И ушла. Русаков, не глядя засунул бумажку в карман, посидел молча несколько минут, потом позвонил Катину.
– Заходи, – отреагировал тот. – По-быстрому. Сам понимаешь.
Да, день тяжелый, думал Русаков, проходя недалекий путь по коридору. Еще недавно ему было тяжело находиться в Москве, в собственной квартире, а сейчас он не дома и положение вообще непонятное. Впрочем, не хуже губернаторского, усмехнулся он про себя.
– Короче, пробили твоего жителя нехорошей квартиры. Вернее, владельца. Действительно, может быть интересно. Смирных Эдуард Павлович, руководитель аппарата главы города. Живет он там или нет, не знаю. У него в собственности еще домик за городом. Коттеджик.
– Что за человек?
– Не знаю. Сорок пять лет. Русский. Не судим. Больше пока не знаю.
– Значит, мэрия? – спросил Ростислав.
– Мэрия – не мэрия, – Сергей Сергеевич скривился. – Не строй из себя детектива. Посмотрим. Кстати, парень твой из столицы когда приезжает?
– Сегодня днем. Скоро уже, – Русаков посмотрел на часы.
– Спрячь его у себя на квартире. Как только момент выдастся – пообщаемся.
– Ага. – Ростислав встал и уже от двери задал вопрос. – Чуть не забыл. Эксперты дали заключение о смерти Цветкова?
Катин внимательно посмотрел на него:
– Даже два.
– И что?
– Какое правдивое, хочешь спросить? Оба….Отравили его. Только пока никому об этом. Вообще никому.
В одиннадцать началось прощание с Цветковым. Ростислав сидел в кабинете и ждал звонка от Антона. Но первым позвонил Шкадов.
– Приехал я. Что дальше?
– Привет. Сейчас я отдам ключи охране. Скажешь, свою фамилию, ключи заберешь и езжай ко мне на квартиру. Там жди. Адрес напишу. Администрацию области найдешь?
– Обижаешь. Я сыщик все же, какой никакой.
Русаков успел только отдать охране ключи и записку, поднялся к себе, как зазвонил внутренний.
Помощник Тонковидова пригласил его в приемную.
Там уже были замы губернатора. Ростислав только успел поздороваться, как из кабинета вышел Антон. С грустным лицом, поджатыми губами. Исполняющий обязанности натянул на себя маску скорби. Он оглядел собравшихся и на выдохе произнес:
– Ну что ж, пойдемте…
Все гуськом вслед за ним вышли из приемной. Ростислав шел в хвосте цепочки. Уже в коридоре к ним присоединился Катин. Так процессия проследовала длинными коридорами в большой зал, по центру освобожденный от стульев. Посредине в открытом гробу лежал Цветков. Ростиславу никогда не доставляло удовольствие рассматривать мертвых, поэтому он больше рассматривал окружающих. А Тонковидов вообще стал меньше ростом и как-то сморщился. Чувствовалось, как тяжело дается ему эта церемония.
И все же он взял себя в руки, подошел к вдове, что-то сочувственно говорил ей и детям покойного, еще каким-то родственникам. Через несколько минут начались речи. Опять выступил Тонковидов, затем бывший губернатор Данилов – большой мужчина с седой головой и густыми кустистыми бровями, затем худощавый и даже изящный в очках с золотой оправой мэр Сакуляк. Русаков оказался в первом ряду и поэтому не смог толком рассмотреть всех людей, пришедших на церемонию прощания. Изредка он скашивал глаза и видел только людской монолит из темных костюмов.
Говорили о том, как много покойный сделал для области, о том, каким прекрасным семьянином он был. Ни одного слова, ни одного намека на какой-то криминальный характер случившегося произнесено не было.
На кладбище было очень холодно, и Ростислав не мог понять, то ли так похолодало, то ли это особенность всех кладбищ в зимний период, независимо от их местонахождения. А в ресторане было столько людей, что он просто не мог уследить за всеми. Русаков плюнул на все и опрокинул пару рюмок водки. Его немного отпустило, но в то же время он почувствовал усталость. «Слабак! – подумал он, – Какой же я слабак!». Потом он вспомнил, что на квартире его ждет Шкадов и посмотрел на часы. Было уже почти три. Он подумал, что надо ехать общаться с Дмитрием, хотя больше всего хотелось спать. Потом посмотрел на Тонковидова, сидящего наискосок от него. Видно было плохо, но Ростиславу показалось, что тот тоже очень устал. Русаков выбрал момент, встал и направился к Катину. Тот вообще сидел в другом конце стола. Ростислав наклонился к нему:
– Сергеич, мне ехать надо. Меня человек ждет.
Тот поднял голову:
– Выпил?
– Самую малость.
– Я к тому, что за руль тебе не надо. Отвез бы тебя, но пока мне тут побыть надо. Водители в соседнем зале. Найди там Дамира, он тебя отвезет. Я позже подъеду. Дождитесь.
Шкадов в спортивном костюме, развалясь на диване, смотрел телевизор.
– Интересное что-то? – поинтересовался Ростислав.
Дмитрий поднял голову:
– Нет. Нашел местный канал, полная дребедень, новости вчерашние, фильмы советских времен.
– Ну, у нас тут кино поинтересней, – сказал Русаков, устало усаживаясь в кресло. – Не соскучишься. Есть хочешь?
– Нет, – Шкадов махнул головой. – Ты уж извини, я немного в твоем холодильнике пошарил. Могу сделать комплимент: для холостяка неплохо.
– Стараюсь. А выпить не хочешь? Я б, например, не отказался. Замерз. Или нервное просто.
– Нет, – Дмитрий опять махнул головой. – Давай сначала по делу. А потом разберемся.
– Ладно. Слушай нашу историю.
Ростислав начал рассказывать, стараясь, как можно подробнее описать все местные придворные интриги. В какой-то момент ему показалось, что он начинает путаться.
– Слушай, Дима, ты не записываешь ничего. Тебе все понятно? – спросил он, подходя к концу своего повествования.
– Ну да, на память не жалуюсь. Все понятно, кроме главного…
– А что главное? – переспросил Русаков.
– Главное, кто убийца, – засмеялся Шкадов. – Ты, что детективы не читаешь?
– Нет, я тупой. Только сериалы смотрю, – раздраженно ответил Ростислав. – Главное понять, кто кукловод здесь, кто за ниточки дергает. А это сложно, потому что все очень запутанно.
– Ты понимаешь, – задумчиво сказал Шкадов. – Я сыщик, детектив. Искать убийцу могу. А в политических делах… тут сложней. Хотя кто знает, как оно обернется.
– Ладно, – подумав, согласился Ростислав, – Понимаю я тебя. Но… вот сейчас человек один появится, может вы быстрей общий язык найдете. Профессиональный. А я бы выпил все же. Хоть чуть-чуть расслабиться.
Он почти умоляюще посмотрел на Дмитрия. Но тут раздался звонок домофона. Приехал Катин. Шкадов вопросительно посмотрел на Ростислава.