Недруга
Хотя, если разобраться, я ведь тоже была бездельницей. Когда мы с Максом поженились, я сразу ушла с работы – это даже не обсуждалось, настолько было само собой разумеющимся. Макс ни разу не спросил меня, чем бы мне хотелось заниматься, один раз только порекомендовал клуб верховой езды, организованный его новым заказчиком. Я честно пробовала этим увлечься, но после первой же тренировки у меня долго болели мышцы, о существовании которых я раньше и не подозревала, а в следующий раз я чуть не упала с лошади из-за слабо закрепленного седла и потери баланса.
У одной из трех упомянутых дам был возле дома теннисный корт. Меня приглашали и туда. Возможно, я с удовольствием занялась бы большим теннисом, но для этого мне нужно было освоить хотя бы базовые удары, а учить меня никто не хотел, все предпочитали просто играть.
- А как же дети? Или у Макса они уже были от первого брака?
- Нет, у Макса не было детей. Конечно, он должен был хотеть ребенка – кто еще унаследует его строительный бизнес? Но у меня, как и в первом браке, беременность почему то не наступала.
Я прошла более глубокое обследование, включающее проверку проходимости маточных труб, гормональный анализ и лапароскопию. Результат не был идеальным, но серьезных препятствий для беременности не выявилось. Нужно было обследоваться и Максу - сдать, например, тест на фрагментацию ДНК сперматозоидов, но он об этом и слышать не хотел. Либо не настолько пока желал иметь ребенка, либо относился к тому типу мужчин, которые патологически уверены, что у них «с этим» все в порядке, и они никакого отношения к бесплодию иметь не могут.
Ленку я долго к себе в гости не приглашала. Я не считала дом, в котором живу, своим и стеснялась звать сюда друзей. Пришлось бы как-то готовиться к их приему, а я даже чайник без Агаты не могла поставить. Не то что она бы не позволила, но высокомерно бы удивилась, что я делаю это сама, а не поручаю ей. Конечно, можно было выбрать день, когда она куда-нибудь уедет по хозяйственным делам и быстренько позвать своих гостей, но мне претили все эти кошки-мышки. Поэтому я просто выждала время и поставила Агату перед фактом, что ко мне приедет подруга. Агата вполне доброжелательно поинтересовалась, что нам приготовить на обед или ужин, и на следующий день я встречала Ленку.
Я думала, что увижу на ее лице растерянность – такую же, какая была у меня, когда я впервые увидела дом Макса. Но она рассматривала фасад дома с веселым восторгом.
- Вот это да! Теперь я вижу, что ты не очень преувеличивала, когда сравнивала этот дворец с Мэндерли. Познакомишь с миссис Дэнверс?
- Да вон она и сама спешит с тобой познакомиться.
Когда я их друг другу представила, Агата вежливо кивнула и вдруг улыбнулась не своей обычной чопорно-резиновой улыбкой, а совсем другой – веселой и искренне-приветливой. Я решила, что мне это показалось, и забыла об этом.
Я показывала Ленке дом и с удовольствием видела, что он ей очень нравится. Еще бы!.. Когда мы все осмотрели, я предложила ей искупаться в бассейне. Она радостно согласилась. Мы расположились на лежаках, и через несколько минут Ленка стала спускаться к воде, а я отправилась за коктейлями в кабинет Макса, где находился бар. Смешав для себя свой любимый «Лонг-Айленд Айс Ти», подругу я решила побаловать «Маргаритой». На обратном пути, подойдя к SPA-зоне, я вдруг услышала странный звук, похожий на квохтанье. Возле бассейна стояла Агата и… смеялась! Я ни разу за все эти месяцы не слышала, чтобы она смеялась! Коктейли чуть не выпали у меня из рук. И я уже нисколько не удивилась тому, что Агата смеялась над тем, что говорила ей Ленка.
- И что же она ей говорила?
- Сразу я не спросила, а потом Ленка сказала, что не помнит.
В очередной раз со стороны мое положение казалось лучше Ленкиного: я по-прежнему красивее, чем она, мой муж привлекательней и богаче, чем ее, мой дом лучше, денег у меня больше, работать мне не надо, готовить и убираться не надо и так далее, и так далее. Но почему при всем при этом она счастливее меня?..
Глава 4
Горькое спасение
- Интересно было бы выслушать Вашу подругу и узнать, считает ли она тоже, что у нее все лучше, чем у Вас.
- Мне иногда кажется, что Ленка совершенно лишена такой социальной эмоции как зависть. Когда я показывала ей фотографии, сделанные во время нашего средиземноморского свадебного путешествия, она смотрела на них с искренним интересом. И не было в ее реакциях ни малейшего сожаления, что на фото не она, а я. Так обычно реагируют люди, которые обладают высоким уровнем самодостаточности и гармонии с собой. У них развита эмпатия и радость за других. Поэтому сама постановка вопроса неверна. Ленка не сравнивает, у кого лучше, у кого хуже. У нее просто нет в этом потребности!
- Вы рассуждаете, как профессиональный психолог.
- Я им стала.
Сколько раз я задавала себе вопрос: почему бы мне не признать раз и навсегда, что да, у моей подруги все лучше, чем у меня, и сама она лучше, чем я? И успокоиться. Брать от нашей дружбы все самое лучшее и не пытаться Ленку хоть в чем-нибудь перещеголять.
Но как только я приходила к такому решению – в очередной раз возникала ситуация, когда я была просто уверена, что уж в этот-то раз я точно ее переиграю. Как, например, с похудением.
- С похудением?
- Да. Еще один яркий пример в копилку к музыке и балету.
Всю свою сознательную жизнь я борюсь с лишним весом. У меня от природы красивая, пропорциональная фигура, но не худощавая. Когда я стала заниматься в балетной студии – сразу поняла, что он детской пухлости надо избавляться. Пришлось ограничивать себя даже в тех немногих гастрономических радостях, которые были доступны в советское время в маленьких городах. И это было очень нелегко. Если бы не моя заветная мечта – стать солисткой балета – я бы ни за что на такое не подписалась.
В Москве эта проблема почти исчезла, особенно когда мы с Олесей сидели на одной кильке с вермишелью. Но после первого замужества возникла вновь. Я иногда с пугающей ясностью вижу, как превратилась бы в толстую, унылую тетку, для которой единственная радость – поесть, если бы не уехала из того города.
Когда я стала женой Макса, лишний вес сделался моим постоянным спутником, и борьба с ним перешла в хроническую форму. Иногда я его побеждала, но мой триумф длился недолго: чтобы удержать результат – нельзя расслабляться, а я не могу быть все время напряженной. Иными словами – я за время борьбы успеваю сильно соскучиться по тем продуктам, отсутствие которых и является главным орудием в этой борьбе. Я очень люблю и всегда хочу шоколад, мороженое и выпечку. Когда я читаю про здоровое питание и избавление от лишних килограмм путем исключения всего вкусного из жизни и включения регулярных занятий спортом – я зверею. Бодро бежать по стадиону с идиотской восторженностью на лице и веточкой сельдерея в зубах – не моя тема абсолютно.
Но апогей моего возмущения приходится на добрый совет заменить шоколад сухофруктами. Как можно заменить шоколад – это божественное совместное творение природы и человека - сморщенной курагой?! А спорт я ненавижу с детства, когда нас гоняли в школе и спортивных секциях до колик в груди.
Ленка мою позицию полностью разделяла. Периодически мы горестно делились друг с другом неутешительными новостями о появлении новых килограммов и сантиметров. И вот однажды в телефонном разговоре мы вспоминали наши вторые свадьбы и захотели проверить, насколько мы влезаем в свои свадебные платья. Оказалось, что ни на сколько. Ни она, ни я. Тогда мы решили поставить перед собой цель – похудеть до свадебного состояния, а заодно проверить свою силу воли. Неожиданно вопрос этот нас увлек, и мы договорились два месяца не видеться, худеть, а потом встретиться, поделиться опытом и вновь надеть наши свадебные наряды.
В доме Макса для похудения было все: бассейн, тренажерный зал и Агата, которая приготовит любые диетические блюда. В последнее время я неоднократно предпринимала попытки сбросить вес, но всегда оставляла эту затею, когда из кухни доносились умопомрачительные запахи. Утка с яблоками и картошечкой, пирожки, булочки с корицей – вот малый перечень источников этих запахов. А недавно, проведя замеры, я поняла, что дело совсем плохо: уточки и булочки начали комфортно размещаться на моем животе, бедрах и ягодицах.
И вот теперь, наконец, я подхожу к этому серьезно: дело ведь не только в самом похудении, но и в принципе. Разве я могу допустить, что у Ленки получится сбросить вес и влезть в свадебное платье, а у меня нет!
Хроническая форма борьбы с лишним весом перешла в фазу обострения. День мой складывался примерно так. Утром я умывалась и делала зарядку. Потом Агата готовила мне какую-нибудь кашу на воде и немного фруктов. После этого я гуляла или читала. Незадолго до обеда плавала в бассейне. Обед, как правило, представлял собой запеченную рыбу с тушеными овощами или какое-нибудь нежирное птичье мясо с опять-таки овощами. И снова прогулка, фильмы, книги. Это было самое тяжелое время дня, потому что после обеда больше всего хотелось чего-нибудь вкусного. Несколько раз я порывалась бросить эту затею, но перед глазами возникала Ленка в свадебном платье и я, тяжело вздохнув, продолжала свои мучения.
Часа в четыре я шла в тренажерный зал и долго изматывала себя бесконечными упражнениями. Ужин тоже был неубедительным и тоскливым, как скисшее молоко. После такого дня мне не хотелось ни любви, ни романтики. Да Макс и не настаивал, что меня вполне устраивало и даже не настораживало.
Наконец эти два месяца прошли, и я с удовольствием констатировала, что цель достигнута: в платье я влезла. Да, сидело оно на мне плотно, и если бы мне сейчас надо было выходить замуж – я ни за что бы его не надела. Но это уже ненужные детали. Я радовалась результатам своего временного аскетического образа жизни и с удовольствием представляла, как удивится Ленка. На следующий день, захватив платье, я уже ехала к ней.
Дверь в квартиру открылась, и предо мной предстала Ленка в… свадебном платье! Оно сидело на ней как влитое. Меня снова начала заполнять до боли знакомая восторженно-завистливо-безнадежная тоска. Как ей опять удалось меня обскакать? Ведь у нее нет ни Агаты, готовящей диетические блюда, ни бассейна, ни тренажерного зала, ни сосновой аллеи, где можно гулять после обеда… Ни в какие фитнес клубы она не ходила. Мало того – на столе у нее стоит наполовину пустая коробка «Рафаэлло», а в духовке готовится что-то умопомрачительное, судя по запаху. И отнюдь не диетическое. На мой безмолвный вопрос Ленка пожала плечами:
- Я знала, что никогда не смогу отказаться от шоколада и выпечки и стала искать варианты похудения, где не надо их исключать. Долго искала, но нашла!
- И что это?
- Раздельное питание! Просто не смешивай в один прием пищи белки и углеводы, ну и еще несколько принципов.
- И все?!
- В общем да. Грубо говоря, нельзя есть мясо с картошкой, а фрукты и десерты следует употреблять как отдельный прием пищи. Это теория Герберта Шелтона, сама можешь почитать.
- И как это происходит на практике?
- Ну, смотри. На завтрак я первым делом пью кофе, так как начать день без него не могу. Но! Только кофе, без всяких бутербродов и булочек. А через полчаса я ем либо кашу на воде, либо хлеб с сыром, либо какую-нибудь выпечку, желательно, из цельнозерновой муки. Кашу редко, потому что я ее и на молоке то не люблю, а на воде подавно. Согласно этой теории, хлеб с колбасой есть нельзя, а с сыром - пожалуйста! Кладу сыр между тонкими кусочками хлеба и в тостер. Поначалу очень хотелось чем-нибудь запивать, а сейчас уже и так хорошо. Фрукты – не менее чем через два часа после приема пищи, либо за полчаса до ее приема. Вместо ужина можно съесть, например, кусок торта, но тогда больше уже ничего! Сегодня вот у меня на завтрак «Рафаэлло». И каждый день свежие овощи и зелень.
- А в духовке что?
- А в духовке – вознаграждение за наши мучения!
- Погоди, то есть ты хочешь сказать, что так похудела только на раздельном питании? А физическая нагрузка?
- Это тоже. Но мне, как и тебе, ненавистно все, что связано с занятиями спортом. Однако я и здесь нашла выход.
- Только не говори мне, что ты занимаешься спортом во сне.
- Нет, там есть дела поинтереснее. Но ты в своем предположении близка к истине. Проснувшись, я кулем падаю с кровати на прикроватный коврик и стою в планке минуты полторы-две. Глаза у меня еще закрыты, но мышцы пресса работают. Потом, не вставая, я делаю несколько отжиманий и только после этого поднимаюсь. А дальше несколько взмахов руками и пара наклонов – это уже не внапряг. Вот и весь спорт. Но зато каждый день.
- А почему кулем на пол? Разве нельзя сначала сходить в ванную, например?
- Ни в коем случае! Если я встану с кровати, то потом уже ни за что не лягу на пол, чтобы сделать упражнения на пресс или отжимание. Если я встану, то сразу пойду на кухню ставить чайник.
- Вот это метод! Если все так просто – почему огромное количество людей истязают себя, чтобы похудеть?
- Но ты же тоже себя истязала.
- Я просто не знала.
- Вот и остальные не знают. Власть стереотипов! А я всегда стараюсь найти альтернативные варианты.
- И все-таки как же эта система раздельного питания работает?
- Все объяснять долго и нудно – сама потом почитаешь. Приведу только для примера пару принципов. Для переваривания белков нужна кислая среда, а для углеводов – щелочная. Когда все вместе попадает в желудок, происходит частичная нейтрализация и неполноценное усвоение с остатками непереваренной пищи. Фрукты нельзя сразу после еды, так как они быстро перевариваются и начинают бродить в ожидании переваривания других продуктов, что опять-таки мешает полноценному усвоению витаминов и других полезных веществ. Когда всего этого придерживаешься – калорийность существенно снижается, да еще и оздоравливаешься при этом.
- Даже не верится, что все так просто.
- Просто - когда привыкнешь, а поначалу очень даже напряжно. За столько лет привыкаешь, что после обеда всегда «компот». А тут – никаких чаев-кофеев-десертов. Да и картошечка с мясом – любимая еда, от которой в первую очередь пришлось отказаться.
Выяснилось, что похудели мы примерно одинаково. Но только ей не пришлось отказываться от любимых продуктов и истязать себя в тренажерном зале. А мне пришлось.
- А почему Вы решили, что ее способ похудеть лучше Вашего - стереотипного? Теория Шелтона научно не доказана. Он многое не учел. И похудела Ваша подруга не потому, что не смешивала белки с углеводами, а из-за вынужденного уменьшения калорийности. Она сама это признала.
- Но она при этом не исключала сладости и не так напрягалась физически.
- Вы забыли, что она еще и на работу ходила. Машины у нее нет, верно? И если это учесть, то ваша физическая нагрузка вполне сопоставима.
Да, это я не учла. У Ленки не было собственной машины. Была общая, семейная – Skoda Felicia, но водил ее только Андрей. Зато у меня была личная машина – BMW пятерка, и на ней я стала все чаще приезжать к Ленке с Андреем. В семье моих друзей случилось великое событие: положительный тест на беременность!
В моей семье тоже приближалось событие, хоть и не такое великое: вторая годовщина нашей с Максом семейной жизни. Мы планировали отметить ее, устроив праздник в нашем доме. Макс предложил мне выбрать любое место, куда бы я хотела совершить путешествие после праздника. Это был его подарок. А вот я даже близко не представляла, что могу ему подарить. С этой проблемой я отправилась, разумеется, к своим друзьям.
- Было бы здорово, если бы ты к этому времени забеременела, - вздыхала Ленка.
- Не успею. Даже если сегодня в очередной раз начну над этим работать.
- Может, разработать бизнес-план очередного строительства? – предложил Андрей.
- Чисто мужское видение подарка! – засмеялась я, но решила над этим подумать.
Когда до празднования оставалась неделя, Макс рано приехал с работы и сказал, что нам надо поговорить. Я подумала, что это связано с годовщиной и весело плюхнулась рядом с ним на диван.
- Сашенька, нам надо развестись, - сказал он.
Я решила, что ослышалась.
- Ты необыкновенно умная и красивая девочка, мне было очень хорошо с тобой.
- А теперь будет «но».
- Что? Да, ты права. Но.
Макс замолчал, а я закрыла глаза и стала твердить про себя: «Все хорошо, все хорошо, все хорошо». Но все было плохо. После того как Макс налил себе коньяк, выпил его, подошел к окну, постоял возле него и вернулся обратно к дивану, он, наконец, объяснил в чем дело.
Ленка была права – мне нужно было выяснить, почему Макс развелся со своей первой женой. Хотя он все равно бы, наверное, не сказал. А его история выглядела так.
Однажды, несколько лет назад, Макс утром проснулся и стал спускаться на первый этаж, чтобы приготовить себе завтрак. Агата уехала к какой-то своей родне, и он был дома один. Думал, что один. В прихожей на диване спала, свернувшись в клубочек, какая-то девушка. Лицо у нее было разбито, а одежда испачкана в земле, словно она ползком добиралась до его дома.
Макс стоял возле «спящей красавицы» и раздумывал – разбудить ее или накрыть пледом. Пока он решал эту сложную задачу, «красавица» проснулась сама.
- Извините, - прохрипела она, еле шевеля разбитыми губами.
Макс предложил ей несколько вариантов развития событий или их комбинаций: вызвать милицию, скорую, родных, пойти в ванну, позавтракать, рассказать, что с ней случилось. Девушка выбрала ванну и завтрак. Макс дал ей один из своих халатов, чистое полотенце и перекись для обработки порезов.
После ванны девушка выглядела намного лучше. Она зашла в столовую и осторожно опустилась на стул. Макс налил ей кофе и пододвинул тарелку с сыром и тостами.
- Вы мне сейчас не пересказываете книгу в жанре «банальный любовный роман»?
- Нет к сожалению. Я уже говорила Вам, что многие банальные вещи, описанные в книгах, действительно часто происходят в жизни. Иначе откуда бы их без конца брали?
- Тогда позвольте предположить: этой девушкой оказалась бывшая жена Вашего Макса – Ольга.
- Да, это была она.
Ольга рассказала Максу свою незамысловатую историю. Родилась и выросла она в семье ученых физиков-ядерщиков, закончила физфак МГУ и устроилась работать квант-аналитиком в банке. Там она и встретила свою большую любовь – владельца того самого банка, в котором она разрабатывала финансовые модели. Макс знал эту «любовь» - он жил через один дом, ездил на «шестисотом» и никогда не здоровался. Первые несколько месяцев Ольгина семейная жизнь напоминала сказку, но вскоре муж начал ее ревновать ко всем мужчинам, которые были в их окружении, и однажды дело дошло до рукоприкладства. Ольга сразу же решила развестись, потому что ни в ее семье, ни в семьях ее родителей никогда ничего подобного не было. Ей было элементарно страшно. Но ее муж раскаивался глубоко, долго и, казалось, искренне. И она поверила. Более того – убедила себя, что действительно невольно могла дать мужу повод для ревности.
Примерно месяца через два после этого события к Ольгиному мужу приехал из другого города родной брат с семьей – женой и дочерью. Дочь собиралась поступать в один из московских ВУЗов, и на время экзаменов они остановились в семье Ольгиного мужа. Брат сразу стал оказывать Ольге постоянные знаки внимания, и это было очевидно всем. Ольга, по ее словам, ничем это внимание не провоцировала и не поощряла.
Когда племянница мужа благополучно сдала экзамены и поступила в институт, родственники задерживаться не стали и уехали в свой город на следующий день. Вечером в тот же день, Ольгин муж заявил ей, что все знает. На вопрос, что именно он знает, муж ударил Ольгу по лицу, обозвал шлюхой и заявил, что она разрушает не только собственную семью, но и семью его брата. Ольга ответила, что этот брат ей даром не нужен, а мужа назвала ревнивым уродом, за что получила еще несколько ударов и выбежала из дома. Было темно, и только благодаря этому, погнавшийся за ней муж не увидел ее, лежащую на земле между соснами. Однако было не только темно, но и холодно: стоял конец осени, и ночь никак нельзя было проводить на улице.
А надо сказать, что в нашем поселке ни у кого не было заборов, и дома, действительно, часто не закрывались на замок. Зачем, если периметр всего поселка превращен в неприступную крепость? Чужие люди здесь не ходят, а «свои» - социально однородны и уж точно воровать к соседям не полезут. Агата всегда закрывала дом на ночь: для нее «социальная однородность» гарантией безопасности не являлась. А Макс даже и не вспомнил, что дверь можно закрыть на замок. Поэтому Ольга и проникла свободно в дом Макса, спасаясь от лютого холода.
Когда Макс спросил ее, что она собирается делать дальше, Ольга ответила, что главное для нее – развестись и больше никогда не видеть бывшего мужа. Тогда Макс предложил свою помощь: он идет к Ольгиному мужу и предлагает ему либо добровольно и без проволочек развестись, либо Ольга прямо сейчас едет в травмпункт снимать побои, а потом пишет заявление в милицию. Ольга с благодарностью согласилась.
Ее муж выбрал первый вариант. А Макс понял, что пропал. Вернее, он это понял сразу, как только ее увидел – грязную, с разбитым лицом на диване в прихожей.
Я слушала его историю и думала, какой наивной дурой была, когда говорила Ленке, что меня не волнует его прошлое, потому что вполне устраивает его настоящее.
- Но почему Макс с ней развелся?
- Потому что она оказалась очень порядочной.
По словам Макса, Ольга ответила ему взаимностью. Пока шла процедура развода она жила у него, периодически наведываясь в свой дом и забирая по мере необходимости свои вещи. Почему то Агата ее очень полюбила и постоянно опекала и заботилась о ней.
А через месяц выяснилось, что Ольга беременна от бывшего мужа.
- Но почему ты решил, что от него, а не от тебя? – спросила я у Макса.
- Саша, я очень виноват перед тобой. Дело в том, что у меня синдром Клайнфельтера – лишняя X-хромосома, и я не могу быть отцом естественным путем.
- Но почему ты мне об этом не сказал?! Ты ведь знал, что я выворачиваю себя наизнанку этими бесконечными обследованиями!
- Я не хотел тебя разочаровывать, и, признаюсь, стыдился признаться в своем диагнозе. Но я работал в этом направлении и рассматривал возможности искусственного оплодотворения.
- Но сейчас это не имеет смысла.
- Имеет. Но не с тобой.
- Ну, вот мы и подошли, наконец, к самому главному. Судя по тому, что ты мне решил рассказать про свою бывшую жену – именно с ней ты будешь проводить эксперименты по искусственному зачатию.
- Да, Саша. С ней.
И он досказал мне всю историю. Итак, выяснилось, что Ольга беременна от бывшего мужа. Она сразу сказала об этом Максу и собралась уходить. Но Макс просветил ее насчет своего бесплодия и убедил, что это даже хорошо, и что он готов усыновить ее ребенка. Но у будущего ребенка был жив-здоров и пока еще не сведущ о нем его собственный отец.
Период времени пока длилась процедура развода, был очень тяжелым. Бывший супруг постоянно впадал в крайности: то оскорблял Ольгу последними словами, то умолял простить. А когда узнал про ее беременность – кинулся искать адвоката, который убедил бы суд оставить будущего ребенка с ним. Юристы пытались ему объяснить, что до рождения ребенка предмета спора юридически не существует; защита прав и определение места жительства возможны только в отношении уже рожденного человека, но он был словно невменяем.
- Я не понимаю, как такой человек мог вести успешный бизнес! Он же совершенно неадекватный.
- Саша, ты даже не представляешь, сколько в бизнесе неадекватных людей. История знает немало мультимиллиардеров, чья гениальность граничила с тяжелыми психическими расстройствами. Да и не надо далеко ходить, вспомни, как ты смеялась над рекламным слоганом «Вы поместитесь в наши гробики без диет и аэробики!». А ведь это реклама бизнеса очень успешного человека. Разве это адекватно?
- Это был просто нестандартный пиар накануне предвыборной кампании.
- Тебе нужны другие примеры? Тогда вспомни деятеля в спортивном костюме, ограбившего миллионы людей не ради денег, а ради масштабного финансового эксперимента и переустройства мировой финансовой системы.
- Ладно, оставим это. Ольга развелась с мужем и вышла замуж за тебя. Ну а с тобой-то она почему развелась?
- Потому что снова вернулась к мужу. После развода он уехал жить в Лондон – его там привлек очень выгодный налоговый режим. А через год после рождения ребенка у бывшего супруга обнаружили рак поджелудочной железы. Жить ему оставалось недолго, и он выразил желание увидеть перед смертью своего ребенка. Поэтому Ольга с сыном улетели туда.