– Гроб? – удивлённо переспросила Марина. – В смысле?
– У неё в чулане гроб стоит, заранее купленный.
– Ничего себе! Правда?
– Правда, потом тебе покажу.
– Нет, показывать не надо, – немного сконфузилась Марина. – Просто удивительно, никогда не слышала, чтобы заранее себе гробы покупали.
– Вот и я удивился.
– Ладно, Макс, давай у тебя в комнате стены ототрём, а потом я пол помою, – сказала Марина, отжимая тряпку.
****
После уборки кухня, коридор и комната для постояльцев сияли чистотой. Пол застелили предварительно протрясёнными на улице половиками. Казалось, даже дышать стало легче. А главное, ничего уже не напоминало о тараканах.
Максим проводил Марину на автобусную остановку. Потом вернулся и сварил в кастрюльке суп из продуктов, что привезла ему заботливая подруга. Наелся сам, накормил кошку. Предложил суп Клавдии Ивановне, но та отказалась.
Заварив чай, Макс закрылся в своей комнате. Сел изучать лекционный материал. Увлёкся настолько, что и не заметил, как наступила ночь. На часах – почти двенадцать. Клавдия Ивановна храпела за стенкой, других звуков слышно не было.
Максим взял две конфеты и прошёл на кухню. Достал из шкафа два блюдца, положил на них по конфете, предварительно сняв с них обёртку. Одно блюдце поставил в нишу шкафа, а второе на обеденный стол. Убедившись, что кошка спит в коридоре, он выключил свет и плотно закрыл дверь на кухне. Затем закрыл дверь и в своей комнате. Разделся, погасил свет и лёг в кровать. Какое-то время студент прислушивался, но, не услышав не единого звука, заснул.
****
Проснулся утром от сигнала будильника. Оделся и поспешил на кухню. Там за столом сидела хозяйка.
– Это ты тарелки разбил? – строго спросила она, указывая на осколки посуды, разбросанные по всему полу.
Рядом с осколками валялись конфеты.
– Нет, посуду я не бил, – ответил Максим, изобразив на лице удивление.
– Кто же тогда?
– Не знаю.
– Дверь была закрыта, кошка спала в коридоре, – закипала Клавдия Ивановна.
– Это, наверно, Ваш домовой сделал, – оправдывался Макс.
– Кто?
– Ну, домовой. Да Вы у Галины спросите, она Вам скажет.
– Знаешь что! У меня до Вас никаких проблем не было, – сказала баба Клава, перейдя на «Вы». – Если такое будет повторяться, я попрошу Вас покинуть мой дом!
– Это, правда, не я сделал!
Студент взял веник и совок, стал заметать остатки блюдец. Настроение было испорчено на весь день.
– Он умеет ещё и тарелки бить? – ворчал себе под нос Максим, выбрасывая осколки в ведро. – Может, мои конфеты ему не понравились? Странно. Старуха меня обвинила. Скорее всего, домовой хочет меня с бабкой поссорить, чтобы, таким образом, от меня избавиться.
Закончив подметать, Макс, наспех умывшись, обулся, надел куртку. Не говоря ни слова, вышел из дома и направился к автобусной остановке.
15
Шло время. Одна неделя сменяла другую. Максим после учёбы занимался по хозяйству: убирал снег, носил воду. С хозяйкой старался меньше общаться.
За тот период, как Максим ушёл от родителей, он сильно похудел. Оно и понятно: питался, как придётся. Деньги, которые у него были, почти закончились. Но Макс всегда и во всём старался оставаться оптимистом.
Настроив радиолу, по вечерам слушал музыкальные передачи на волнах любимой радиостанции. В субботу, как правило, ходил в баню. А в воскресенье к нему в гости приезжала Марина. Вместе они подолгу засиживались, закрывшись в комнате, готовились к экзаменам.
Про домового Максим старался не вспоминать. Иногда, ради интереса, прислушивался к звукам на кухне, но уже всерьёз их не воспринимал. Тараканы в доме больше не появлялись.
Так, постепенно, заканчивался декабрь, приближались новогодние праздники. Для студентов начиналась горячая пора зимней сессии. Клавдия Ивановна приставала к Максиму с разговорами о квартплате.
– До тебя-то кто жил, обычно уже после двадцатого за следующий месяц платили, – говорила она.
– Я Вам после Нового года отдам, – отвечал Макс. – Стипендию нам задерживают.
– Давай, не тяни с этим.
– Клавдия Ивановна, Вы бы плату немного снизили, может, я у кого-нибудь занял. Сразу бы Вам отдал.
– И не проси, ничего для тебя снижать не буду! – нервничала хозяйка. – Комната рассчитана на двоих квартирантов, а ты там один живешь и ещё плату просишь снизить. Ишь, какой!
– Я же не виноват, что квартирантов больше нет, – оправдывался Максим.
– Виноват, не виноват, какая разница, сказано тебе, снижать не буду!
– Ладно, ладно, хорошо, – перейдя на примирительный тон, проговорил Макс. – Как только появятся деньги, расплачусь с Вами.
****
Стипендию Максим получил в последний день перед праздниками, то есть тридцатого декабря. Вечером, когда вернулся в дом, сразу расплатился с хозяйкой. Потом сходил в магазин, купил замороженную курицу, несколько рыбин минтая, десяток яиц, батон и пачку кефира. Оставшиеся деньги отложил на дальнейшее житьё-бытьё.
Курицу Макс разрезал на мелкие кусочки, разложил их в четыре пакетика, убрал всё это, вместе с минтаем, в морозильник.
– Как дожить до следующей стипендии? – вслух рассуждал студент, откусывая батон и запивая его кефиром. – Надо, наверно, работу поискать. После экзаменов обязательно займусь этим, а то так скоро и ноги протянешь.
С Мариной договорились отмечать Новый год вдвоём, на Норильской. Всё, что нужно для небольшого праздничного стола, Марина обещала привезти с собой.
– Хорошо, что у меня Маринка есть, – продолжал рассуждать Макс. – А, может, и правда, как она говорит, помириться с отцом, не создавать себе трудностей? Нет, по крайней мере, не сейчас. Мама, наверно, волнуется и разыскивает меня.
Мысли о матери приходили к нему и до этого. В перебранках с отцом она чаще занимала нейтральную позицию, но Максим знал, мама любит его.
– Пошлю ей открытку на Новый год, напишу, что у меня всё хорошо, чтоб не беспокоилась, – сказал сам себе Макс, найдя выход из сложившейся ситуации.