– У Лёшиных родителей на Шарташе дача, и в этом году мы решили все вместе собраться, – продолжала Люда. – Пойдём, я тебя с остальными познакомлю.
Одной рукой обняв за плечи сестру, Люда повела её к группе родственников. Максим неспешно последовал за ними.
– Пожалуйста, прошу познакомиться с моей сестрёнкой.
Родственники начали поочерёдно представляться.
– Максим, нас пригласили Люда с Лёшей отмечать Новый год, – сказала Марина минут через пять после салюта, когда все уже стали расходиться. – Пойдём?
– Я не пойду, – ответил Максим.
– Почему?
– Ворота в доме остались незакрытыми, мы ведь ненадолго ушли.
– Я не смогла им отказать, они бы обиделись. Максик, мы же только отметимся, – продолжала уговаривать Марина. – Через полтора часа они поедут, обещали меня домой подвезти, а ты вернёшься в дом.
– А вдруг кто-нибудь зайдёт и испугает бабку. Нет, Марин, я так не могу.
– За час-полтора ничего там не сделается.
– Ребята, вы идёте? – крикнула им Люда.
Марина оглянулась в её сторону.
– Маринка, иди без меня, – заключил Макс. – В понедельник на занятиях расскажешь, как всё прошло.
– Жаль, – вздохнула Марина. – Ладно. Тогда давай, пока.
На прощанье они расцеловались, и девушка побежала догонять группу родственников, уходящую в сторону дач. Макс ещё немного постоял, глядя ей вслед, потом развернулся и отправился обратно в дом на Норильской.
18
Дома всё было тихо. Кошка перебежала в другой конец коридора и, глядя на вошедшего студента, жмурилась от включённого света.
Первым делом Максим заглянул на кухню, прислушался. Ни звука. Ковш, как и предполагалось, лежал около двери. С опаской он поднял и быстро повесил его на место. Затем прошёл к себе и включил свет.
В комнате царил полный хаос. Все тарелки на столе были перевёрнуты, салаты небольшими кучками лежали на полу и клеёнке. Пустая бутылка валялась под стулом, остатки газировки сладкой лужей вылились на пол.
От удивления Макс даже рот открыл.
– Ничего себе, – проговорил он. – Кошка не могла бы этого сделать, поскольку дверь была закрыта. Бабуля спит.
Максим почесал затылок.
– Неужели это домовой натворил? Вот ведь напасть! Привязалось же ко мне это приведение! Кому сказать, не поверят, засмеют или, чего доброго, скажут, что заболел. Все признаки сумасшествия налицо. Но я ведь нормальный. Просто кроме меня этого призрака никто не ощущает. Очевидно, его агрессия направлена против меня.
Студент сел на кровать.
– Да, хороший Новый год у меня получился, – говорил он вслух. – А ведь как Новый год встретишь, так его и проведёшь. Неплохая перспектива наклёвывается. Что ж, поживём, увидим. Но заранее размышлять о плохом не стоит. Сейчас лучше подумать о настоящем, а прибирать здесь всё равно придётся.
Он принёс ведро из-под умывальника, сгрёб туда остатки пищи со стола, затем с пола. Вымыл тарелки, протёр клеёнку, потом пришлось помыть и пол.
****
Максим лежал на кровати с открытыми глазами и постоянно прислушивался. За стеной во сне постанывала хозяйка. Спать хотелось, но разные мысли не давали покоя.
– Интересно, – рассуждал он. – Этот домовой – дух умершего жильца этого дома? Может, он дух покойного мужа Клавдии Ивановны или её сына, которого, кажется, звали Лёней? Есть ли какие-нибудь закономерности в его действиях? Надо подумать. Во-первых, проявляет себя только ночью. Во-вторых, плохо относится к чужим людям. В-третьих, нетерпим к вмешательству в уклад его жизни. В-четвёртых,… так, а что же в-четвёртых? Ах, ну да, не любит застолье! Может, потому, что оно напоминает о его алкогольном прошлом? Нет, чушь какая-то! Надо зайти в библиотеку, взять там книгу об аномальных явлениях, возможно, и ответ найдётся.
От этой новой мысли на душе стало немного легче, он склонил голову на подушку и в момент провалился в сон.
****
Спалось беспокойно, временами Макс ощущал чей-то пристальный взгляд. Открыв глаза, он увидел лицо Клавдии Ивановны, высунувшееся из-за приоткрытой двери.
– Ну, как вчера, хорошо погуляли? – спросила она.
Максим окончательно проснулся и сел на кровати.
– Который час?
– Уж половина одиннадцатого, – ответила хозяйка.
Макс посмотрел по сторонам.
– Зачем вы на кухне вёдра раскидали? – продолжила разговор баба Клава. – И ещё, кошачью миску опрокинули? Вина, что ли, много выпили?
– Не пили мы вино. Я вообще алкоголь не употребляю, – удивлённо проговорил Максим. – Вчера, это…
Он хотел рассказать про вчерашний инцидент с домовым, но потом передумал.
– Я всё сейчас уберу.
– Уберёт он! – ворчала хозяйка. – Зачем было беспорядок устраивать?!
19
Новогодние праздники в нашей стране всегда проходили с размахом, несмотря ни на какие политические катаклизмы. По телевизору – разнообразные концерты и передачи с известными артистами, во Дворцах культуры – хороводы вокруг елки, а также сладкие подарки в виде наборов конфет для детишек. Обычно в эти дни люди много пьют и едят, веселятся у себя дома или в гостях. Но после праздника часто наступает период апатии и чувство некоего опустошения, кто-то просто болеет. На помощь приходит церковь, подарившая всем ещё один выходной на православное Рождество.
Максима такие проблемы мало волновали. Алкоголь он не пил, а вот вкусно поесть никогда бы не отказался. Однако нынешнее состояние дел не позволяло ему даже думать о разных излишествах, к тому же Макс готовился к зимней сессии. Какие там праздники? Подолгу засиживался в библиотеке, ходил к друзьям переписывать конспекты. Домой приезжал только спать. Про домового старался не думать, хотя призрак, в свою очередь, постоянно о себе напоминал, гремя по ночам оставленной на столе посудой.
Клавдия Ивановна после новогоднего беспорядка, устроенного в её доме, с Максимом почти не разговаривала, иногда лишь просила сходить в магазин. Как-то, принеся продукты, Максим рассказал, что в магазине цены опять повысились.
– Вот видишь, – заметила баба Клава. – Везде цены повышают, а ты наоборот – просишь плату за проживание снизить.
– Так если бы и стипендию тоже повышали, – возразил ей студент. – Тогда бы и проблем не было. А то у меня денег почти не осталось. Я себе только хлеб и майонез покупаю, ни на что больше не хватает.
– Не хватает ему! – фыркнула в ответ бабуля.