче, возражения не принимаются. Жди.
Никита решительно встал и начал быстро одеваться. Куртка, ботинки, шапка. О том, что опять забыл шарф, вспомнил лишь в лифте. На улице похолодало, ветер усилился и швырял в лицо холодные снежинки. Магазин и правда был рядом, за углом, но сначала надо было выйти с огороженной территории, потом обогнуть двор и дом, и только потом, перейдя еще одну дорогу, ведущую к соседним домам, можно было оказаться у магазинной двери. В супермаркете Никита взял две пачки разных сортов кофе, немного постоял в очереди и двинулся к выходу. По улице он практически бежал, было холодно и неуютно и хотелось скорее вернуться домой. Или к Алине?
В подъезде возле лифта он увидел спины двух мужчин, уже нажавших кнопку вызова. Вообще-то здесь было два лифта, но второй хронически не работал. Никита на всякий случай бросил взгляд на него: кнопка не горела, значит надо успеть и ехать в кабинке втроем. Впрочем, это мелочи. Лифт, вероятнее всего, шел с верхних этажей, поэтому Брагин успел спокойно встать за спинами мужчин и даже чуть-чуть отдышаться. Впрочем, не до конца. Дыхание еще оставалось прерывистым. Кабинка, наконец, приехала. И все трое зашли в лифт.
– Вам какой? – спросил один из попутчиков высоким неприятным голосом и повернулся к Никите.
Высокий плотный темноволосый с черными глазами и такой же бородкой. Брагин почти моментально вспомнил о том, что говорил ему Русаков. Его даже в жар бросило. Надо узнать, кто они, в какой квартире живут, пронеслось у него в голове. В этот момент Никита даже не думал, зачем ему это надо.
– Последний, – хрипло выдохнул он. – А вам?
– Десятый, – ответил мужчина и нажал кнопку. В этот момент и второй молча повернулся к Никите. Тоже высокий, приятной внешности с русыми волнистыми волосами, гладко выбритый. Брагин лихорадочно размышлял, что ему делать. Между тем лифт пополз вверх. Никита лихорадочно задышал и начал оседать по стенке.
– Что с вами? – встревоженно сказал бритый. – Вам плохо?
Никита выждал паузу как раз до того момента, когда лифт затормозил.
– Ничего, пройдет …, наверно…, воды, если можно….
Створки распахнулись, спутники уже вдвоем с тревогой смотрели на Никиту:
– Идти можете?
– Да, – прошептал он и отлип от стенки, шагнув на лестничную клетку.
Они вышли за ним.
– Сейчас, пойдемте с нами, – брородатый показал вперед и достал ключи. Они подошли к двери, и Брагин сфотографировал в голове номер квартиры – 53.
Он открыл дверь. Они вошли и Никита, не спрашивая разрешения, шагнул за ними. Щелкнул выключатель, перед его глазами предстала довольно большая почти пустая прихожая с встроенными шкафами. Возле входа стоял пуфик.
– Присядьте здесь, – сказал бородатый. – Вам не лучше? Может отвезти вас в больницу?
– Нет, дайте воды, и я доберусь… я ж здесь живу.
Бритый тем временем прошел на кухню и принес Никите чашку воды. С кухни через коридор проникал свет. Дверь еще в одну комнату была приоткрыта, и Брагин заметил неясный отблеск от включенного монитора. Он выпил стакан воды, чувствуя, что ему, правда, жарко и хочется пить.
– Спасибо, лучше уже, – сказал Никита, – Я болел недавно, и вот слабость осталась. Случается. Пойду я.
– Вы уж берегите себя, – сказал, хмыкнув бородатый. – Долечивайтесь.
– Спасибо еще раз, – Брагин поднялся и пошел к двери.
Оставшиеся четыре этажа он прошел пещком. Не торопясь, восстанавливая дыхание. Ключ в двери провернулся почти не слышно. Он толкнул дверь. Алина сидела за одним из его компьютеров и всматривалась в какой-то текст.
– Я вернулся. А ты поработать решила? – громко сказал он.
Алина вздрогнула и резко нажала мышкой на крестик. Текст исчез.
– Нет, – сказала она. – Просто в Интернет захотела зайти, новости посмотреть.
– Посмотрела?
– Нет. Передумала. Никита, ты извини, я пойду.
– А кофе? – он сам почувствовал, насколько глупо прозвучал вопрос.
– В другой раз, – ответила Алина и пошла к двери.
Глава пятнадцатая
– Давайте начистоту, – сказал Русаков. – Да, я приглашен Тонковидовым, чтобы помочь ему выиграть выборы и стать губернатором. Не знаю, если честно, насколько хорошим или полезным для области губернатором он будет. Он мне платит, да, но дело не в этом – он мой школьный товарищ, ему нелегко, и я хочу ему помочь. Еще могу сказать, что государственный интерес есть в том, чтобы именно он стал губернатором. Это для вашего или моего успокоения. Все. Больше мне сказать нечего.
Евсеев усмехнулся, откинулся спиной и прижался к стенке, слегка прищурив глаза. Начал говорить после паузы:
– Вижу, что ты честен со мной. Вернее, откровенен. Мне, если честно терять нечего. От дел отошел, а от политики всегда надо подальше держаться. Так что, с одной стороны, зачем мне все это надо. А с другой…дочка вот говорит, что ты хороший человек и тебе надо помочь. Так?
– Да, – Оксана кивнула. – Ты можешь.
– Детям свойственно преувеличивать возможности родителей, – продолжил Евсеев. – Ну, ладно, давай поговорим, что ли. Так, что тебя интересует?
– Местные элиты, – сказал Ростислав.
– Сложно говоришь, – Евсеев опять хмыкнул. – Короче говоря, есть группа лиц, которые хотят этой элитой быть. Тот же губернатор бывший Данилов Григорий Иванович, хозяйственник крепкий. Так их называют. Мой ровесник, кстати. Шестьдесят пять ему, а на пенсию отправили. Обидно. Но думаю, подставили его – капнули, что он родственника своего, Цветкова, выдвигает. Покойного. А сейчас Цветкова нет, и он опять может вернуться, Григорий Иванович-то. Как тебе моя версия?
Евсеев засмеялся.
– Вы это о чем, Георгий Васильевич? – спросил Русаков, хотя прекрасно понял, на что намекает его собеседник.
– Да, слухи ходят разные. Но продолжим. Ты мэрией интересовался. Так вот, мэр наш Сакуляк вроде как хозяйственник, таких сейчас любят. В системе ЖКХ долго был, потом выдвинули. Но кто его знает. Дело в том, что мужик он амбициозный. Это раз. И понемногу своих людей везде ставит. Он вроде с губернатором бывшим и дружил, в контрах не был, но все равно это второй полюс. Хотя есть люди, которые и там и тут успевают. И еще важный момент – с Ветровым он дружит. Слыхал о таком?
– Нет.
– Видишь, как много ты еще у нас не знаешь, – Евсеев опять хмыкнул, – Есть такой Ветров Виктор Геннадиевич. Бывший криминальный авторитет, потом депутат, потом владелец гостиниц и ресторанов. Умный мужик и осторожный. Но бандит…