– Ты мне не веришь?! – такого искреннего фонтана удивления и обиды, я не ожидала. И от кого? От парня, что только сегодня увидела.
– Я тебя вижу в первый раз. Почему я должна тебе верить? Назови хоть одну логичную причину.
– Хорошо. Когда приедешь с вещами, сразу все и напишу, – сдался Валерий, обиженно зыркая на меня своими глазищами.
– Тогда я, пожалуй, сама распечатаю на работе типовой договор. Сочинять с потолка, сидя на кухне, я не собираюсь.
– Хорошо, – уже искренне злился Ватников, но послать меня он не мог себе позволить – поджимало время, да и другие жильцы могли не согласиться с подменой меня на кого-то другого.
Странный он. Не ужели не понимает, что это мы ему делаем одолжение, а не он нам? Игорь вскоре женится и ему подарят квартиру. Это все знают, так как невеста, недалекая, но красивая Эмма, делиться радостью с каждым, кто готов слушать. Большой любви я тут не вижу, скорее, это слияние капиталов их родителей. Не слишком богатых по меркам других городов, но для Ростова они – не последние люди. Думаю, он согласился на это, только чтобы его невеста не нудила о желании переехать к нему. Общагу, даже элитную, эта любительница откровенного белья не приемлет. Наташа и Катя, у них все сложнее. Элитное жилье поможет избежать проверок родителей, а квартира с нормальными соседями, это возможность вовремя списать и не просесть по учебе.
Ни о каких добрых сердцах, ни у кого из нас речи даже не шло. Только выгода, для каждого своя. Хотя, его глаза и правда мне понравились…
Выходя из квартиры в своем кожаном костюме, я столкнулась с оборотнем, буквально нос к носу.
– Ну надо же! Раньше ведьмы на метле летали, а теперь на байках разъезжают, – нагло улыбнулся он, проходя взглядом по моему телу, – а ничего так униформа у вас теперь, хоть и без оборочек и чулочек.
– Придурок, – покачала головой и втащила насмешника в квартиру. Захлопнув дверь и закрыв ее на один оборот, развернулась к этому остряку-самоучке.
– Ты совсем идиот? Ничего умнее, чем такой подкат, не придумал? Услышит кто, что я ведьма и начнет пристально присматриваться к каждому моему шагу. И что тогда? Я же не в офисе, под защитой стен, а целый день в разъездах. Ты головой только есть научился за все школьные годы?
– Эй-эй. Признаю, ступил, – поднял он руки, – я просто рад, что теперь в этом доме живет еще одна нечисть. Я с четвертого этажа, с трешки. Целый год тебя пытался застать. Запах чувствую, но поймать не могу. Сперва думал, глюки, но на замке бабы Дуси учуял твой запах. Ну и байка твоего.
– Правильно про вас, оборотней, говорят, что прямолинейнее вас, только железнодорожные рельсы. Вроде и поворачивает поезд, да все не заметно, – горестно вздохнула я, понимая, что он мог меня спалить где угодно, просто решив пошутить. – Чего вообще искал?
– Да я местный участковый. Если будут проблемы, ты сама не шали, мне звони, – он протянул визитку. – Район я хоть и почистил, но лишним не будет. Иногда из других мест приходят куролесить. А вы – народ горячий, пришибете кого, потом отмазывай, трупы прячь, а кислота нынче дорогое удовольствие.
Ничего, я тоже умею шутить.
– Хорошо. Буду убивать и тебе звонить. Такие перспективы теперь открылись, при твоем заступничестве, что я точно развернусь на полную. А то вон, недавно приставал один, прикурить просил, пришлось дать. Но теперь сразу вмажу в нос, и коленом добавлю, – он улыбался уже не столь ярко и уверенно, а смешинки в глазах исчезали, медленно превращались в недоверие. – Чего смотришь? Я была лучшей по рукопашке в своей группе, нас даже силовики тренировали. Иногда в пары с нами становились. Я разными способами убить нечисть могу, а человека, и подавно.
– Скажи, что ты шутишь? Я трупы прятать не люблю – мороки много, – взмолился он, принюхиваясь и не находя в моих словах лжи.
– Шучу. Это тебе за смех над моим мотоциклом.
– Ведьма… – Покачав головой, он оглядел прихожую, и даже кухню, насколько хватило обзора. – Так ты тут насколько?
– Пока не знаю. Как учеба пойдет, пока на второй курс переползла. Работаю в отделе по несостыковкам. Завтра переберусь в какой-то дом с подземной парковкой, понятия не имею еще, где это.
– К парню? – поиграв бровями, спросил он, растягивая губы в понимающей улыбке бабника-террориста.
– Скорее в мини общагу, для тех, кто учится, а не куролесит.
– Ясно, что все сложно. Но если что, звони. – оборотень все еще не сдавался, решив разузнать у меня побольше информации.
– Хорошо. Если сможешь, помоги мне завтра дотащить вещи до той квартиры, а еще сыграй роль, что-то типа начальника службы безопасности моего богатого дяди. С меня вкусный ужин.
– Отлично, завтра я выходной. Будь готова к семи вечера.
Участковый из нашей породы готов был хоть сейчас проверять на вшивость моих будущих соседей. Да и положено ему знать о своем районе все.
Идея припугнуть владельца «общаги» и сдать его участковому разом, возникла спонтанно. Чтоб не повадно было кидать, да и вообще лезть ко мне. Даже если Валерий его знает в лицо, как участкового, в чем я сомневаюсь, он вряд ли узнает его в другой одежде. Ведь человек в форме и человек в обычной одежде – это две разные личности. У полицейских такой устрашающий вид в форме, что такие мальчики, как Валерий, теряют свой запал, понимая, как крупно встряли, если пришел участковый. Но в этот раз с него хватит и накаченного начальника службы безопасности. Так будет солиднее.
Два дня с переезда все было тихо по всем моим фронтам. Ребята не мешали, почти не появлялись в квартире. На третий день Лидия Никифоровна сообщила о поездке в соседнюю область на усиление подобного нашему отдела, для проверки скопившихся заявок. Наврав, что отправляюсь на юбилей к дяде, я собрала самое необходимое в рюкзак и рванула на мотоцикле по трассе.
На месте мне выдали сразу целую папку с личными данными и адресами. За два дня я успела проверить почти всех. Но в одном месте чуть не опоздала, совершив непростительную ошибку, которую запомню на всю жизнь.
Неприметный заброшенный район, расселенный дом, почти клоповник. Интерес для нас был лишь в одной квартире. Подозреваемый постоянно пил и мог не выходить из дома неделями, если дружки поднесут бутылочку. Я хмуро смотрела на дом и что-то шевелилось в душе, толкая меня туда. Нам не запрещалось идти на контакт, скорее, мы старались не встречаться с объектами в замкнутых пространствах, пока не поймем степень их опасности и принадлежность. Но сейчас что-то рвалось туда, едва не выламывая мои кости. Взяв телефон, я набрала временному начальству.
– Александр Леонидович, меня тянет туда. Вышлите подмогу, что хотите потом напишите в отчете по моей работе, но пришлите ребят прямо сейчас.
– Что у тебя было по предсказаниям? – спросил меня этот вечно серьезный мужчина, и тут же гаркнул мальчикам-аналитикам. – Мишка, Стас, быстро к Янине по адресу алкаша!
Контора была не так далеко, минут десять им должно хватить, чтобы добраться. Другой вопрос, есть ли эти десять минут у меня?
– Как и у всех ведьм, – устало ответила я, медленно двигаясь в сторону дома, – сдавала с бодуна, несла чушь про три кусочка: крови, слез и боли. Но оракул засчитал.
– Надеюсь, сейчас ты тоже бред несешь и там только запойный алкаш. Желательно, человек, – устало произнес он, но отзывать ребят не стал. Просто окончил вызов, не выдав мне ни одного распоряжения.
Поднимаясь по захламленной лестнице, я в первый раз видела настоящий барак. Не просто облупившаяся краска, а настоящие трещины, с отвалившимися кусками бетонных стен. Разбитые ступени, спиленные под корень металлические перила и царившая вокруг странная тишина. Почти мертвая. Пахло тут, собственно, не розами, а гнилью, плесенью и мертвечиной. Последний запах меня очень сильно пугал. Но поворачивать назад было поздно, ноги сами несли меня вперед.
Спрятав телефон, я внимательно смотрела по сторонам, вытащив из рюкзака шокер. Так себе защита, но если что, не с голыми руками буду. Этаж интересного для нас субъекта, был темным и словно вымершим. По собранной информации, тут проживали бомжи, бродяжки и беспризорники. Сам мужик появился из неоткуда лет пять назад и иногда проявлял повадки хищника. Звучало громко, но выражалось в повороте головы, ее наклоне, вскинутом подбородке. И, в принципе, все. За годы он никого не избил, не обокрал, не привел в дом проститутку. Хотя в это место никто не пойдет по собственной воле, но и попыток не было. Возможно, ему хватало и местных женщин среди бомжей и тех же бродяжек, но каких-то особенных теплых чувств он не проявлял. А ведь как бы необычно для меня не звучало, но это люди с физиологией, они даже в таких скотских условиях рожают детей.
Подойдя к комнате объекта, не решилась открывать дверь. Не думаю, что он смазывает скрипучие петли, а выдать себя на пустом месте, это верх глупости. Судя по архитектуре, тут был общий балкон, и я видела, что из соседней квартиры можно попасть в эту, так как решетчатое ограждение там отсутствовало. Взглянуть на него я смогу и через оконное стекло. Может, даже останусь незамеченной и свалю до приезда парней.
Пустая квартира рядом имела странно обжитый вид, даже при отсутствии двери, разбитого паркета, ободранных и обугленных обоев. Окровавленный старый матрас валялся в углу, на нем лежали одеяло и свернутый из грязных вещей ролик, который явно использовался в качестве подушки. Тут явно кто-то обычно спал, но не сейчас. Дальше по коридору была вторая комната, и в ней было такое же место, но меньше размером. Судя по запаху немытых тел, ночевать сюда приходили регулярно. Может, дружки объекта расползались по лежакам? Но для пьющих подобное действие не характерно. Обычно они отрубаются прямо за столами, а не ищут матрас с одеялом в соседней квартире. За размышлениями, продвигаясь к балкону, я не сразу заметила странное движение на кухне. И повернулась только на резкий шумный выдох, уставшись на кроху не старше трех лет, что смотрел на меня с каким-то восхищением и страхом одновременно. В его сущности жил еще совсем мелкий вий, а это могло значить только то, что он сын нашего объекта. Ребенок, про которого нам ничего не было известно все это время.
Я улыбнулась, и порывшись в кармане куртки, нашла шоколадную конфету. Не знаю, как она там оказалась, ведь я редко их покупала в офис и еще реже ела сама, но я была счастлива такой удаче. Присев на корточки, я положила шокер на пол и протянула угощение мальчику на раскрытой ладони. Посмотрев вокруг, я зашептала, стараясь не привлечь внимание никого постороннего:
– Привет! Хочешь конфету? Бери, на, – он кивнул и несмело пошел навстречу, – на, я ничего тебе не сделаю, я потерялась и просто хотела узнать дорогу. Ты же покажешь мне ее?
Он уже выхватил конфету и полностью запихал ее в рот, как только развернул. Принялся активно жевать, капая слюной. Я не собиралась оставлять тут маленькую нечисть. Не место в этом ужасе одному из нас. И не важно, любит его объект или нет, мальчик не останется в бараке, спать на полу, жить без элементарных условий. Думаю, меня поддержат прибывшие ребята, отловив и его папашу.
Да как же так?! Они даже не знали, что тут есть этот ребенок! Совсем еще маленький, и уже с активированной сущностью, что «просыпается» в моменты опасности или сильных повреждений физического тела. Что они живут со своим отцом в нечеловеческих условиях, тогда как наличия одного малыша хватит на адаптацию обоих в нашем обществе, с гарантированными работой, домом и нормальным обеспечением всем необходимым.
Мальчик доел и теперь рассматривал меня иначе, словно любуясь, склонив голову к плечу. Вот в ком ген зверя силен! Если он так сейчас подчиняется сущности, то что будет к десяти годам?! Они же срастутся, переняв привычки друг друга, став единым существом с очень опасными возможностями, без должного обучения.
Понюхав воздух, он ткнулся мне носом сперва в предплечье, а потом и вовсе закопался в район подмышки. Он изучал меня, познавал через запах мои намерения, чувства и сущность. Представив, как сильно я хочу помочь ему, отвезти в настоящий дом, где его примут и поймут, как приняли меня саму…
– А ну пошла вон! Он не продается! – оглушил меня голос мужчины, появившегося с балкона. Еще один вий, но более слабый, не обученный и от того очень опасный.
– Я ничего ему не сделала. Просто дала конфету! Я потерялась и хотела спросить дорогу. Посмотрите в окно – там мой мотоцикл. Я не вру! Только узнать дорогу и все! Я заплачу, – подскочив, я вытащила всю наличность, протягивая объекту. Мальчик обижено рыкнул и обнял мою ногу. Его не интересовал отец, сейчас я была центром его вселенной.
– Это куда ты ехала, раз в нашу дыру попала? – усмехнулся взрослый вий, кинув взгляд на улицу. Объект давно никому не доверял, воспринимая всех, как врагов.
– За мной гнался патруль, я петляла, оторвалась, но заблудилась сама, – выдавала я первые пришедшие в голову мысли, мечтая, чтоб быстрее появились мальчики.
– Никто из ментов в этот район не сунется, – он нахмурился и еще раз посмотрел на улицу. – Ты что, не местная?