Подчиняйся приказам

Глава 18. Кино

После универа я возвращаюсь домой, чтобы переодеться. Мы с Леной договорились сходить на вечерний сеанс, и я впервые за долгое время чувствую лёгкое волнение перед выходом. Не потому, что иду в кино, а потому, что наконец-то могу надеть что-то из тех обновок, которые мы набрали в торговом центре.

На улице весна вступила в свои права. Сугробы почти растаяли, оставив после себя мокрый асфальт и лужи, в которых отражается закатное небо. Птицы щебечут так громко, будто радуются каждому прожитому дню. Воздух пахнет влажной землёй и чем-то свежим, обещающим тепло.

Достаю из шкафа одно из платьев, которое выбрала Лена. Короткое, светло-голубое, с юбкой полусолнцем. Раньше я никогда не носила ничего подобного. Казалось, слишком смело, слишком заметно. Да и я привыкла носить именно практичные вещи. Но сегодня почему-то хочется.

Я поправляю волосы, смотрю на себя в зеркало и не узнаю. Красотка напротив — не та девчушка, которая пряталась в толстовках и джинсах. Она выглядит так, будто у неё всё впереди. И, наверное, так и есть.

Лена встречает меня у кинотеатра с широкой улыбкой.

— Ого, — тянет она, окидывая меня оценивающим взглядом. — А кто это у нас такая красотка?

— Куда мне до тебя, — краснею, но улыбаюсь в ответ.

Фильм оказался пронзительной мелодрамой, и я, сама того не ожидая, разревелась в конце. Сцена, где героиня наконец отпускает прошлое и делает шаг навстречу новой жизни, ударила прямо в сердце. Наверное, потому что я слишком хорошо понимаю это чувство — когда боишься поверить в хорошее, потому что привыкла, что хорошее заканчивается.

Лена протягивает мне салфетку и обнимает за плечи.

— Какая же ты эмпатичная, — вздыхает она, но в голосе слышится тепло.

— Там просто... — всхлипываю я. — Она столько лет не решалась, а потом взяла и...

— Знаю, знаю, — Лена терпеливо ждёт, пока я успокоюсь. — Но всё же хорошо закончилось.

Мы ещё какое-то время обсуждаем фильм, спорим о мотивации героев и делимся впечатлениями. К тому моменту, как выходим из кинотеатра, на улице уже почти стемнело. Лена ловит такси и оборачивается ко мне:

— А ты что, не поедешь?

— Тут всего десять минут пешком, — пожимаю плечами. — На улице тепло, да и хочу немного успокоиться после фильма.

Она смотрит на меня с сомнением, но кивает.

— Тогда напиши, как доберёшься.

— Обязательно.

Такси уезжает, и я остаюсь одна. Иду медленно, вдыхая вечерний воздух, и мысли сами собой возвращаются к тому вечеру.

К поцелую.

Мы сидели на кухонном полу, прижавшись друг к другу, и его губы были такими тёплыми, такими нежными, что у меня закружилась голова. Я помню, как его рука скользнула с талии на спину, как пальцы запутались в моих волосах, как дыхание сбилось, и мир перестал существовать за пределами этого маленького пространства.

А потом зазвонил телефон.

Яр отстранился, посмотрел на экран, и его лицо мгновенно изменилось. Он поднялся, ответил коротко и резко, а после сказал, что ему нужно уехать. Срочно. Я кивнула, не задавая вопросов, хотя внутри всё оборвалось.

Вчера его не было. Вообще. Он написал только одно сообщение: «Сегодня не жди, буду на работе». Я прочитала его раз десять, пытаясь угадать по словам, злится ли он или просто занят. Но сообщение было сухим, как и всегда.

Сейчас, идя по вечерней улице, я думаю о том, что так и не сказала ему главного. Не поблагодарила за цветы по-настоящему. Не спросила, что изменилось между нами после того поцелуя. Боялась, наверное. Боялась, что для него это ничего не значило.

Уже почти подходя к дому, чувствую чей-то взгляд на своей спине. Тяжёлый, пристальный, от которого по коже бегут мурашки.

Останавливаюсь, оборачиваюсь.

Позади идёт мужчина или парень, в темноте сложно разобрать. Он разговаривает по телефону, опустив голову в пол, и, кажется, не обращает на меня никакого внимания. Я ускоряю шаг, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Внутри скребут кошки от плохого предчувствия, но я убеждаю себя, что это просто паранойя. На улице ещё не совсем темно, фонари горят, люди ходят по своим делам. Я не нарушаю наказа Яра — возвращаюсь домой до темноты.

У подъезда я выдыхаю. Спокойно. Всё спокойно.

Захожу внутрь, и дверь с гулким щелчком закрывается за мной. В подъезде темно. То ли свет ещё не включили, то ли лампочка на первом этаже перегорела. Привычным движением нащупываю в сумке телефон, чтобы посветить, и иду к лифту.

Сзади открывается дверь, издавая знакомый писк домофона. «Наверное, кто-то из соседей», — мелькает мысль.

Я не успеваю обернуться.

В одно мгновение чья-то рука зажимает мне рот, и меня прижимают к стене. Тяжёлое тело нависает сзади, лишая возможности двинуться. Я дёргаюсь, пытаюсь закричать, но ладонь заглушает любой звук. Сердце ухает куда-то вниз, в глазах темнеет от ужаса.

— Да не рыпайся ты, — шипит знакомый голос прямо у уха.

Дима.

Он наклоняется, и я чувствую запах табака и чего-то сладковатого, от чего тошнит. Он высокий, сильный, и я понимаю, что не смогу вырваться. Но всё равно бью ногами, пытаюсь укусить его за руку.

— Я сказал, не дёргайся, — рычит он, сильнее прижимая меня к стене. — Слушай сюда.

Он чуть ослабляет хватку, и я выдыхаю ртом, жадно глотая воздух.

— Что тебе от меня нужно? — голос срывается на хрип, но я стараюсь говорить твёрдо. — Отпусти меня сейчас же.

— Мне нужно с тобой поговорить, — говорит он, и в его тоне слышится что-то новое. Не насмешка, не наглость. Что-то другое. — Сейчас ты тихонечко выйдешь со мной из подъезда и сядешь в машину. Без оров, криков и истерик.

— Я тебе ничего не должна, — выдыхаю я. — Убери руки.

— Если не сделаешь, тебе же хуже будет, — он не слушает. — Ну так что? Договорились, куколка?

Молчу, ибо не хочу говорить ему ни слова.

— Я тебя спросил, — его голос становится тише и опаснее.

— Я никуда не поеду!

Он резко разворачивает меня к себе, прижимая спиной к стене. Теперь я вижу его лицо, в полумраке подъезда его глаза кажутся почти прозрачными, бездонными, такими же, как у главного моего кошмара. Дима смотрит на меня с такой настойчивостью, что мне становится страшно до дрожи.

— Поедешь, — цедит он. — Я даже обещаю быть нежен, если ты не будешь сопротивляться.

Его рука скользит по моему плечу, спускается ниже, и я чувствую, как его пальцы касаются оголённой кожи на ноге, задирая подол платья. Волосы на голове встают дыбом.

— Убери руки, — шиплю я, пытаясь оттолкнуть его. — Немедленно.

Он не слушает. Он наклоняется ближе, и я чувствую его дыхание на своей шее.

— А что, если не уберу? — шепчет, усмехаясь. — Что ты сделаешь?

— Я сказала, отвали от меня! — кричу что есть силы и бью его кулаком в грудь.

Парень хватает меня за запястья, прижимая к стене. Его лицо приближается, и я понимаю, что сейчас он меня либо поцелует, либо сделает что-то похуже.

— Поверь, милая, уж лучше я, чем мой дядя, — говорит он, и в его голосе звучит странная уверенность. — Ты не представляешь, Кира, какая на тебя началась охота, когда выяснилось, кем был твой отец.

Он замолкает, и в этот момент я слышу шаги. Тяжёлые, быстрые. Дима дёргается, пытается обернуться, но не успевает.

Огромная рука хватает его за шиворот и с такой силой отрывает от меня, что он отлетает к противоположной стене.

Ярослав.

Его лицо искажено ледяной яростью. В правой руке — пистолет. Он приставляет дуло к виску Димы, и я слышу щелчок взведённого курка. Он спокоен, уверен. Будто каждый день так делает. Чувствую, как по стене стекает холодный пот.

Медленно, с некой ленцой, будто находится на светском мероприятии, он произносит:

— Ты, уёбок, лапал мою жену.

Дима замирает, широко раскрыв глаза. В тусклом свете, доносящемся со второго этажа, вижу, как по его виску стекает капля пота. Молчанов лишь растягивает губы в усмешке. Улыбка, полностью лишённая эмоций, но обещающая расплату.

— Уже догадываешься, какие тебя ждут последствия? — выдыхает тихо, почти на грани шёпота, наклоняясь ближе к его лицу. Дима зажмурился.

Секунда, и слышится хруст. Вой проносится по всему подъезду.

Боже... Я не знаю, что делать. Не могу оторвать взгляд от всего этого ужаса.

Следом раздаётся ещё один хруст. На этот раз это рука. Я взвизгиваю от испуга, а с Ярослава слетела маска спокойствия. Дима зажимает нос здоровой рукой, из которого хлещет кровь. В следующий момент он теряет равновесие и летит кубарем по лестнице. Молчанов идёт за ним. Приседает на корточки рядом с телом, вновь приставляя пистолет к его виску.

Дима замирает. Его глаза расширяются от ужаса.

— Нет! — вырывается у меня. — Яр, не надо!

Мой голос дрожит так же, как и всё тело.

Яр смотрит на меня, потом переводит обратно на него, и в его взгляде столько холодной, первобытной агрессии, что у меня подкашиваются колени. Я никогда не видела его таким. Знала, что он может быть холодным, быть жестоким, но сейчас... сейчас он выглядит так, будто ему ничего не стоит лишить жизни человека. Будто он уже убивал. И, кажется, только мои слова удерживают его от этого.

Мужчина поднимается, продолжая удерживать пистолет в руке. Секунда — и его рука чуть приподнимается, нажимая на курок. Раздаётся выстрел, но не громкий. Видимо, на пистолете глушитель.

Я вздрагиваю, кровь отливает от лица. От этого ужасного зрелища содержимое желудка просится наружу.

Парень воет, зажимая простреленное колено здоровой рукой. А мне дурно. Голова кружится. В ушах звенит. Перед глазами мелькают картинки той ужасной сырой ночи. Но этот хотя бы жив.

Яр достаёт телефон из кармана и кому-то звонит.

— Уберите мусор в подъезде. И доставьте его лично папаше.

Молчанов убирает оружие куда-то за пояс, а потом поворачивается ко мне. Его глаза всё ещё горят, дыхание тяжёлое, сбитое. Он смотрит на меня, и в этом взгляде столько всего, что я не могу выдержать.

В два огромных шага он сокращает расстояние между нами, хватая меня за шиворот толстовки, и тянет в сторону лифта. Ворот врезается в кожу, перекрывая кислород, и на мгновение в глазах темнеет. Я пытаюсь убрать его руку, но он держит крепко, не давая вырваться.

— Яр... — задыхаюсь я.

Он не отвечает. Грубо заталкивает меня в кабину и нажимает кнопку своего этажа.

Мы едем молча. Воздух в лифте буквально плавится от его неконтролируемого гнева. Вжимаюсь в стенку лифта, желая стать её частью, раствориться, исчезнуть. Мне всё ещё дурно. Никогда не видела его таким. Я думала, что видела его злым, но это было ничто по сравнению с тем, что сейчас.

Двери открываются. Яр снова хватает меня за предплечье, тащит в квартиру, не давая опомниться. Я спотыкаюсь, но он не отпускает.

Мы в коридоре. Он разворачивает меня и прижимает своим огромным телом к стене. Нависает сверху, и я чувствую, как дрожат его руки.

— Тебе мужского внимания захотелось, а, Кира? — рявкает он мне в лицо, обдавая горячим дыханием.

— Яр, я...

— Молчи, — перебивает он, и в его голосе слышится столько боли, что я замираю. — Молчи, Кира.

Он кладёт руку мне на горло. Не давит, просто держит. Его ладонь горячая, шершавая, и я чувствую, как бьётся мой пульс под его пальцами. Лоб покрывается испариной от страха. Его — тоже, но от гнева. От ярости, которая рвётся наружу.

Сжимает челюсть так, что желваки ходят под кожей.

— Решила перед уёбком платьицем покрутить? Не хватает горячих ощущений? — он наклоняется ближе, и я чувствую запах его парфюма, смешанный с потом и дымом. — Так я тебе их устрою.

Его губы накрывают мои в диком, яростном поцелуе.

Глава 19. Моя

Здесь нет нежности. Нет аккуратности. Только голод и злость, смешанные с чем-то первобытным, не терпящим возражений. Он целует так, будто хочет стереть из памяти чужое прикосновение, доказать, что с этого момента и навсегда я принадлежу только ему.

Ноги подкашиваются, но сопротивлений нет. Руки сами обхватывают его шею, притягивая ближе, втягивая в этот поцелуй, где смешалось всё: страх, облегчение, ликование и что-то неведомое, чему пока не решаюсь дать имя.

Тяжело дыша, вжимает меня в стену, сжимая бёдра с такой силой, что, наверное, останутся синяки.

— Кира, — выдыхает, отрываясь от губ, и в этом одном слове столько всего, что перехватывает дыхание.

Не отвечаю. Не могу. В горл

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.