– Вы – водитель? – спросила она.
– Да, – ответил вампир, сделав перед собой вид, что понял её вопрос по-другому, хотя отлично знал, что она имела в виду. Женщина же удовлетворилась ответом, не почуяв подвоха.
Втроём они двинулись по улице.
Против воли всю неделю Макс думал о Розалии. Он вспоминал каждую мелочь из их первой встречи и всё думал, думал о ней. Даже вот имя её переиначил по-своему. Он понимал, что не должен бы думать о Розалии, но всё-таки думал. Неизвестно почему, но эта женщина запала ему в душу.
Ахмедов мечтал встретить Лию ещё раз и чуть было не упустил. А теперь чувствовал себя самым счастливым на свете. Он навязался им с Шуриком, конечно, ситуацией воспользовался, но это уже не имело никакого значения, потому что он шёл вместе с ними. Только это имело для него сейчас значение.
Они перемещались по городу, а брюнет расспрашивал Шурика о готовности к школе: умеет ли считать, писать, читать? Мальчик отвечал охотно, мама ему помогала. Что нравилось мужчине, Шурик был умный мальчик, сообразительный. Слушать его болтовню было приятно.
Втроём люди и вампир обошли весь рынок. Когда они покидали его, у Мефистофеля уже были заняты руки, однако в списке женщины были вычеркнуты не все слова, и они продолжили путь по городу.
Вдруг в толпе, двигающейся навстречу, старший сын Дьявола заметил два знакомых лица. Влад и Вика тоже его увидели и улыбнулись, приблизившись.
– День добрый, – сказал Рудаков.
– Здравствуйте, – поприветствовала всех ведьма.
– Привет, ребята, – ответил им Максимилиан и, когда Лия с Шуриком тоже поздоровались с подошедшими, произнёс: – Лия, Шурик – знакомьтесь: это мой друг Влад и его девушка, Вика. Ребята, познакомьтесь: это Розалия и Александр.
– Розалия? – приподнял брови Владимир и, пожимая женщине руку, сообщил: – Очень приятно познакомиться, Розалия. Макс мне о вас рассказывал.
– Про вас он нам тоже говорил, – улыбнулась в ответ Роза, и все взрослые рассмеялись.
– Это означает, что я в принципе болтливый, да? – полюбопытствовал Ахмедов, улыбаясь весело.
– Ты – не трепло, если ты об этом, – ответил ему Влад с лёгкой улыбкой, – но иногда поговорить очень любишь.
– Ну, ладно. Отрицать не стану. По магазинам ходите, ребята?
– Ага! – со смехом воскликнула Виктория. – Представляете? Он со мной по магазинам ходит! Где это видано, чтобы мужчина по собственной воле с женщиной за шмотками ходил?
Лия и Макс рассмеялись, а Рудаков только плечом пожал, глядя на свою женщину ласково. Она же сокрушённо покачала головой, хотя при этом и крепче сжала его предплечье, за которое держалась.
Ведьма и вампир поболтали с внебрачным сыном Дьявола и его спутниками буквально две минуты, а потом продолжили свой путь. Когда троица отошла от них на приличное расстояние, Мефистофель сказал тихо Розалии по секрету:
– Влад знал, что Вике по магазинам надо пройтись и заранее планировал составить ей компанию. Он, видите ли, в курсе, что одной ей ходить скучно, а подруги у неё хорошей нет.
– Он – хороший парень, – похвалила женщина. – Очень приятный. И пара они красивая и гармоничная.
– Согласен. Я рад, что у него есть Вика. Владу вообще никогда особо не везло на женщин. Девушки у него были редко и не слишком долго: он быстро разочаровывался в них.
– А с Викторией он давно?
– Да года полтора уже. Влад от неё без ума.
– Почему они не поженятся? – поинтересовалась Роза.
– Влад предлагал Вике через полгода, но она тогда сказала, что он её ещё плохо знает и вполне может разочароваться. Впрочем, думаю, что и она сама хотела узнать его получше. В общем, они решили подождать. Влад собирался сделать ей повторное предложение летом, но тут Андрея убили и… как-то не до того стало. Боюсь, сейчас не самое лучшее время для этого.
– А вдруг он потом к ней привыкнет, надоест она ему?
– Влад как раз всегда и стремится привыкнуть, – ответил брюнет. – Ему это нужно. Он не слишком легко сближается с людьми. Ему надо привыкнуть, надо почувствовать… родство что ли – только тогда он раскроется по-настоящему. Влад и ко мне не сразу привык. Я-то себя с ним чувствовал легко почти с самого начала, всё о себе ему мог выложить, но не он. Влад – человек закрытый и доверяется тяжело. Но это было давно: теперь он мне очень даже доверяет.
– Хм, – задумчиво хмыкнула женщина. – А вы к нему сильно привязаны.
– Что верно, то верно, – улыбнулся Ахмедов. – Я к нему тоже привык и даже немного ревную его к Вике.
– Ревнуете?! – расхохоталась собеседница. – Ну не знаю… По-моему, вы всё-таки гораздо больше рады за него, чем ревнуете.
– Тут вы правы, – не стал спорить мужчина.
Их небольшая группка ещё походила по магазинам. Макс ощущал невероятный душевный подъём, какого не чувствовал с тех пор, как не стало Волка. Ему было хорошо, радостно. Кажется, это состояние было похоже на эйфорию.
Вампир иногда ловил себя на мысли, что Розалия и Шурик – это его семья, и он как обычно ходит с ними за покупками. Каждый раз, когда он осознавал эту мысль, он пугался. Не сумасшествие ли это?
Максимилиан внутренне встряхивался и напоминал себе, что Лия и Шурик – это семья какого-то другого мужчины. Они не имеют к нему никакого отношения и никогда не будут иметь. Но это не мешало ему чувствовать радость от того, что сейчас он вместе с ними.
Покинув последний магазин, мужчина и его спутники оказались у того самого места, от которого начали путь втроём.
– Вы сейчас куда? – спросил брюнет.
– Домой, конечно, – с лёгкой улыбкой ответила Роза. – Спасибо за хорошую компанию и помощь…
– Нет-нет! Подождите. Сейчас время обеда. Есть кто-нибудь хочет?
– Я хочу! – быстро сообщил Шурик.
– Я – тоже, Шурик, поэтому нам и следует поторопиться домой…
– Вовсе нет, – возразил спокойно Мефистофель. – До дома вам ещё топать и топать, так что это не вариант. Лия, мы находимся в центре города: здесь полно мест, где можно перекусить. Пойдёмте! Шурик, как ты на это смотришь?
Мальчик пожал плечами и сказал:
– Мы всегда едим дома, и у нас нет лишних денег. Да, мамочка?
– Да, мой хороший. Ты прав.
Глава Общества весело фыркнул.
– Эту фразу про деньги он у вас выучил, Лия?
– Боюсь, что так. Кажется, я слишком часто это повторяю.
– Ты так говоришь, когда вы с папой ругаетесь из-за дяди Славы или дяди Пети, – кивнул невозмутимый Шурик.
Ахмедов рассмеялся.