– Что?
– Трансляции казней. Дома всегда следили за тем, что мне смотреть, на все каналы поставлен родительский контроль. Так что об онлайн-казнях я узнал лишь недавно.
– Ага, понял. И что же тебя удивило?
– Несправедливость.
– Но постой, разве не прекрасно, что приговор выносит общество, а не какой-нибудь продажный судья или присяжные, которым заморочил голову адвокат?
– Да, наверное, круто, что не один человек решает, жить подсудимому или нет, и даже не несколько присяжных, а все граждане. Ну, или могут решить, потому что вряд ли в голосованиях участвует каждый. Но даже если бы высказались все, было бы это справедливо? Зрители знают лишь то, что им сообщили, даже не догадываясь о том, что за человек подсудимый…
– Алекс, я не совсем понимаю, к чему ты клонишь… – Иен был в замешательстве.
– Я просто хочу сказать, что большинство не всегда право. Иногда людям просто скучно, и они хотят развлечений. Крови.
– Хлеба и зрелищ… – пробормотал Иен.
Глаз, ведущий съемку, потух. Видимо, я затронул то, о чем публично говорить нельзя. Митчелл хотел спросить что-то еще, но дверь вдруг открылась, влетело несколько дронов-операторов, и Иен знаком показал, что пора сворачиваться.
Оставив журналиста докуривать сигару, я вернулся в зал, где сразу же оглох, так грохотал саундтрек ролика, где рекламировали нежить. Голопроекция вверху демонстрировала преимущества новой фракции, на сцене же устроили театрализованное представление о Чумном море. Я чертыхнулся: ну бред же, не бывает таких красивых и пластичных зомби!
Когда шоу закончилось, снова появились Киран и Хлоя. Джексон закричал:
– А сейчас, ребята, мы с вами попрощаемся, чтобы передать Игры в руки того, кто занимается ими уже почти двадцать лет! Его зовут…
– Гай! – выкрикнула Хлоя, и зал взорвался восторженными воплями.
– Бэ-р-р-о-он! – протянул Киран, как ведущий боксерского поединка.
– Октиус! – проревела толпа.
– Друзья, встречайте Гая Бэррона Октиуса, бессменного распорядителя Демонических игр!
Взревела рок-музыка, от грохота ударных задребезжала посуда на столах. Киран и Хлоя указали под потолок, откуда спускалась платформа со стоящим на ней грозным седобородым мужчиной в доспехах. За его спиной торчали две рукоятки мечей. Сложив руки на груди, он хмуро оглядывал зал.
Хлоя и Киран исчезли во мраке. Лучи прожекторов били в Октиуса. Не став дожидаться, пока летающая платформа окончательно опустится, суровый распорядитель спрыгнул, громыхнув латами. Музыка смолкла. На несколько секунд воцарилась тишина, Октиус ударил кулаком в воздух, вскричав:
– Бурной ночи всем призванным! Девятнадцатые ежегодные Демонические игры объявляются открытыми!
Зал осветился вспышками устройств, фиксирующих официальное начало Игр. На голокубе над сценой замелькали кадры с призванными этого года. Я заметил там Тиссу, выхиливающую меня в финале юниорской Арены.
– Позвольте представить всех участников! – объявил Октиус. – В этом году у нас почти четыреста призванных!
Колонны со столами поднимались одна за другой, а Гай Бэррон перечислял имена участников, и прожекторы освещали названных. Одной из первых поднялась колонна со столом, где сидели Малик и Тисса. Моих бывших друзей приняли неоднозначно: Малику жидко похлопали, кто-то даже неодобрительно погудел, а вот Тиссе устроили овации.
Мое внимание быстро переключилось на следующего участника:
– Р-р-ренато Лойола, известный больше как разрушитель Кетцаль! – огласил распорядитель. – Член одного из самых сильных кланов мира «Экскоммьюникадо»! Чемпион одиночной Арены!
Тот самый агрессивно настроенный мужик в смокинге поднял обе руки, сцепив их в замок, и потряс над головой. У Кетцаля оказалось много поклонников. Я же задался целью выяснить, что за класс у гладиатора.
– Мар-р-ркус Янссон, он же гр-р-ромила Маркус! Представитель еще одного сильного клана – «Песнь войны»! Вице-чемпион одиночной Арены, в финале уступивший Кетцалю!
Из-за стола поднялся крупный мужчина в цветастой рубашке с короткими рукавами. Его мощные волосатые руки вознеслись над головой.
Представив обоих гладиаторов, Октиус перешел к их соседке:
– Юйлань Гао, она же чародейка Юйлань из «Лазурных драконов»! – продолжал представлять участников Октиус. – Один из величайших магов современности!
Я всмотрелся в ее лицо крупным планом – худощавая азиатка средних лет, с короткими обесцвеченными волосами, тонкая линия узких сжатых губ и хмурый взгляд исподлобья. Она сидела между Кетцалем и Маркусом.
– Р-р-роман Р-р-р-оманенко! – прорычал распорядитель. – Вы должны знать его как тролля-проклинателя Романа, одержавшего победу в Дарантском философском турнире!
Высокий очкастый брюнет лет тридцати пяти поднялся и кивнул…
Вскоре я увидел уже знакомых мне разбойника Берстана и мага льда Кару – они охраняли камеру с запертым Утесом в замке «Модуса». С ними же сидел и эльф-охотник Коба – именно он вез меня на своем Золотом грифоне, когда решалась судьба Утеса. Интересно, какие инструкции насчет меня им дал Хинтерлист?
Дошла очередь и до «Т-Модуса», наших противников по финалу юниорской Арены. Я впервые увидел живьем всю команду: их капитана разбойника Филекса, лучницу Йен, колдуна Олафа, воина Карта и друида Кану. Выглядели они куда взрослее, чем тогда – те образы-то были сняты в четырнадцать, а сейчас им по шестнадцать.
А еще с ними сидела храмовница Элисон Ву! Она была в запасе, но внесла свой вклад чуть раньше. Элисон я не видел с памятной вечерники у меня дома, когда Скиф застрял в Бездне. Не знаю, общается ли она еще с Хангом, ведь мы ушли в подполье…
Наш стол показали в последнюю очередь.
– Збигнев Пёнтек, он же жокей Збигнев! – объявил Октиус под аплодисменты зала. – Чемпион по гонкам на грифонах! Самый быстрый сукин сын из всех, что я видел!
Збигнев встал и, прижав руку к сердцу, раскланялся.
– Украшение вечера, невероятная Анастасия Коваленко, она же скульптор Ана, мисс Дисгардиум-2074!
Девушка поднялась и, ослепительно улыбаясь, помахала всем. Только сейчас я заметил, что Ана даже выше Ханга.
– Ах! – Зал забился в экстазе.
– Иосиф Розенталь, всем известный как ювелир Мейстер, победитель королевского и императорского конкурсов на лучшее украшение! – Октиус сделал паузу, чтобы все успели насладиться видом прекрасных ожерелий и браслетов мастера. – Йося, ты потрясающий! Напомню зрителям, что Мейстер участвует в Демонических играх в шестой раз!
– Только ради этого редчайшего вина! – выкрикнул Иосиф, поднимая бокал.
– Дороговато тебе обходится наше вино! – расхохотался Октиус. – Напомню, что после каждого проигрыша Мейстер терял 1 % объема жизни в пользу чемпионов Игр!
– Да хоть все забирайте! – махнул рукой ювелир. – Мне в моей мастерской оно без надобности!
Все рассмеялись, а Октиус перешел к моему лысому соседу:
– Теодор Новак, больше известный как укротитель Шемшур, мастер боев Арены среди питомцев! О, ребята, я помню тот финал! Спектральная химера Шемшура против боевого носорога Мушекви… Потрясающий бой, Теодор! Рад тебя видеть среди призванных!
Теодор дважды ударил кулаком в грудь и сел под громкие аплодисменты.
Октиус оставил меня напоследок.