Но Мар снова заулыбался:
– В общем, так: четыреста пятьдесят кредитов в день – плата за все три терминала, – сказал он.
– Таможенная служба Мумбара выражает согласие, – тут же скороговоркой протараторил малыш.
– И бесплатно предоставляет в наше распоряжение три гравикара и пятьдесят квадратных метров склада взамен оборудования на терминалах, – закончил за него Мар.
– Согласен… – понуро ответил хризелианин.
– Тогда мы, во-первых, оба дружно забываем об этом юридическом нонсенсе, – Хинум демонстративно порвал пластиковый бланк; таможенник благодарно кивнул. – А во-вторых, примите от нас в качестве платы за услугу «заочный досмотр» двух только что прибывших кораблей вот этот один голопроектор.
На этот раз хризелианин печально сгорбился и снова кивнул:
– Еще пять тысяч кредитов налоговых сборов за груз, оцененный по тарифу «ничтожно мелкий», потрудитесь внести в течение десяти календарных дней Мумбара, – буркнул он. – За оба корабля, естественно…
Глядя, как чуть солоно хлебавши удаляются здорово помрачневшие таможенники, Мар пробормотал:
– Приземлись я раньше вас, втюхал бы им один проектор за все три корабля – взяли б, как миленькие!.. Ну да ладно, тут уже ничего не сделаешь.
Унт, Рониен и Мар осмотрели все три корабля и их груз. На небольшом шаттле не было почти ничего, что можно было бы продать: его пираты не использовали для транспортировки награбленного. А на втором боте оказались процессоры для каютных терминалов, элементы сложного радарного оборудования и все те же настенные голопроекторы.
Посовещавшись, решили перевести четырех пленных пиратов на шаттл, весь груз при помощи гравикаров переправить на склад и продать вместе с пиратскими ботами, а на вырученные деньги купить один быстроходный и хорошо вооруженный корабль гоночного класса – «пустынный охотник» от «Дженерал космикс» или «бесшумный разведчик» Объединенных Коммерческих Верфей, а в крайнем случае – один из кустарных контрабандистских нарковозов, которые делались в расчете на то, чтобы избежать встречи с любым патрульным кораблем, а в случае обнаружения – уйти от преследования.
– В погоню за «Невероятным Гадагосом» отправится человек двенадцать, не больше, – прикинул Мар. – Значит, на рандеву с адмиралом надо доставить – девяносто четыре…
– Столько шаттл не сможет принять, – покачал головой Унт. – Я же говорил: придется покупать два корабля…
– Если я буду их размещать – сможет, – уверенно сказал суперкарго. – Я в город, договорюсь о транзакциях, а вы, лейтенант, проследите за разгрузкой.
Унт Дорон кашлянул:
– Если уж на то пошло: вы, мистер Хинум, отправляйтесь в город, а я возьму на себя разгрузку кораблей.
– Простите, сэр, – поджал губы супер-майор. Лейтенант удовлетворенно кивнул:
– Хорошо же. Сколько людей возьмете с собой?
– Двух вооруженных десантников будет достаточно.
– Мисс Тайрон, берите одного из своих и сопровождайте супер-майора, – приказал Унт.
– Если никто не против, я хотел бы пойти с вами, – попросил Рониен. Никто не был против.
Первым делом Мар Хинум получил кредит в Независимом Коммерческом банке Мумбара – двадцать тысяч на накладные расходы. Часть денег он сразу же выдал Виареззиму Ноггерти, который, взяв в помощь несколько человек, занялся выполнением своей части плана по поиску следов «Невероятного Гадагоса».
Потом суперкарго погасил задолженность по таможенным сборам – семь с половиной тысяч кредитов с хвостиком уже набежавших процентов, которые, как Мар и предполагал, у таможенников оказались намного выше, чем в банке.
Потом все четверо: Мар, Рониен, Лира и младший лейтенант Кит Мунис (второй десантник в их маленьком отряде) – погрузились в аэротакси с живым водителем. Выбрал его Мар, и поначалу этот выбор показался остальным странным – ведь водителем был хризелианин…
– Слушай, приятель, – обратился к нему Мар, усевшись на переднее сиденье. – Не знаешь, где найти приличную контору по ремонту запчастей к межзвездникам?
– Ну знаю, и что? – мрачно воззрился на него водитель.
– А вот что, – Мар протянул ему десятикредитный пластиковый жетон.
– Ах, вам нужна лучшая мастерская по ремонту запчастей? – переспросил хризелианин, расплывшись в довольной улыбке. Суперкарго в ответ многозначительно приподнял и тут же опустил брови. Флайер сорвался с места. – Добро пожаловать на борт такси «Комфортабельных Воздушных Перевозок Халлара»! – любезно воскликнул водитель, плавно набирая высоту.
Рониен, боясь моргнуть, смотрел в окно аэрокара: высокие и стройные дома делового центра, улицы, прохожие и всевозможные транспортные средства проносились под ним, словно в волшебном сне; ощущение скорости овладело им целиком; на губах принца играла легкая улыбка.
– Какого керзода этому пижону надо в мастерской для запчастей? – шепотом недоумевала рядом с ним Лира.
– Понятия не имею, – так же шепотом ответил ей Кит. – Нам нужен оптовик, способный купить разом большую партию электронных систем; потом – рынок подержанных кораблей… При чем тут запчасти?
– Терпеть не могу эти контрабандистские штучки… – неприязненно скривилась Лира.
Неожиданно земля под окном флайера провалилась вниз, и у принца захватило дух: они летели над огромным кратером. Увидев на дне его множество огромных машин, Рониен догадался, что это – карьер по добыче кристаллов.
– Когда прилетим, дождись нас, – договаривался тем временем с водителем Мар. – Если все пройдет как надо – получишь сверх счетчика еще десятку.
– Это уж само собой, мистер, – усмехнулся хризелианин.
Кратер остался позади, а под окном аэрокара потянулись бесконечные бедные кварталы: приземистые дома из материала того же красного цвета, что и вездесущий песок пустыни.
Такси вдруг резко замедлило ход и стало снижаться, а потом глухо стукнулось о поверхность планеты.
Они вышли на пустынной узкой улочке, зажатой с двух сторон унылыми домами из красного песчаника.
Принц обратил внимание на несколько рекламных надписей или вывесок над входами внутрь зданий – но понял, что прочитать их не может. Правила письменности солярианского языка были заложены в его подсознание гипносуггестивной машиной; но других языков это вселенной Рониен не знал. Он подумал, что мог бы использовать универсальный переводчик у себя в терминале… но пока что не видел в этом особой необходимости.
Однако его спутники, похоже, не были столь же невежественны:
– «Модный салон сумочек, шляп и перчаток», – прочитал Кит вывеску над домом, у которого они остановились.
– Что это значит? – воззрилась на суперкарго Лира.
– Ну… вообще-то так незамысловато хризелиане маскируют свои бордели, – с улыбкой пояснил Мар. – Но нам не сюда, а вот в этот подвальчик… – не дождавшись ответа, он спустился по полустертым, припорошенным песком ступеням и открыл полипластовую дверь, прикрепленную обыкновенными боковыми петлями к стене – и принц вдруг замер, пронзенный непонятным острым чувством. Первый раз в этом мире дверь не уехала в стену и не спряталась в пол или потолок, а просто открылась, как и положено всякой порядочной двери. Рониен подумал, что за суетой трех последних дней он совершенно забыл о чем-то важном, о том, что всегда было вместе с ним в его мире. Как быстро растет трава, и какие запахи разносит ветер в последний зябкий час перед рассветом, когда даже шерстяной плащ кажется ледяным и ломким. Принц тихонько застонал, стиснув зубы, и посмотрел в голубое небо Мумбара. Высокое и яркое, на фоне красного песка оно могло бы быть прекрасным и могучим… Но это небо было лишь началом бесконечной ночной тьмы, у него не было ни мощи, ни лица, ни тоски.
Тем временем Мар вошел в лавку; Лира и Кит последовали за ним. Принц встряхнул головой, отгоняя печальные мысли, и последним спустился по ступенькам; на двери, так неожиданно тронувшей его, он разглядел потертую вывеску с несколькими мелкими надписями на разных языках. Среди них был и солярианский; надпись оказалась довольно лаконичной: «Комплектующие».
«Комплектующие – к чему?» – подумал принц и вошел.
Магазин запчастей был похож на самую обыкновенную лавку мира Рониена; вернее, на самую обыкновенную бедную лавку. Дальний правый угол довольно просторного помещения с низким потолком был отгорожен прилавком, за которым стоял продавец. За спиной продавца висели полки, уставленные совершенно одинаковыми пластиковыми бутылями с яркими надписями.
Слева от входа на полу лежал какой-то большой сложный механизм. Судя по всему, механизм был не в порядке, потому что два хризелианина в спецовках, уныло переругиваясь, колдовали над ним при помощи целого набора замасленных инструментов.
Единственное яркое впечатление во всей лавке производил только ее продавец: он был похож на огромную монету, стоящую на ребре – плоский и круглый, покрытый чешуей, с двумя глазами на ниточках, растущими из верхней части той стороны «монеты», которой продавец был обращен к клиентам. По бокам туловища существа располагались две пары клешней: две большие и мощные, и две поменьше, тонкие и более подвижные.
Существо принялось яростно жестикулировать своими конечностями, и принц подумал, что оно сейчас нападет на них… но Мар бесстрашно приблизился к «крабу» и поймал его в поле зрения видеокамеры своего терминала.