Ящик Пандорры

Глава 12

— Я имею право знать, что там…

— Отвянь.

— Криста, дай прочитать.

— Я сказала: отстань. Письмо не тебе адресовано.

— Я ее муж!

— Мертвый…

Я вошла в кабинет как раз в тот момент, чтобы застать окончание спора. Дверь хлопнула ровно после реплики Гончего, Эйл подавился возмущениями, Криста перестала прятать изрядно помятый конверт за спиной, как нашкодившая девчонка. Инари прекратила испепелять всех поочередно взглядом. Альтен и Марус с парой верных приспешников с недоумением косились на спорщиков. Сообщение об ответе от Сатона застало всех врасплох после довольно позднего ужина, поэтому большая часть присутствующих выглядела так, будто их из кроватей повыдергивали: кто в халате, кто в мятой кофте и штанах. Исключение составляли только Эйл (скорее удавится, чем выйдет на люди затрапезно), я (вызов Кристы застал меня в момент, когда я сражалась с топом, запутавшимся в волосах, пришлось просто натянуть его обратно) и Гончий.

Окинув комнату беглым взглядом, я задержала его на наиболее непредсказуемом объекте.

Дес занял подоконник, все своим видом выражая воплощение спокойствия и непоколебимости (надо полагать, обманчивое, я уже ни в чем не была уверена относительно него): руки в карманах, ноги вытянуты и скрещены, на лице выражение усталого воспитателя малолетних детей. Сегодня он какого-то дьявола вырядился в светлую рубашку и даже к позднему вечеру выглядел до неприличия свежо и бодро. На мой подозрительный взгляд мужчина только невинно поморгал, мол, что-то не так?

Да вот черт бы тебя знал.

— Письмо, — я протянула руку в сторону Кристы, отвернувшись от Гончего. Но почти сразу передумала. — Хотя, знаешь, читай вслух, чтобы не пришлось пересказывать.

Правительница талиеров нетерпеливо взломала печать на конверте. В первый момент, вглядевшись в строки, девушка возмущенно засопела. Потом поняла, что из этого мало понятно содержание послания, и принялась читать с довольно мерзким выражением, будто подражала Сатону.

Чем дальше я слушала витиеватое письмецо Правителя луттов, тем больше понимала, что он еще больший мерзавец, чем я о нем думала. Нет, он не опустился до оскорблений или угроз. Напротив, вроде бы шел нам навстречу. Был изысканно вежлив в выражениях, безупречен с точки зрения этикета и бесконечно снисходителен по отношению к юной девочке, вынужденной управлять целой страной, не имея на то должного опыта и силы. На этой фразе Криста будто только поняла, что речь о ней, и разразилась ругательствами. Даже деликатное покашливание Инари не остановило. Высказавшись от души, девушка продолжила читать, гневно сопя. Она настолько вышла из себя, что звук «р» выходил до странного похожим на рычание.

В конце концов, досталось и мне.

«Буду чрезвычайно рад увидеть своими глазами столь почитаемое талиерами существо…»

Существо.

Не покровительницу, не алату. Даже не женщину, чтоб он подавился своим презрением к представительницам прекрасного пола.

Существо.

Вот ведь тварь, я подобного пренебрежения лет двести не встречала.

Эйл попытался вставить свои пять монет возмущений подобным оскорблением, но ему не вняли, и этот защитник поруганной чести заткнулся на полуслове.

«Полагаю, такой визит стал бы достойной частью мероприятия в честь совершеннолетия моего наследника, тем более, если будет нанесен во имя принесения публичных, искренних и глубоких извинений. По завершении торжества возможно будет обсудить дальнейшие перспективы…»

Сказала бы, что я действительно хотела нанести Сатону, да Инари инфаркт хватит.

Криста как раз дочитала и покосилась на меня так виновато, будто сама написала это письмо.

— Поправьте, если что не так поняла, но мне предлагают выступить в роли развлечения на празднике какого-то малолетнего наследничка, — хмыкнула я с невольным восхищением: нет, это же надо было набраться наглости на подобное хамство. — Причем, со зрелищным номером «глубокие и искренние извинения». А уж потом старый хрыч решит, как быть дальше?

В кабинете было как-то подозрительно тихо. Вполне вероятно, потому что все присутствующие не сводили глаз, пытаясь понять, какова будет моя реакция. Эйл подозрительно щурился, ища у меня на лице не то признаки злости, не то оскорбленности.

— Какая очаровательная дипломатия, — наконец, первой не выдержала я. — И гнетущая тишина. Мы собрались обсудить письмо или почтить его минутой молчания? Будут мнения, предложения?

— Он нас унижает, — Альтен решил высказаться после еще одной паузы. — Оскорбляя нашу покровительницу, он унижает весь наш народ. Подобное нельзя просто спускать с рук.

— Объявим еще одну войну? — слова талиера несколько разочаровали, от него я почему-то ждала большей рассудительности, что ли. — Разумеется, Сатон не упустит возможности укусить, я бы тоже так поступила. Стоит признать, что получилось у него довольно ловко. Но вопрос не в том, буду ли я обижаться, а как поступим?

— Я согласна с Линой на счет унижений, — Криста задумчиво пожевала губу, смяв в руках письмо. — Меня лично больше пугает, что он ставит нас в положение, когда от его приглашения невозможно отказаться. Мы сами растрепали соседям, что пытается решить вопрос с луттами мирно. А теперь выходит, если не явимся на дурацкий праздник, сами же и отказались от перемирия. Если же поедем…

Договаривать не было нужды. Всем и так было ясно, что затея не самая удачная. Во многом потому, что присутствующие (кроме, быть может, только Альтена, с которым я была знакома несколько меньше) прекрасно понимали, что раболепные извинения с вежливой улыбкой — не мой коронный трюк.

— Инари, мне понадобится платье, — я передернулась, посмотрев на мятую бумажку в руках Кристы. — И какой-нибудь сборничек правил этикета луттов.

— Ты спятила?! — вскинулся Эйл. — Поедешь изображать туповатую покорную девицу?!

— За туповатую отдельное спасибо, — холодно осадила я его. — Извини, твое мнение вообще не в приоритете.

— Да ты же десяти минут не выдержишь! — Эйллар словно пропустил все мимо ушей. Хотя казалось бы, как такое возможно-то с пресловутым эльфийским слухом? — Первый же косой взгляд Сатона или неудачный намек, и ты попытаешься открутить ему яйца вместо мирного решения вопроса!

Криста пробурчала что-то вроде «ну и на здоровье», но не решилась вмешаться более явно.

— Не выставляй меня психованной истеричкой, — я послала Эйлу злой взгляд, но, видимо, промахнулась, ибо он и бровью не повел, вскочив со своего места для пущей убедительности в споре. — Дипломатия мне по силам.

— Дорогая, дипломатия — не совсем то, что ты себе представляешь, — фыркнул Эйллар. — Всадить мужчине каблук в помидоры и спрашивать, есть ли у него какое недовольство, в частности, не имеет никакого отношения к этому искусству.

Правительница талиеров посмотрела на меня с затаенным восторгом. Остальные ее эмоций не разделяли, разве что Гончий задумчиво склонил голову набок, уставившись в пол у себя под ногами.

— Я такого не…

— Мой троюродный племянник, — Эйл не дал возразить. — На нашей помолвке он имел неосторожность сделать замечание твоей биографии.

Нашел, что вспомнить.

— Спасибо за замечание, только заткнись уже, пожалуйста, — почти процедила сквозь зубы, но все же успела в последний момент изобразить вежливую улыбку. — Я все равно отвечу согласием на это предложение.

— Я пойду с тобой, — тут же влезла Криста, заметив, что Эйллар собрался сказать что-то еще.

— Неприемлемо, — покачал головой Альтен. — Нельзя отправлять к врагу сразу и Правительницу, и Покровительницу.

Судя по замаслившемуся взгляду Маруса, ему эта идея пришлась весьма по вкусу. Дай волю — еще и инструкцию Сатону подбросит, как от нас с Кристой избавиться.

— Согласен, идея довольно… опасная, — Глава Совета старательно подобрал последнее слово. Молчаливые подхалимы слаженно закивали. — Однако, в случае успеха вопрос с войной будет решен.

— Я против, — настала очередь Инари отрицательно мотать головой. — Руку даю на отсечение, что Сатон придумал какую-то гадость. Как минимум, заставит извиняться, а потом скажет, что не принимает эти извинения. Или еще чего, ловушку задумал.

— А я о чем! — всплеснул руками Эйл, оценив внезапную союзницу. — Нельзя идти туда, не подготовившись.

— До праздника две недели, — пожала я плечами. — Напряжем шпионскую сеть, попробуем узнать, что происходит у луттов, какие слухи ходят по их дворцу…

— Ты должна ответить отказом, — Эйллар категорически не желал меня слушать. Как по мне, он снова слишком рьяно окунулся в роль заботливого супруга, коим больше не был. — Мне дурно от одной мысли, что я могу потерять тебя.

Началось утро в эльфийском саду… Инари едва слезу умиления не пустила, глядя на Эйла, Криста поморщилась. Как восприняли патетику бывшего остальные присутствующие, я не заметила. Потому что вдруг действительно припомнила инцидент на помолвке и немедленно захотела его повторить. Что на одном эльфе сработало, то и другому уроком послужит, разве нет?

Да-да-да, я та еще дипломатка, согласна. Но рассказывать об этом всем вовсе не обязательно. Если я думаю о какой-то гадости, еще не значит, что сотворю ее.

— Лина, не делай вид, что неуязвима, — продолжал Эйллар, благословенный трогательной слезинкой Распорядительницы дворца. — Можешь рычать на меня, сколько угодно, я хочу только блага.

— Вообще-то неуязвимость я всегда изображала лучше всего, — неприятно улыбнулась я ему.

На секунду мне показалось, что Эйл сейчас выскочит прочь из кабинета и хлопнет дверью. Бывший поспешил в очередной раз меня разочаровать.

— Да твою же мать, ну хоть ты ей скажи! — он вдруг обернулся к Гончему.

— Что именно? — невозмутимо уточнил Дес.

Я заинтересованно повернулась к нему и поймала прямой немигающий взгляд.

Разве не логичнее было бы уставиться на того, кто к тебе обращается?

— Что небо голубое, — огрызнулся Эйллар. — Что ей ехать туда не стоит, идиот. Тебе за нее не страшно?

Я вдруг довольно четко ощутила себя участницей какого-то дешевого спектакля о треугольнике (может, и не любовном, но больно мутном). Новая эмоция мне не понравилась. Зато зрители, кажется, затаили дыхание.

— Почему мне должно быть страшно за нее? — неторопливо потер щетину на подбородке Гончий. Недоумение в голосе мужчины было столь явным, что сперва мне почудилось, будто я ослышалась. — Нет, я не боюсь за Лину.

Прежде чем я успела задуматься, что за дурацкий укол разочарования ощутила, Дес склонил голову набок, разглядывая Эйла.

— Вот за тебя, — на губах Гончего медленно появилась знакомая выбешивающая улыбка, — немного страшновато.

Я почувствовала, как невольно дрогнули уголки моих губ и спешно опустила глаза. Не время. Только не сейчас.

— Потому что я не умею, конечно, читать мысли, — продолжал Дес как ни в чем не бывало, — только тронутой ведьма не выглядит. Имею в виду тронутой такой заботой, если ты не понял.

Я чуть прикусила щеку изнутри и тут же отвесила себе мысленную оплеуху.

Эйллар удостоил Гончего презрительным хмыком.

— По-твоему, время для шуточек? Я спросил серьезно.

— Я и ответил серьезно, — Дес едва заметно дернул плечом и поудобнее уселся на подоконнике. — За нее мне не страшно. Гораздо больше стоит переживать за Сатона.

— О том и речь, — Эйл тут же уцепился за фразу и вывернул ее в нужную сторону. — Ей нельзя будет просто вмазать ему…

— Ты уже минут десять валяешь дурака, а она тебе пальцем не тронула, — Гончий начал терять терпение. — Как по мне, у Лины просто драконья выдержка. Уж на провокации какого-то хама ее хватит.

— Но все равно просто безумие — отпустить туда Кристу и Лину, — Инари непримиримо скрестила руки на груди. — Костьми лягу, одних не пущу.

— Здесь я соглашусь, — кивнул Альтен, поглядывая на Маруса, как более старшего коллегу. — После такого приглашения стоит обеспечить охрану.

— И кого вы направите? — вскинул брови Марус. — Вооруженный отряд? Чтобы их сразу сочли настроенными не дружественно?

— К черту отряд, отправьте меня.

Я снова уставилась на Деса, теперь уже с удивлением. На кой дьявол ему подобное сомнительное развлечение?

— И Элазара можно, — немного подумав, добавил Гончий.

— А его почему? — нахмурилась Криста.

— Потому что он при необходимости и кулаком засадит так, что мало не покажется, никакого оружия иметь при себе не надо, — Дес как-то передернулся. — К тому же, достаточно флегматичен, чтобы не влезть случайно в международный скандал.

— Чего как раз не скажешь о тебе, — Эйл, мрачно усевшийся обратно на свое место, не упустил возможности задеть Деса. Я не поняла их недобрых переглядок, но могла поклясться, что за ними что-то стоит. — А ну как кто-то выскажется о Лине не так? Ты же еще вперед нее бросишься…

— Не мели чушь, — досадливо оборвал его Гончий.

— Все же, стоит подумать о более надежной охране, — с сомнением покачал головой Альтен. — При всем моем уважении, два незнакомых нам человека доверия не внушают. Вот хотя бы десяток воинов из дворцовой стражи — другое дело.

— А лучше два десятка, нет, три, — закатил глаза Марус. — Господин тер-Виар, побойтесь богов, подобный отряд однозначно расценят как угрозу или недоверие. И то и другое в равной степени можно при необходимости выдать за новое оскорбление. Необходимости у Сатона хоть отбавляй.

Мое терпение постепенно иссякало, правда, демонстрировать это не стоило. Я уже собралась было как-то поделикатнее сообщить свое решение, как все замолчали, прерванные скрежетом деревянных ножек по мраморному полу, и в немом изумлении воззрились на Маруса. Стул Главы Совета вместе с ним, лихорадочно вцепившимся в сидение, отъехал из-за стола. Резко дернулся, приподнялся в воздухе на метр-полтора, сделал резвый оборот, заставивший Маруса несолидно вскрикнуть, опустился обратно и вернулся на место за столом. Оглянувшись, Глава Совета уставился на Гончего, спокойно хрустнувшего пальцами.

— Это…

— Магия, — услужливо подсказал Дес, продолжая разминать кисть руки.

— Я понял, что магия, — Марусу импровизированная карусель, кажется, не пришлась по вкусу. — С какой стати вы позволили себе ее так применять?!

— Наглядно показал, чего не может ваша вооруженная охрана, — чужие возмущения Гончему были как-то побоку. — Я видел ребят дворцовой стражи, хороши, но звезд с неба не хватают. Если же я и Элазар пойдем в качестве спутников, никто не будет ждать ничего подобного. Поверьте, с охраной двух крайне важных барышень мы справимся.

Одна из барышень расцвела улыбкой. Я в чем-то могла понять Кристу, но уподобляться ей не собиралась.

— А мы полагаем, что Сатон — полный кретин? — снова подал голос Эйллар. — Он прекрасно знает, что уж Лина точно владеет какой-то магией. Почему никому в голову не приходит, что он предпримет меры?

— Против моего дара? — я скептически уставилась на внезапного паникера. Откуда только эта нервозность и пессимизм? Когда мне приходилось страховать его государственные мероприятия, он что-то не был настолько обеспокоен. — Хотела бы я на то посмотреть.

— Ладно, что, если он не помешает тебе применить магию, а напротив? Вынудит использовать против него? Сама представь, ты явишься на прием, что-то пойдет не так, и все гости смогут лицезреть алату Страх в самом ее ярком проявлении? Или еще что похуже.

Пандорру? На нее Эйл так тонко намекнул?

Я задумалась над его словами и ощутила приступ острой тревоги. Вообще-то Эйллар прав. После демонстрации дара, а тем более Пандорры, рассчитывать на восторги публики или новых фанатов не придется. Скорее ситуация обернется еще большей задницей, к народу, которому покровительствует подобное чудовище, вопросов возникнет немало.

— И что ты предлагаешь? — скрепя сердце обратилась я к нему. Наверняка что-то придумал, иначе бы не полез с советами.

— Отправь меня, — спокойно предложил Эйллар, будто само собой разумеющееся. — В качестве переговорщика. Я в свое время неплохо изучил политику луттов, пока помогал тебе здесь, постараюсь найти подход. Ты прекрасно знаешь, насколько ловко я управляюсь со старцами на троне. За время, что я был советником при дворе, наш правитель ни в одни военные действия не влез.

Ну да, а ремесло наемников расцвело махровым цветом. Тот еще способ убеждения, хоть и действенный, сама подсказала.

— Извини, но все же уточню, — саркастически отозвалась я. — Ты пойдешь в качестве себя или напялишь мое платье и парик? Приглашение рассчитано на меня. Вернее, на существо, известное, как покровительница талиеров, — не удержалась от капли яда. — Если мы дадим ответ, что вместо меня прибудет черт знает кто, какова будет реакция Сатона?

— Не самая восторженная, — фыркнула Криста.

— Вот именно. Что, если в таком случае он просто отзовет свое приглашение и обсуждение примирения?

— Напишем, что приедешь ты, а мое появление станет сюрпризом, — парировал Эйллар.

— Ни к чему подобные извращения, — Гончий снова напомнил о своем присутствии. — Если Лина решила ехать, так тому и быть. Что касается провокаций — она контролирует себя намного лучше, чем ты думаешь.

— За время моего отсутствия что-то изменилось? — Эйл одарил меня скептическим прищуром. — Помнится, некая…

— За время твоей, к сожалению, недолговечной смерти все изменилось, — вместо меня перебил его Дес. — Что бы ты там ни имел в виду.

Нет, мне определенно надо что-то сделать с головой. Как я могла упустить из виду, что Гончий тормозит Пандорру, позволив себе распереживаться из-за ее явления? Раз он будет сопровождать нас с Кристой у луттов, можно ведь не опасаться ее срыва?

— Решено, — все это обсуждение начинало надоедать: чем дольше оно длилось, тем больше вопросов возникало, так никогда и ни на что не решишься, погрязнув в пространных рассуждениях. — Криста направит официальный ответ, что на торжество прибудем мы с ней в сопровождении двух спутников, — я посмотрела на Правительницу талиеров. — И налей ему в послание побольше сиропу, как мы рады и безобидны, как униженно планируем просить прощения.

— Фу, — скривилась она.

— Тем больше будет его разочарование, когда подобного не последует, — успокоила я Кристу. — Никто и не собирается вставать на колени перед Сатоном.

— Лина, прислушайся, пожалуйста, к голосу здравого смысла, — Эйл предпринял отчаянную попытку продавить свое предложение.

— Именно это и делаю, — упрямо тряхнула я волосами, собранными в хвост. — Пока готовимся к поездке, разведаем, что творится у луттов во дворце, что задумал Сатон. Я не собираюсь просто прийти туда на чужих условиях. Спасибо за беспокойство, но оставь его при себе. Дес и Элазар отправятся в качестве сопровождения. Мне больше нечего добавить, так что считаю совещание оконченным. Всем доброй ночи.

Проигнорировав попытки Эйла сказать что-то еще, а также встревоженные взгляды Инари и Альтена, я торопливо вышла из кабинета. Теперь мне еще предстояло один на один с собой хорошенько подумать, не спятила ли я в самом деле?

Одно дело — изображать тотальную уверенность в своих силах. И совсем другое убедить себя, что она не напускная.

*****

Стоило Лине уйти, как остроухий и Распорядительница дворца (которой я определенно чем-то не угодил) набросились на Кристу в попытках переубедить ее и отказаться от визита в недружественную страну. Девчонка стояла на своем с завидным упорством. Я бы даже помог ей, наверное, отстоять эту позицию, но решил воспользоваться моментом и поймать ведьму.

Как я успел понять, во дворце Лина ориентировалась настолько хорошо, что была способна ускользнуть без следа буквально сразу же свернув за поворот, даже не пользуясь при этом порталом. Выудить ведьму из ее комнаты было практически невыполнимым. Поэтому, успев ухватить ее за кончик накидки раньше, чем она свернет за угол, я мысленно поблагодарил собственную удачу.

— И что бы это значило? — обернувшись, она кивнула на мою ладонь, сжавшуюся на ее рукаве. — Замерз и просишь одолжить?

— Есть что обсудить, — я выпустил ткань из руки. — Желательно, без посторонних ушей.

— Это интересно, — ведьма усмехнулась, развернулась ко мне всем корпусом и скрестила руки на груди, словно нацелилась вдоволь полаяться. — Что, сейчас скажешь, что на самом деле считаешь затею плохой, и к Сатону ехать не стоит?

— С чего бы? — искренне опешил я.

— Не знаю, — она повела плечом. — Разве это был не топорный и бесполезный прием соблазнения? Сначала устраиваешь показательное выступление с обнаженкой, теперь демонстрируешь, что целиком и полностью на моей стороне, что бы я там ни удумала.

— И как? — я изо всех сил попытался сдержать улыбку. — Работает?

Лина смерила меня довольно долгим взглядом.

— Нет, — ведьма демонстративно провела руками в воздухе вдоль своего тела. — Как видишь, я все еще одета.

— Нда, промах, — я с притворным сожалением щелкнул языком. — Придется как-то поднажать. Не намекнешь, что бы такого выкинуть? Цветы? Настырность? Башка Сатона?

— Оставь надежду, — Лина разве что глаза не закатила. — Как бы ты кишками не завязывался — все мимо.

— Завязанные кишки? Интересный, конечно, выбор…

— Меня достали твои дебильные выходки, — гневно зашипела на меня Лина. Будь у нее капюшон, как у кобры, наверняка бы сейчас расправился. — Прекрати все это, я уже сказала «нет».

— Достали — это неплохо. Выходит, ты их хотя бы замечаешь.

— Поднажми-ка в сторону объяснений, — нахмурилась ведьма, мельком покосившись в сторону коридора, будто искала возможность смыться. — Что тебе нужно?

Из кабинета голоса раздавались все громче, будто разговор там не то перетек в явный спор, не то собеседники собирались вот-вот выйти.

— Не здесь, — покачал головой. — Идем, хочу тебе кое-что показать.

— Идем куда? — подозрительно уточнила Лина. — О чем речь?

— Ко мне в комнату.

Клянусь, никакого двойного смысла в этой фразе не было. Однако ведьминские брови буквально взлетели вверх.

— Ты хочешь показать мне какое-то загадочное «кое-что» в твоей спальне? — уточнила она. — Я что, похожа на конченную идиотку?

— Вообще-то речь о неких папках из архива Гильдии, — на этот раз удержаться от ухмылки не вышло. Честно попытался прикусить язык, но не смог. — Впрочем, если ты подумала о чем-то другом, одно слово — и я покажу все, что пожелаешь.

— Нет, ты просто невыносим, — ведьма все же закатила глаза. — Эти папки хоть стоят того, чтобы терпеть твое присутствие?

— Не поймешь, пока не посмотришь.

Лина колебалась несколько минут, нерешительно покусывая губу. Затем вместо ответа просто развернулась и пошла по коридору в сторону спален.

— Шевели ногами, — не оборачиваясь, окликнула она меня. — Я не собираюсь ждать под дверью, пока ты дотащишь до комнаты свой зад.

— Бегу, — я поравнялся с ней буквально за несколько размашистых шагов. — Чисто на будущее, твоя грубость меня скорее заводит, чем осаживает.

На лице ведьмы проступило незамутненное желание отвесить мне затрещину и явное сожаление о том, что это невозможно. Прежде чем она успела высказаться, я открыл ей дверь в свою комнату и чинно посторонился, пропустив вперед.

Лина без колебаний направилась прямо к столу, заваленному документами, задумчиво перебрала пальцами старые папки.

— В чем суть? — на меня ведьма не смотрела, просто открыла верхнюю и бегло зашелестела страницами. — Это как-то касается меня, Вильгельма, алатов? Или ты снова не в состоянии сам разобрать старое барахло, поэтому решил найти самого незанятого человека в помощь?

— Это дела о пропаже перевертышей, — я оставил ее шпильку без внимания. — Самым старым почти лет триста, может, чуть больше. Я подумал, что тебя они должны заинтересовать.

— Любопытно, конечно, посмотреть на труд твоих предшественников, — непонимающе почесала бровь Лина, — но все же уточни, пожалуйста, чем именно тут можно заинтересоваться? Я несколько не в настроении играть в головоломки.

— Самые старые похищения касаются перевертышей со змеиной ипостасью. Я пока и сам толком не вычитал все, но вдруг это как-то поможет тебе с Пандоррой? Сама же говорила, что потратила годы, чтобы раскопать хоть какую-то полезную информацию.

— Вообще-то я больше искала данные об анимистических ритуалах, — ведьма посмотрела на папки уже куда более заинтересованно, хотя сомнения в глазах все еще было хоть отбавляй. — При чем тут змеиные перевертыши?

— Ты никогда не обращала внимания на облик Пандорры?

— Да вот как-то не доводилось красоваться перед зеркалом, — саркастично прищурилась Лина.