– Привезли утром на ёлочный базар большущую ёлку, а иголки у неё светятся, как лампочки Ильича… Кстати, дед твой как увидал, заругался, засобирался сразу, и побежал туда…
– На базар?
– Ага.
Аня так обрадовалась зацепке, что про носки совсем забыла. Прибежала на ярмарку и сразу заметила её. Пушистая, высокая, с переливающимися изумрудными иголками, она собрала вокруг толпу зевак. Аня, расталкивая детей и взрослых, подошла поближе и протянула руку.
– Не трогай, – кто-то выкрикнул из толпы, – иголки как ножи.
Аня замерла с вытянутой рукой. Вдруг ветви зазвенели, раздвинулись, и из ёлки стремительно высунулась скрюченная рука. Она ухватила Анины пальцы и потащила девочку внутрь. Приближаясь к опасным иголкам, она зажмурилась. Аня почувствовала, как по щекам скользили холодные иглы, а потом толчок в спину. Это колючие лапы замкнулись за ней, словно закрыли ход к отступлению.
– Ну, открывай уже глаза. – послышался знакомый хриплый голос.
– Деда Лёша! – улыбнулась Аня и обвела взглядом «шалаш» из массивных ветвей. – Вы что тут делаете?
– Думаю, как сокровище это спасти. Нелюди эти люди. Как посмели… Эх, не уберёг.
– Не уберегли кого? – не понимала Аня.
– Столько веков берёг, а тут… Срубили. – дед прислонил лоб к шершавому стволу.
Кора засветилась, и по ней побежали огоньки.
– Дедушка, что это?
– Волшебство. Таких ёлок мало осталось. Фигурки-то свои из них делаю, – он постучал рукой по ветке, склонившейся над головой. – Раз в год, перед Рождеством чищу красавиц, и вырезаю для добрых людей.
– И статуэтки, выходит, волшебные?
– Конечно, они дают то, о чём душа просит.
– О! А как спасти ёлочку?
– Для начала, в лес вернуть надобно… Вот сижу, мозгую.
– Был бы здесь Ви, может и помог, – задумалась Аня.
– Точно! Вот я пень трухлявый, сам не докумекал. Мы его позовём сейчас, – старик упал на колени, стал стучать руками по снегу и выводить ладонями круги.
Аня изумленно раскрыла глаза. Снежинки начали взлетать вверх, закружились, собираясь в причудливые завихрения. Из плотного снега появился Ви. Аня пристально смотрела на мальчика.
Ви заметил её и смущенно улыбнулся. Он никогда не перевоплощался перед человеком.
– Аня, рад тебя видеть, – начал Ви, но дед его перебил.
– Не до любезностей сейчас. Ёлку нужно в лес доставить. Быстрее, – он погладил ствол, – силу теряет.
– Я могу её поднять и отнести, – Ви покосился на Аню и под пристальным её взглядом, опустил голову. – Ань, я не живой мальчик, в смысле, я не мальчик…
– Ёлка! – сердито крикнул старик. – Потом разберётесь, кто мальчик, а кто девочка.
– Я поняла. – тихо отозвалась Аня.
Ви рассыпался на тысячи снежинок. Они покружили вокруг девочки, а потом стали заполнять собой всё пространство внутри ёлки. Дедушка ловко забрался на ветку и обнял ствол. А ёлка, как большой дирижабль, поднималась всё выше и выше, оставив девочку далеко внизуАн
На минуту дерево, укутанное снегом, зависло над ошеломленной толпой. Аня увидела очертания родного лица. Тревога и страх, что она больше не встретит Ви, нарастали в душе, как снежный ком. Слёзы повисли на длинных ресницах. Ей хотелось крикнуть: «Ты мой друг! Я не хочу тебя потерять», но слова растворила немая тоска. Аня силилась хоть что-то сказать, пока не поздно.
– Ви! – вырвалось из пересохших губ.
Снег под Аней зашевелился и стал собираться в плотную массу. Аня шлёпнулась. В этот момент снег принял форму кресла и лихо понёс перепуганную девочку вверх. Поднявшись над ёлкой, кресло размякло и плавно опустило Аню на ветви.
Аня отправилась навстречу неизвестноветв
5. Лесной волшебник
Аня летела верхом на ёлке и смотрела на землю. Это было похоже на сказку, или сон. Она даже несколько раз ущипнула себя.
Вскоре ёлка начала снижаться.
– Пристегнитесь, идём на посадку, – раздался звонкий смех Ви.
Он завивался чередой снежинок вокруг Ани, словно десятки ремней безопасности. Морозный порох падал на её лицо и превращался в капли.
Летательный аппарат лёг на сугробы. Из ветвей выбрался дед Лёша, отряхивая седую бороду.
Из своих домов выбрались любопытные белки, олени, лиса с лисятами.
– Дедушка Леший вернулся! – радостно защебетали слетевшиеся птицы.
Аня всплеснула руками, да так громко, что дед обернулся.
– Ёлки зеленые, ты как тут? – он глянул на Ви и недовольно хмыкнул. – Неси её домой.
– Дедушка, пожалуйста, разрешите мне помочь вам. – взмолилась Аня.
– Да чем ты поможешь… Не до тебя сейчас, – он безразлично махнул на девочку рукой и отломил маленькую ветку со светящимися иголками.
Аня скатилась с ёлки, как с горки, и встала возле Ви. Они молча смотрели на суетливого Лешего.
– А как он оживит срубленное дерево? Это невозможно. – Аня шепнула другу в ухо.
– В лесу он может всё!
Дед поднёс ветку к лицу и напевами стал произносить что-то невнятное. От его дыхания зазвенели иголки. Ветка начала вытягиваться – она росла, росла, пока не превратилась в посох. Леший со всей силы воткнул его в землю и по пульсирующей трости побежали тысячи золотых огоньков. Старик вытащил посох и, пританцовывая, побежал к свежесрубленному пню.
Он вырисовывал вокруг пня причудливые узоры. Появился золотой туман. Он становился всё плотнее, пока не превратился в мерцающий столб. За ним ничего не было видно – ни деда, ни пня.
– Что происходит? – Аня огромными глазами смотрела то на волшебство, то на Ви.