– Просыпайтесь, мистер Шеппард! Просыпайтесь!
Поднявшись, оглядел номер. Никого. Голос принадлежал ИскИну-помощнику и лился, казалось, отовсюду:
– Доброе утро, мистер Шеппард! Прикажете подать завтрак в номер или посетите один из наших двенадцати ресторанов? – Передо мной всплыла голографическая панель с описанием предлагаемых заведений. – Если желаете принять ванну, сообщите уровень комфортной…
– Все в порядке, спасибо, – отмахнулся я. Аппетита у меня с утра не бывает, но поесть надо. В первый день Игр мне понадобится много сил. – Завтрак в номер, пожалуйста.
ИскИн забубнил названия блюд, высвечивая передо мной голограммы, но я снова его оборвал, попросив обычный омлет с беконом и помидорами, тосты с джемом, кофе и стакан апельсинового сока.
Пока несли завтрак, я принял душ и ознакомился с программой дня. Игры начинались в полдень – беспрерывная восьмичасовая сессия в капсуле. Потом ужин, просмотр лучших моментов дня и обязательное общение с медиа. Далее свободное время и несколько активностей на выбор, включая парочку концертов, бои роботов без правил и танцы… Организаторы поощряли любую движуху, приводящую к романтическим связям, интригам и скандалам. Реальная часть Игр нравилась зрителям не меньше виртуальной.
В одиннадцать, когда я уже позавтракал, на коммуникатор позвонила Кэрри. Помощница внимательно изучила мое лицо и осталась довольна:
– Выглядишь посвежевшим. Сон пошел тебе на пользу. Будь готов, через полчаса зайду за тобой. Октиус проведет инструктаж, напомнит правила, и в бой!
Эти полчаса я просидел в номере, продолжая читать истории других чемпионов. Общаться с призванными не было желания, хватило вчерашнего. А потом зашла Кэрри, проводила на уровень погружения и показала предназначенную для меня комнату.
У каждого участника была своя закрытая зона погружения, причем раза в три больше любой негражданской каморки. Помимо капсулы, там имелись диван, стол, душевая и уборная. Холодильник ломился от закусок и напитков. При желании здесь можно было бы жить, не рискуя столкнуться с другими участниками. С удовольствием бы так и сделал, но за мной наблюдают миллиарды, и нельзя показывать малодушие. Как говорил дядя Ник, проблемам надо смотреть в лицо, а не прятаться от них.
Вскоре появился инженер «Сноусторма» и помог мне с капсулой, почти такой же, какую я получил в награду за достижение максимального уровня первой «угрозы», только новейшей версии – «Альтера Вита II». Кэрри тактично вышла, а я разделся и залез внутрь.
– Готов? – спросил инженер, и я показал большой палец. – Первое погружение призванного происходит только по внешней команде. – Он посмотрел на часы. – Во избежание… Три! Два! Один! Запуск!
Интра-гель наполнил капсулу мгновенно. Он просто хлынул отовсюду, щелкнуло, и я оказался в бесконечном пространстве, залитом ярким светом. Вокруг в черных кругах начали появляться другие – в своих дисовских образах, но в обычной базовой одежде, с классовыми и половыми вариациями.
– Приветствую вас, призванные! – раскатом грома пророкотало над головами.
Перед нами появился шестиметровый, чтобы все видели, Гай Бэррон Октиус. Помахав рукой, он заговорил в непринужденной манере:
– Значит так, народ! Самое главное об Играх вы знаете, а если нет, сами виноваты! Надо было читать выданные материалы, а не веселиться до утра.
– Можно я просто отосплюсь в таверне? – жалобно спросила эльфийка, в которой я узнал Ану. Здесь она была еще красивее, чем в жизни. – Там же есть таверна?
– Делайте, что хотите, – отмахнулся Октиус под смех и жалобы других. – А я проведу традиционный инструктаж перед первым погружением в Окаянную брешь. Как вы знаете, каждые Игры мы немного меняем механику, чтобы те, кто участвовал раньше, не имели преимущества перед новичками. Да, да, Йося, это тебя касается, хотя тебе опыт что-то совсем не помогает.
Мелкий гном Мейстер с улыбкой раскланялся.
Октиус развернул перед собой пергамент и зачитал:
– Правила Демонических игр неизменны. Все начинают с нуля, однако сохраняют умения и способности: как классовые, так и приобретенные любым другим путем, за исключением божественных, кои считаются недоступными в Окаянной бреши. Но! С вашими навыками есть одно «но», я озвучу его позже.
У нас под ногами открылся вид на деревушку с высоты птичьего полета. Камера резко опустилась и сфокусировалась на вороне, выклевывающем глаз трупа. От неожиданности сердце ухнуло в пятки, многие пошатнулись, кто-то даже присел.
Не обратив внимания на реакцию участников, распорядитель продолжил:
– Окаянная брешь – это деревня на севере Содружества. Вместе с прилегающими территориями она отрезана от остального мира и оторвана от Дисгардиума. Проще говоря, зависла между ним и Преисподней. Единственный способ туда попасть остался с тех времен, когда земли смертных оскверняли копыта демонов! Высокорожденные эльфы сохранили демонические знания и единожды в год могут отправить в Окаянную брешь души самых достойных, чтобы определить лучшего! Того, кто пополнит ряды демоноборцев! Проигравшие навечно потеряют часть жизненных сил, передав их чемпиону!
Мне вспомнились слова, прочитанные в «Истории…»: «Лучшие танки получаются из чемпионов Игр. Самый яркий пример – Магвай».
– Игры не ограничены во времени, пока не ударит Гонг Эйниона, – продолжал Октиус. – А он не ударит, пока не сформируется финальный топ из 10 % выживших призванных! С этого момента шанс на то, что Гонг Эйниона прозвучит, кардинально повысится и будет нарастать с каждым днем.
– Эх, дожить бы до этого! – мечтательно пропищал гном Мейстер.
– Да, попасть в топ-10 % – шик! – поддержал его кто-то. – А бонусы…
– Два основных нововведения! – подняв указательный палец, перебил Октиус. – Первое: вы начнете Игры с дебафом Амнезия. Это и есть то самое «но», о котором я говорил. Все начнут с абсолютного нуля, не имея вообще никаких навыков! Поздравляю, вы их забыли!
Все загудели, и Гай Бэррон, ухмыляясь, щелкнул пальцами, повесив на нас Печать безмолвия.
– Это не я придумал! Наши маркетологи постоянно ищут, как разнообразить мероприятие, чтобы удержать и повысить зрительский интерес. В прошлом году многие жаловались, что уравнивание толком не работает, ведь боевые классы за счет навыков быстро прокачиваются, и дальше смотреть неинтересно. Да, да, понимаю. Не к этому вы готовились… Сюрприз! – Октиус скривился, потом улыбнулся. – Хорошая новость: с первого же лута вы со стопроцентной вероятностью получите Свиток памяти, который восстановит утерянные навыки. Как обычно, все они будут в зачаточном состоянии.
Подумав, он снова щелкнул пальцами. Печать безмолвия снялась, и первым об этом догадался Мейстер:
– А если я не смогу вообще никого убить? Что, если убьют меня?
– Будет считаться, что в междумирье вы соприкоснулись с астралом и вернули память, – хмыкнул Октиус. – Ладно, с этим закончили. Второе нововведение касается структуры Провала. Если раньше боссы уровней защищали проход на нижние этажи, то теперь… – Октиус развел руками. – Наши дизайнеры пересмотрели этот момент. Итак, земной уровень считается нулевым. Начиная с него, Провал делится на 666 уровней. Каждый этаж высотой примерно в двадцать метров. По спирали можно добраться сразу хоть до дна Провала – лестница высечена в его стене, мобов там нет. Вход на каждый этаж перекрыт запечатанными снаружи вратами, которые охраняются боссом. Как правило, он принадлежит к тому же виду мобов, что заселили сам уровень, но намного их превосходит. Учтите, что босс всегда агрится на того, кто снял печать.
– Толпой запинаем! – сказали весело.
Октиус покачал головой:
– В целом мысль верная, но не забывайте, что босс масштабируется от количества противников. Впрочем, зависимость непрямая.
– А можно человеческим языком? – выкрикнул кто-то.
– Можно, – кивнул Октиус. – Один на один с боссом – его сила равна икс. Если на босса нападут двое, сила его будет два икс. Но если четверо, сила не удвоится, а будет в районе три и девять икс. Ну и так далее.
– Теперь все понятно, спасибо, – фыркнул тот же мужик. – Без калькулятора и ста грамм дворфийского пойла не разберешься!
– Просто уясните, что на боссах разумная командная игра облегчит задачу.
– Что значит «разумная»? – спросила Ана.
– Вход в подземелье за вратами узкий. И чем глубже, тем уже. Скажем, 1-й уровень лучше открывать рейдом не более ста человек. А 300-й – максимум в сорок. И то сбалансированной группой.
– Послушайте! – рявкнул бурокожий орк возле меня. – А мне нравятся новые правила! Теперь же нам необязательно проходить каждый уровень, так? Можно сразу двинуть на 10-й, например?
– Не советую этого делать, если хотите продержаться подольше, – ответил распорядитель. – Напоминаю, что мобы не респаунятся. Не успеете набрать опыта на мобах своего уровня, пожалеете, ведь одеваться вам придется с нуля, а выбивать экипировку проще с посильных противников. Кроме того, сила демонов растет скачкообразно с каждым 10-м уровнем…
Октиус еще порассуждал о боссах, а потом напомнил о главном призе: не только об Умноженной эссенции жизни, но и о пожизненном перке Демоноборец. Проигравшие получат перманентный дебаф Адское проклятие – 1 % объема жизни каждого будет передан чемпиону. Кроме того, он упомянул о двух способах победить на Играх: в составе рейда, одолевшего финального босса, или оставшись единственным выжившим к завершению Игр. Первый способ еще не давался никому.
– И последний сюрприз для новичков. В Окаянной бреши боль – настоящая! Никаких болевых фильтров, так что имейте в виду.
Народ неприятно удивился, загомонил, но Октиус проигнорировал и проревел:
– На этом инструктаж закончен. Да начнутся Демонические игры!
И нас перенесло во вневременную локацию. Мы все оказались на лесной поляне, окруженной обгоревшими стволами деревьев. В этом странном месте не показывался интерфейс. Я быстро осмотрел себя и мысленно выругался – дебаф Проклятый калека был активирован.