Аритмия

Собираю волосы наверх, иду в душевую. Честно говоря, я тоже рада возможности пораньше вернуться домой. За эти несколько недель учеба порядком меня измотала. Я ведь вовсе не гений, и некоторые предметы даются нелегко, а значит, сидишь над учебниками долго, нудно и муторно. Требования в этой гимназии довольно высокие. Отличницей здесь я не стану точно, но хорошо подготовиться к единому государственному экзамену обязана. Иначе не видать мне столичного вуза как своих ушей…

Срок сдачи нашего с Ромой проекта по географии близится к концу, а мы в этом деле не продвинулась ни на йоту. Ни черновика, ни плана, ни статистических данных. Постоянная занятость, домашка, вечера, проведенные с репетиторами. Вообще нет возможности выкроить время еще и для проекта. Но дальше так продолжаться не может, поэтому в пятницу я все же настаиваю на посещении библиотеки. В конце концов, нам пора как-то организовать работу и разделить обязанности, иначе двойки с тройным коэффициентом не избежать.

– Цели, задачи определили. Предмет и объект исследования обозначили, методы указали, гипотезу выдвинули, план составили, – спустя сорок минут подытоживаю я.

– Теория – это такая нудятина… Когда там у нас уже практика начнется, а? – подмигивает мне парень. – Наш девиз: если не мы, то кто? Готов своими силами поспособствовать улучшению демографической ситуации в стране. Приложить к этому, так сказать, не только руку, но и…

– Рома, – моментально заливаюсь я краской смущения.

Как выдаст что-нибудь… Хоть стой, хоть падай.

– Текст подготовить проблемы не будет, а вот с презентацией мне понадобится помощь.

– О, какие люди! – орет он, едва не свалившись со стула, на котором опасно балансировал в течение последних десяти минут.

Я от неожиданности роняю на пол блокнот.

– Лисицына, ты решила задачу про нерадивого Пятачка или, как обычно, подвисла еще на дано?

Наша одноклассница, Алена Лисицына, с ответом не спешит. Разговаривает с библиотекарем, заполняющим электронный формуляр.

– Куда вы ей, Ольга Петровна, «Войну и мир» даете? Затык случится уже на второй странице. Такие объемы не для ее мозга, он ведь размером с кукурузину!

– Беркутов, помолчите, в противном случае буду вынуждена удалить вас из зала, – гундосо предупреждает женщина.

– Лучше удалите отсюда это одноклеточное.

– Ты бы заткнулся… – раздраженно вздыхает девчонка.

Не выдержала. Оно и не мудрено, Беркутов методично достает ее изо дня в день. Только вот мотивы его мне не совсем понятны…

– А если нет, то что будет? – насмешливо интересуется он.

– Узнаешь, что! – обещает Алена, угрожающе сдвинув к переносице широкие русые брови.

– У меня уже поджилки трясутся. Иди, нагнись, проверь.

– Ром, хватит, – пытаюсь я призвать его к порядку, но тщетно.

– Козел, – цедит Лисицына сквозь зубы, и он в ответ показывает ей средний палец.

– Вон отсюда!

Этот его жест случайно замечает библиотекарь. Ну все, отзанимались, видимо…

– На выход, десятый класс!

– Слава Богу! – поднимаясь со стула, театрально восклицает он. – Пошли, Арсеньева, накормлю тебя обедом. Задолбал уже этот проект, сил нет…

Тяжело вздыхая, я собираю книги. Мы и половины не сделали. Похоже, придется и дома этим заниматься.

Плетусь за Беркутовым и замечаю, что, уходя, он нарочно цепляет Алену плечом.

– Придурок!

Она в долгу не остается. Толкает его в спину.

– Оставь Толстого в покое. Почитай Агнию Барто, там меньше букв. – Он пытается выдрать книжку из ее рук.

– Мерзкий гоблин, отдай!

Начинается возня.

– Немощь. Твои потуги меня умиляют! – хохочет он, упорно дергая увесистое яблоко раздора на себя.

– Вы что себе позволяете! – возмущается Ольга Петровна.

Борьба за «Войну и мир» в итоге заканчивается… ничьей. Характерный хруст корешка, и вот – запыхавшаяся и раскрасневшаяся от злости Лисицына испуганно взирает на разодранный шедевр.

– Ой ду-у-ура!..

Беркутов закатывает глаза и качает головой.

– Вон отсюда! Все! – сиреной вопит работник библиотеки. – Лисицына и Беркутов, пишу докладную на имя директора! Новую книгу принести мне завтра же!

Уже сидя в столовой, я решаюсь спросить у Ромы, чем ему так насолила Алена. Не только из праздного любопытства, но еще и потому, что его поведение очень смахивает на дурное ребячество.

– Бесит. У нас с ней обоюдная неприязнь, – уплетая плов, сообщает он.

– И на фоне чего она обрадовалась?

– На фоне ее беспросветной тупости. – Он достает телефон. – Терпеть ее не могу.

– Со стороны твои выходки выглядят недостойно, – озвучиваю я свое мнение.

– Отстань, Арсеньева. – Он откусывает от булки огромный кусок и тут же давится.

Отстань, Арсеньева!

Так по-детски… а вроде взрослый, умный парень…

– Ром, а Мрачный Ян почему сегодня не в школе? – интересуюсь я как бы между прочим. – Он, случайно, не заболел?

Странное дело. Со вчерашнего дня не видела его хмурого лица и уже успела… соскучиться. А может, причина еще и в том, что я дочитала «Над пропастью во ржи», и теперь меня просто-таки распирает от необходимости поговорить с ним. Потому что этот наш обмен книгами – единственная возможность завязать разговор и хоть как-то его растормошить. Вот честно, за всю свою жизнь не встречала более закрытого и замкнутого человека, чем Ян. И это при его показной распущенности, которую он порой так усердно демонстрирует окружающим.

– Заболел? – Ромка хохочет. – Да Абрамыча даже самая страшная холера не возьмет.

– Не смешно. – Допиваю чай и бросаю взгляд на часы. – А если серьезно?

– А если серьезно, то он никогда не приходит в школу на свою днюху.

Смысл сказанного до меня доходит не сразу.

– Подожди… не поняла, у Абрамова сегодня день рождения?

Стакан с грохотом опускается на стол.

– Ага.

Он откидывается на спинку стула.

– Чего же ты раньше не сказал! – искренне расстраиваюсь я.

– Да не знаю… – беззаботно пожимает он плечами. – Ты ж только сейчас спросила.

– Почему он в этот день не приходит в школу? – не понимаю я.

– Просто не приходит, и все. – Ромка отводит глаза, будто чего-то недоговаривает.

– И что же, вы никак его не поздравляете?

– Ян терпеть не может всю эту лабуду, – уверяет меня он.

Какая разница? Любому человеку приятно внимание в такой важный день.

– Ты чё сникла, Арсений? – улыбается он и щелкает меня по носу. – Ну в понедельник поздравишь. Какая разница?!

– Ложка дорога к обеду, Ром.

– Вот вы заколебали со своими цитатами, поговорками и мудрыми изречениями. Два сапога пара. – Он осекается на полуслове. – Вашу мать, это заразно!

Мы громко смеемся.

– А если… ну не знаю, подловить его где-нибудь? Хотя нет, неудобно. Он ведь, наверное, дома с семьей, – предполагаю я.

– Абрамов? Дома с семьей? – фыркает Беркутов. – Это ты промахнулась, Дарин…

Его реакция меня настораживает. Разве не так должно быть? Праздник в кругу семьи и близких людей…

– И вообще, он один отдельно живет.

Что значит отдельно? Школьник? Один?

– Вот что. – Он в задумчивости потирает подбородок. – Ты реально хочешь его отхеппибездить?

– Поздравить, Ром, – поправляю я его.

– Ну тогда давай трубу, я тебе адрес забью, приезжай. Мы вечером собираемся у него. Так… небольшой компанией.

Значит, все же празднуют.

– Приедешь?

– Не знаю даже… Меня туда никто не звал, – приходит в голову запоздалая мысль.

– И что? Я вот зову. Хочешь, со мной пошли, – обольстительно улыбается он и берет меня за руку.

– Ну уж нет, твоя Вероника и так уже косо на меня смотрит. – Аккуратно освобождаю свое запястье.

– Пф… С чего бы вдруг она моя? – мгновенно ощетинивается Ромка. – Мы с ней просто в одной компании общаемся.

Интересно, а Вероника в курсе?

– Нет. С тобой не пойду точно, – наотрез отказываюсь я. – А вот если бы он на минутку вышел, скажем, в подъезд…

– Да запросто. Маякнешь мне сообщением, и я тебе его выведу.

Примечания