Он улыбнулся — и снова этот взгляд, скользнувший по моим губам. Я быстро переключилась на ближайшую лавку.
— О, давай туда ещё зайдём.
Я взяла его за рукав и потянула к прилавку. Нас встретила старуха с морщинистым лицом и быстрыми, ловкими руками — из тех, что всю жизнь проработали с землёй и травами. Она уже открыла рот для приветствия, расплылась в улыбке... и замерла. Её улыбка сползла мгновенно. Голова слегка склонилась, взглядом уперевшись в прилавок.
Я перевела взгляд на своего спутника. Тот как раз опускал зачем-то руку. Заметив, что я смотрю, он тоже склонил голову, изобразив на лице почтительную кротость.
Окинула его сверху вниз взглядом и сделала вид, что целиком поглощена выбором трав. Понюхала розмарин. Краем глаза уловила, как Кайдан поднёс к носу какую-то веточку, вдохнул с безмятежным видом и положил обратно.
Старуха же всё ещё мялась, не смея поднять глаз, но и без слов понятно, по её трясущемуся телу — она боится.
«Кто же ты такой, что даже местные торговки готовы сквозь землю провалиться при виде тебя?»
Чтобы разрядить обстановку, я указала на пушистые веточки с мелкими цветами.
— А это что?
— Лаванда, госпожа, — выдохнула травница, явно радуясь возможности хоть что-то сказать. — Для сна. Под подушку положите и сладкие сны увидите.
Я взяла пучок, поднесла к лицу. Терпкий, успокаивающий аромат на секунду перебил напряжение, висевшее в воздухе. И тут Кайдан наклонился ближе — его лицо оказалось совсем рядом с моим, так что я почувствовала тепло его дыхания на своей щеке.
Я дёрнулась, едва не выронив лаванду. Он поймал её на лету, и наши пальцы соприкоснулись. Я выхватила пучок, сунула в корзину и отвернулась.
— Что-то ещё?
— Нет, спасибо.
Мы вышли на улицу, оставив травницу за спиной.
Я спиной чувствовала, как она наконец-то выпрямилась и выдохнула.
— Ты заметил, как она странно себя вела?
— Нет, — ответил он спокойно и даже плечами пожал.
На его лице не дрогнул ни единый мускул, только в уголках губ мелькнула ленивая, едва заметная улыбка, будто мой вопрос его позабавил.
У прилавка с фруктами я остановилась, выбирая яблоки. Протянула руку к самому красивому — красному, с глянцевым бочком. Кайдан вдруг взял меня за запястье.
— Этот, — сказал он, показывая на яблоко поменьше, с лёгкой зеленцой.
— Почему?
— Красные только выглядят красиво. А сладость — у этих.
Я посмотрела на него с подозрением, но взяла те, что он показал. Надкусила. Яблоко оказалось сладким, с лёгкой кислинкой, сочным.
— Откуда ты знаешь? Раньше торговал что ли? — спросила я с набитым ртом.
— Нет, просто живу здесь достаточно долго.
Он улыбнулся, и я снова поймала себя на мысли, что эта улыбка очень даже идёт ему. Слишком идёт.
Мы купили яблок. Я уже хотела повернуть домой, когда Кайдан остановил меня.
— Сейчас время обеда. — Он кивнул в сторону улицы, где виднелась вывеска с золотым кувшином. — ты не голодна?
Я хотела отказаться. Хотела сказать, что нам пора. Но живот предательски уркнул, а он как на зло услышал.
— Пойдём. Я знаю тут одно хорошее местечко.
Заведение, куда он меня привёл, оказалось совсем не похоже на те таверны, где я кормилась раньше. Здесь всё было дорого-богато. И на удивление очень чисто.
— Здесь слишком дорого, — сказала я, когда нам принесли меню. Я открыла книжечку с ценами и закрыла её. — Я не смогу здесь расплатиться.
Он положил свою руку на мою, останавливая.
— Я пригласил, — сказал он. — Я и угощаю.
— Мне неудобно. Ты и так много делаешь для меня…
— Хайди, — он убрал руку, откинулся на спинку стула. И в этом движении было что-то царственное — так откидываются не купцы, а те, кто привык, что мир принадлежит им. — Я хочу тебя угостить. Позволь мне это сделать.
— Тогда хотя бы позволь мне заплатить за чаевые.
— Чаевые?
— Как комплимент за хороший обед.
— Чаевые здесь не принимают. Только если ты не хочешь смертельно оскорбить хозяйку.
Я замолчала. Смертельно оскорбить? В тавернах медяки кидали на стол не глядя, а здесь — смертельно оскорбить?
Официантка при виде него едва не выронила поднос, а хозяйка заведения — дама в перчатках — отвесила нам (или ему?) едва заметный поклон. Я быстро посмотрела на него. Тот сидел и делал вид, что увлечён меню.
Женщина в шляпе что-то шепнула официантке — та кивнула и бросила на нас короткий взгляд, прежде чем уйти.
— Добрый вечер. Что будете заказать? — Она обращалась в основном ко мне, стараясь не смотреть на Кайдана.
— Заказывай, что пожелаешь. — Сказал он не отрываясь от меню. — Здесь подают превосходную куропатку.
— Тогда буду её. — Я передала меню девушке, та была бледная вся и её руки тряслись. Я хотела спросить, что с ней, но следом сделал заказ Кайдан.
— Мне тоже самое и бутылку вина. Хозяйка знает какого. — Он передал ей меню в руки, она поклонилась ему и мне и удалилась.
Женщина в шляпе сразу оставила нашу официантку. Выслушала её, кивнула. Бросила короткий взгляд на нас и удалилась куда-то в подсобку.
— А ты знаком с хозяйкой?
— Я со всеми местными управленцами знаком. Даже с очаровательной хозяйкой лавки пряностей. — Он постучал ногтём по столу. — Я кстати всегда хотел спросить, почему пряностей, если вы продаёте сладости?
— Мы в некоторые ингредиенты добавляем специи, что придаёт определенный пикантный вкус.
— Необычно.
— Меня ты тоже пригласил сюда, чтобы познакомиться поближе как с хозяйкой лавки?
Его пальцы замедлились и он улыбнулся.
— Я с тобой познакомился ещё до того, как ты стала хозяйкой. — Он игриво подмигнул.
— Что ж, это приятно слышать.
Еду принесли довольно быстро. Бокалы нам принесли необычные. Они были с золотым узором, а судя по тяжести — настоящее золото.
Я оглянулась по сторонам. У всех были обычные бокалы. А бутылка, из которой разливалось, была очень старой — на ней едва виднелась вытертая пыль.
Куропатку я никогда не ела и в своём мире. А тут приготовлена настолько хорошо, что корочка едва хрустела на губах, но при этом была мягкой и нежирной.
«Если я вернусь когда-нибудь в свой мир, обязательно попробую где-нибудь такую птицу в ресторане».
Когда мы доели, я вытерла губы салфеткой и посмотрела на него. Он положил три золотых монеты на стол. Помог мне подняться и мы вышли. Дама в шляпе всё время наблюдала за нами, и когда мы выходили, она слегка поклонилась со всем персоналом.
«Есть разница есть в обычной таверне и в таких дорогих заведениях».
Уже у лавки он мягко притянул меня к себе.
— Позволишь тебя поцеловать?
— Кайдан, я думаю, что девушка из лавки пряностей тебе не…
Я не успела договорить.
Его губы накрыли мои — горячие, с привкусом вина. Я мягко отстранилась, прикусывая нижнюю губу и прерывая поцелуй. Его радужка вспыхнула золотом, а на лице появилась лёгкая усмешка.
— Я так ужасен?
Я прикрыла рот ладонью, чувствуя, как учащается дыхание.
— Это просто… неожиданно. И…
Он не дал мне договорить. Ладонь скользнула за мою шею, пальцы слегка вплелись в волосы у затылка, не отрывая взгляда от моих губ.
— Мне понравилось, — тихо призналась я.
На этих словах он улыбнулся шире и снова наклонился. На этот раз, его губы накрыли мои жёстче, увереннее. Я приоткрыла рот, и его язык медленно скользнул внутрь. Я ответила, прижимаясь ближе, чувствуя, как его горячая ладонь сильнее притягивает меня к нему.
В первый раз за все мои жизни поцелуй был настолько глубоким и голодным, что тело отзывалось само, без мысли. Я тихо выдохнула ему в рот, когда он слегка прикусил мою нижнюю губу, а потом снова углубил поцелуй, уже не скрывая желания.
Он отстранился медленно, проводя языком по своим губам. В уголках глаз образовались морщинки.
— Этот был лучше?
Я застонала. От желания. От страха. Потому что я переставала его бояться, а это было самым опасным.
И просто кивнула в ответ.
— Сегодня вечером я зайду за тобой. Не против?
— Нет… — выдохнула я, ненавидя себя за то, как быстро сорвался ответ.
Он занёс корзинку в лавку, попрощался и вышел слегка хлопнув дверью.
Астрид требовательно постучала ноготком по столу.
— А он не хочет случаем тебя осчастливить и купить нам ещё одну кровать?
— Астрид!
— Молчу, молчу. — Она подняла руки вверх. — Я просто о вас в первую очередь думаю. О вашем удобстве. И о том, что если вы будете часто целоваться, то вам понадобится больше личного пространства.
Я кинула в неё пучок мяты. Она ловко увернулась и смеясь ушла в подсобку.
«Хайди, ты целуешь человека, который, возможно, убил женщину, в теле которой ты живёшь. И тебе это нравится. Что с тобой, чёрт возьми, не так?»
Глава 17
К вечеру я перебрала весь свой скудный гардероб.
Зелёное платье — слишком простое. Штаны и рубашка, которые он подарил, — в них я буду выглядеть как парень. Синее, купленное на рынке, — ещё хуже.
— Ты чего там шуршишь? — крикнула Астрид из лавки.
— Не знаю, что надеть!
Она появилась в дверях, окинула меня взглядом и покачала головой.
— У меня кое-что есть для тебя.
Она достала из-под шкафа свёрток, перевязанный красивой лентой, и протянула мне.
— Вот, возьми это.
— Это откуда?
— Постоянная покупательница. Она швея. Я попросила сделать кое-что специально для тебя. Хотела подарить позже, но...
Я не дала ей договорить и обняла её.
— Ты моя спасительница. Без тебя я бы вышла на свидание в фартуке.
Я быстро развязала ленту. Внутри лежало платье — красное, из мягкой, струящейся ткани, которая стекала сквозь пальцы, как вода. Длинные рукава, вырез, открывающий ключицы. Рядом — туфли. Лёгкие, на небольшом каблуке, такого же глубокого красного цвета.
— Астрид… — выдохнула я.
— Красиво, — тихо сказала она. — И тебе идёт. В нём ты будешь выглядеть как минимум виконтесса.
— Спасибо. Правда. Я… не знаю, что сказать.
— Ничего не говори. — Она махнула рукой. — Ты для меня сделала намного больше.
Астрид вышла, чтобы я могла переодеться. Я распустила волосы.
«Да, Роза, ты просто великолепна. Жаль, что ты умерла такой молодой. И жаль, что теперь я ношу твою красоту вместо тебя».
Уголёк подошёл и упал мне под ноги, перевернувшись на спину.
— Как думаешь, у них с Розой всё было серьёзно так?— я пожамкала его пузико.
Уголёк от удовольствия стал перебирать лапками в воздухе.
— Это так просто странно. Он знает, что я не Роза, но в итоге хочет… — Я замолчала резко.
А чего он хочет? Убить, отомстить? Роза ему причинила какую-то боль. Он зол на неё и по всей видимости и влюблён одновременно.
—Совокупиться хочет с тобой он.
— Боже, Уголёк, прекрати. — Я встала и поправила платье. — Нужно как-то аккуратно спросить у него про Розу.
* * *
Уже темнело. Кайдана всё не было. Я ходила кругами по лавке и не находила себе места.
— Может он тебе предлагал встретиться завтра?
— Нет. Он сказал чётко вечером… Просто вечер понятие растяжимое…
— Растяжимое, но уже лавка закрывается скоро. Он ночью поведёт тебя гулять что ли?
В дверь постучали. Я облегчённо выдохнула и открыла дверь. Но на улице никого не было.
— Кайдан? — спросила я в пустоту.
Я посмотрела на порог, на нём лежал один тюльпан и письмо, привязанный к цветку красной ленточкой. В груди затаилось что-то колкое. Аккуратно подняла оставленное и занесла в лавку, закрыв её на щеколду.
— Ты чего? Мы же вроде сегодня до поздна… — Астрид замолчала глядя на цветок и письмо.
Я развернула лист.
«Дорогая, Хайди. Меня вызвали во дворец по службе. Прости, нам придётся перенести нашу встречу. С уважением Кайдан».
Я швырнула письмо на стол вместе с цветком и поплелась к кровати. Астрид схватила листок, пробежала глазами и грязно выругалась.
Я скинула красное платье на пол, накинула домашнее тряпьё и рухнула в постель. Великолепие так и осталось лежать на полу — как знак вопроса. Или как разочарование.
— Зато высплюсь, — сказала я коту, который явно не ждал моей тушки в такое время.
Уголёк посмотрел на меня своим кошачьим осуждением и продолжил вылизываться.
— Не расстраивайся. Он тебя так целовал, что…
— Ты видела? — Я повернулась к Астрид, которая стояла уже в проходе.
— Ну… там тяжело было не увидеть…
— Какой позор. — Я хлопнула себя ладонью по лицу. — Покупатели тоже, наверное, видели. Чем я вообще думала, целуя его у лавки?
— Не головой, — вставил свои пять копеек Уголёк.
Ой, не по-доброму я на него посмотрела. Ой, как не по-доброму. А этот комок шерсти ещё и чихнул, словно издеваясь.
— Подумаешь покупатели.
— Я всё ещё не могу забыть, как он с моим мёртвым телом спал…
— С м-мёртвым?
«Зря я это ляпнула».
— Астрид, давай не сейчас, — застонала я и накрыла голову подушкой.
— Он же служит королеве, может, приказ был. Или что-то срочное. Он же не трактирщик, чтобы иметь свободный вечер.
Астрид ушла убирать и намывать зал. Я сама не заметила, как уснула, поглаживая мягкую шерсть Уголька.
* * *
Утро.
Из-за того, что легла рано, проснулась в пять сама. Будить Астрид не стала. Пошла готовить одна.
Мысль о вчерашнем поцелуе не выходила из головы.
«C такими глазами и голосом кто угодно растает».
Я всыпала муку в миску с большей силой, чем нужно. Пока месила тесто, проснулась моя напарница.
— Ты чего меня не разбудила?
— Я рано проснулась, а ты любишь поспать. Вот и дала тебе возможность отдохнуть немного подольше.
— Кофе будешь?
— Да, пожалуй. И лучше покрепче. У меня сегодня день самоедства намечается.
Пока Астрид готовила кофе, я поставила в печь первую порцию лепёшек.
— А куда ты поставила посыпку?
— Ой…
— Что ой?
— Я вчера забыла сказать… — Астрид аккуратно протянула мне чашку. — Рынки скоро откроются, я схожу…
— Я сама, — решительно сказала я. — Заодно и на завтрак что-нибудь куплю.
И мысли в порядок преведу...
* * *
На рынке было странно пусто. Для утреннего часа — почти безлюдно. Обычно здесь толкотня, как в метро в час пик.
Купила пару колбас, хлеб и яйца. Посыпку пришлось поискать. Пока я пыталась понять, чем белая отличается от такой же, только в другой упаковке, к продавцу подошёл мужчина. Он отвлёкся. Краем уха я уловила их разговор:
— Вчера была поставка?
— Нет, господин, только сегодня после обеда в порт корабль зайдёт. Дай Бог привезут к утру.
— Долго…
Я повернулась к продавцу и столкнулась с этим мужчиной лицом к лицу. И это было моей ошибкой. Роковой ошибкой.
— Роза?
Я попятилась. Медленно, не отрывая от него взгляда.
Один шаг. Второй. Третий.
— Нет, вы ошиблись.
Кинула серебряную монетку продавцу и поспешила прочь.
— Роза, постой!
Я прибавила шагу. Он двинулся следом. Пришлось почти перейти на бег и накинуть капюшон. Он тоже ускорился. Я побежала. Изо всех сил.
«Вот какого чёрта ему здесь нужно? ».
Я завернула за угол и врезалась в кого-то так, что ноги разъехались. Я рухнула прямо на булыжники.
Больно.
Колено, ладони, гордость — да всё сразу.
— Помогите! — закричала я, даже не успев поднять голову. — Нас…
Тёплая широкая ладонь закрыла мне рот.
Меня подняли одним движением, втащили в тёмный промежуток между домами и прижали спиной к стене.
Я рванулась. Укусила ладонь и попыталась ударить коленом.
— Да тихо ты, — прошипел голос над ухом.
Я замерла.
Жёлтые глаза смотрели на меня сверху вниз — удивлённо, почти растерянно. Кайдан держал меня одной рукой за плечо, другой всё ещё закрывал рот.
— Ты кричишь «помогите» на меня? Серьёзно?
Я выдохнула носом. Он осторожно убрал руку.
— Ты какого чёрта так пугаешь?!
— А ты от кого убегаешь?
— От совести твоей вчерашней, — огрызнулась я на него, вырываясь из его лапищ.
— Я просил передать тебе письмо. Ты не получила?
— Получила.
Я скрестила руки и обиженно отвернула голову в сторону.
За спиной Кайдана, стоял уже Фенх. Он осматривал место моего падения.
— Тогда почему ты злишься?
— Потому что я вчера хотела здесь это.
Я схватила его за ворот и притянула к себе, целуя жёстко, почти зло.
Он на секунду замер — а потом ответил с такой силой, что я пискнула от нехватки воздуха. Его руки скользнули по моим бёдрам, сжали, и он поднял меня, прижав спиной к холодной стене. Я обвила его ногами, пока его язык жадно исследовал мой рот.
Фенх взглянул в нашу сторону, но широкая спина Кайдана полностью скрывала меня. Он развернулся и ушёл в другую сторону.
Как только он ушёл, я отстранилась и требовательно постучала по спине, чтобы меня опустили вниз.
— Давай сейчас поедем к водопадам, — прошептал он, целуя уже не губы, а шею. — Найду лошадей. Поедем куда захотим. И будем останавливаться в каждом безлюдном месте, какое найдём.
Его руки скользнули под моё платье, оттягивая моё бельё вниз.
— Мне пора, — коротко бросила я и мягко, но твёрдо выставила руку вперёд.
Это помогло и он опустил меня. Я не видела лица, но чувствовала — он удивлён. И всё равно пошёл за мной.
Я затылком ощущала, как он сверлит меня тяжёлым, почти грязным взглядом.
А впереди снова появился Фенх. Он стоял спиной к нам и о чём-то спрашивал прохожих.
Я схватила Кайдана за руку и снова завернула в переулок. Его ладонь была такой горячей, что я тут же выпустила её и посмотрела на свою. На коже остался красный след, словно от ожога.
— Ты обжёг меня… — Я сделала шаг назад и упёрлась в стену. — Ты кто такой?
— Человек, — невинно поднял он руки. — Ты, видимо, когда упала, повредила ладонь. Дай посмотрю.
Он нежно взял мою руку и мягко поцеловал покрасневшее место. Я хотела отдёрнуть — но не смогла.
— Я видела, как ты выпускаешь пламя изо рта.
Он рассмеялся, а я внезапно почувствовала себя дурой.
— Это издержки моей… работы. Не хотел тебе говорить. Думал, посчитаешь занятие унизительным. Я при дворе своего рода… фокусник. Огонь изо рта — лишь малая часть представления.
Я выдохнула и закрыла глаза.
— Прости, — сказала, открывая их и изображая виноватую улыбку. — Воображение разыгралось.
Улыбка с его лица исчезла. Он смотрел мне в глаза, иногда опуская взгляд на губы.
— Ты поранила коленку. Отнести тебя до лавки?
— Отнести? Нет. Спасибо. — Я отошла чуть в сторону. — Если хочешь — проводи.
Он протянул руку, и мы вместе вышли из переулка.
Всю дорогу я воровато оглядывалась по сторонам, сжимая в кармане посыпку. Фокусник начал коситься на мой карман.
— Тебе нужны деньги? — вдруг спросил он.
Моя ладонь начала гореть, как и мои глаза с щеками.
«Господи, он подумал, что я что-то своровала. Какой позор!»
— Нет. Лавка достаточно приносит. Спасибо.
Мне хотелось провалиться сквозь землю.
Когда мы дошли до лавки. Я только махнула ему рукой и нырнула внутрь, даже не сказав «пока».
Он остался за дверью, провожая меня взглядом через стекло.
Глава 18
— Какой позор... — прошептала я, подставляя обожжённую ладонь под струю ледяной воды. Холод немного унимал жжение, но не стыд.
Астрид заглянула в ванную, подозрительно сощурившись.
— Всё хорошо? Ты чего такая исцарапанная? С диким енотом боролась, что ли?
— Упала, когда убегала от «старого знакомого».
— Не того ли случаем статного блондина? — Астрид поморщилась. — Он что, преследует тебя?
— Вроде того. Просто если увидишь его — меня нет, а хозяйка лавки в отъезде.
— Может ты расскажешь Кайдану об этом?
— Нет. — Я обмотала руку тряпкой. — Ему тем более нельзя знать о нём.
Астрид кинула на меня недоверчивый взгляд. В лавку кто-то вошёл, и она молча вышла.
Уголёк лениво вошёл и плюхнулся на пол — растягиваясь.
— Фенх нашёл меня на рынке. Прямо у прилавка с посыпкой. Романтичнее не придумаешь.
— Это нехорошо.
— Знаю. Что делать? Кайдан ещё сказал мне, что он при дворе что-то типо фокусника. Мол он устраивает шоу с огнём.
— А тебя не смущают его глаза?
— Меня всё смущает. — Я села на пол, поджав колени. — Ещё и коленки стёрла, когда упала.
Кот сел и согнулся, глядя на меня сверху вниз.
— Не выходи никуда. Или выходи рано утром, или ночью. Будешь прятаться здесь. Астрид прикроет. При свидетелях он тебя снова не убьёт. Можем попросить фокусника переехать к нам для охраны.
— Нет. Мы сами справимся.
Я обработала царапины. Астрид почти всю выпечку взяла
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: